search
Топ 10
Школы в регионах переводят на дистанционное обучение Дистанционное обучение в школах, «Высшая лига» учителей года, отмена ЕГЭ - новости образования Учителям потребуется подтверждать, что именно они подготовили победителей Всероссийской олимпиады школьников Акт вопиющего физического воздействия и морального насилия: что случилось в школе под Калугой ОГЭ по русскому языку: как пройти итоговое собеседование Ситуация с 9-летней студенткой МГУ Алисой Тепляковой вновь привлекла внимание общественности Эксперт подсказал выход из ситуации с самой юной студенткой МГУ Алисой Тепляковой Для учителей и воспитателей Подмосковья установили выплату в 5 тыс. рублей Тайный дневник, 1900 км, 600 человек: девятые сутки под Волгоградом ищут пропавшую школьницу Международный день объятий, который отмечают 21 января, – праздник не новый, ему 35 лет

Первые сто строк

…Мой старший племянник Ваня, студент МГУ, до слез доводил Феденьку, своего пятилетнего брата, корча ему зверские рожи: “Пусть знает, что в жизни существует зло”. Иван явно решил смоделировать для Феденьки “школу жизни”: напустив на себя свирепо-непроницаемый вид, как на допросе в милиции или в кабинете власть предержащего чиновника, ставил Федю перед собой и начинал допрос: “Фамилия?!” – “Маслюк”. – “Имя?!” – “Федя”. – “Сколько лет?” – “Пять”… – “Где живешь?!”. “В Москв-е-е”, – начинал подвывать малыш, пытаясь бочком, по стеночке, слинять от своего “учителя жизни”.

Директора школ свидетельствуют: в сознании нынешних старшеклассников школа добра и зла еще сохранилась, но зло приобретает все большую силу и выразительность, а добро предстает все более беспомощным.

Естественный процесс? Нет, неестественный, ибо разрушает основы детства, отрочества. Было время, где-то в середине 70-х, когда мы с моим соратником и старшим другом Александром Наумовичем Тубельским, нынче директором знаменитой 734-й московской школы, много спорили о т.н. “открытом” и “закрытом” детском коллективе. В ту пору Тубельский истово ратовал за открытость детской общности всем ветрам современности, ее глубокую повседневную интеграцию с социальным окружением. Но в последние годы он и сам стал склоняться к тому, что необходима все же некоторая степень закрытости жизни школы, детского клуба, любой детской общности, в которых царят высокая духовность, сердечность и теплота отношений – возможно, это единственный способ выживания и самих этих ценностей, и ребячьих душ. При этом в его школе педагоги сознательно работают на завышенную самооценку ребятами своей личности – ибо тогда, в неизбежном столкновении их выпускников с жесткой нынешней социальной реальностью, молодой человек, в отличие от своего ровесника с заниженной самооценкой, будет видеть причины своих неудач прежде всего в самом себе и вместо вселенского плача и обвинений в адрес общества, родителей, государства, рынка, президента и т.п. просто хлопнет себя по лбу: “Ох, какой же я дуралей!” И легко найдет способ свою же ошибку исправить, что невозможно сделать, если винить в своих неурядицах тотальное мироустройство.

…Еще один мой друг, известный бард и педагог Юрий Михайлович Устинов, и вовсе увозит на все лето своих ребят далеко в горы – вслед за особым, очень красивым лишайником, который может жить только в очень чистом воздухе. С каждым годом этот чистый воздух отступает все глубже в горы, лишайник уходит вместе с ним. Вот туда же ведет Устинов и своих ребят, создавая в ходе их экспедиции “Тропа” потрясающую по высоте духа систему жизни.

…Вот и я думаю: просто некуда сегодня вести ребят, если мы хотим хотя бы сохранить, а не то что всесторонне развить их личность: только ввысь, только вперед, даже если это сочтут “отрывом от реальности”. К той высоте, о которой так емко сказано в одном из устных рассказов актера Яхонтова: “Высоко, на горных вершинах, живут Бог и Бах. Утром Бог просыпается и говорит: “Здравствуй, Бах”. И Бах отвечает ему: “Здравствуй, Бог”.

Все ведь зависит от масштаба видения, от тональности восприятия жизни. Рассказывают, что оглохший Бетховен в минуту отчаяния написал на стене храма: “Жизнь есть трагедия. Ура”.

Вот так и каждый из нас волен выбирать между бетховенской и обывательской тональностью в восприятии самых тяжелых, темных проявлений бытия.

Педагогика – это великое узнавание человека человеком. Каким ты видишь меня, Учитель, таким я и буду. Что увидишь во мне, то и материализуется.

Так что давайте все же определимся, куда мы ведем своих ребят: только ли к рынку, демократии, правовому государству – или все же и туда, на горные вершины, где живут Бог и Бах?

Ольга МАРИНИЧЕВА

Письмо номера

Кто “пашет” на государственность?

Лето для школьников – это не только выпускные экзамены и балы, но и рабочая пора еще не отмененной трудовой практики.

Дано. Знакомая картина. Пришедшие на практику самозабвенно носятся по школьному двору или “млеют” в ожидании поставленной цели. Классный руководитель в это время нервничает на экзамене или консультации, и его воображение рисует ужасные картины материального ущерба и травм детей вверенного ему класса.

А этот самый класс численностью 25-30 человек вне зависимости от своей подвижности уже способен немного наблюдать и делать выводы, одним словом, мыслить, чему, собственно, так упорно и учит его школа. Мысли оформляются в такой, например, наивный ВОПРОС: “Как согласуется призванная привести к процветанию современная экономическая доктрина с “безвозмездным трудом на благо”?

РЕШЕНИЕ С РАССУЖДЕНИЕМ. Нет, дело не в том, что подростку трудно отработать две-три недели в школьной библиотеке, кабинете, на пришкольном участке. Дело в принципе: в то время как одни представители социума гордятся “честно заработанными” виллами на Средиземноморье, многочисленные другие, кстати, со своими не менее многочисленными педагогами “пашут” на благо “государственности”, защищающей скорее первых, нежели вторых.

Подросток не против, он рад, если его “труд вливается в труд республики”, но он также хочет, чтобы труд этот был оплачен. При этом он понимает, что все это можно скалькулировать, подсчитать, исходя из имеющихся расценок, о которых он догадывается. Он допускает, что это может быть и ничтожная сумма, оформленная в виде минимальной заработной платы, хотя можно и постараться заработать побольше. Но даже и ее хватило бы на три хороших спектакля или десять посещений музеев. Конечно, питание не в счет, потому что в данном случае ученик переходит в малоимущую категорию и хочет рассчитывать на милосердие.

Опыт такой работы существует. Школьные трудовые лагеря. В них есть свой руководитель, организующий работу, питание и досуг. И не надо многочисленного пребывания детей в школе (опыт показывает, на “демонстрациях” никогда не работают), пусть это будет 30-50 человек, но действительно работающих. У классных руководителей не будет болеть голова за “практикантов”.

Одного жаль – лагеря эти массовым явлением не назовешь. Почему? Наивный вопрос. Наверное, потому, что и такую оплату где-то наверху рассматривают как льготы, а о них теперь говорят так: “льготы – это плохо”. Забывают, что иногда они сторицей отработаны, если не ребятами, то их родителями, бабушками и дедушками. Один ВОПРОС не дает покоя: “А что, может, “государственность” наша не рассчитана на то, чтобы каждый т╡уд в стране был бы оплачен?”

Михаил КРАСАВИН, школьник-“практикант”

Москва

Отклик

Как наше слово отзовется

В одном из номеров “Учительской газеты” в рубрике “Династии” я прочитала заметку “Стали учителями четыре брата”. На меня сразу нахлынули воспоминания детства. Ребенком я знала автора этой статьи Анатолия Семеновича Кузьмичева, училась у него и его жены Галины Ивановны в далекой сибирской школе в селе Ново-Ярки. Долгая дружба связывала моих родителей с этими замечательными, интересными людьми.

Прошло более 35 лет с момента последней встречи с семьей педагогов. Давно нет в живых моих родителей. Так получилось, что связь с семьей Кузьмичевых прервалась, но осталась память о добрых, внимательных, заботливых людях.

Еще тогда, в далеком детстве, я мечтала стать учительницей и быть похожей на моих наставников. И вот уже 27 лет я работаю в школе, преподаю русский язык и литературу. Многое переменилось в жизни, изменилась и я. Заметка в газете побудила меня вспомнить хороших людей. Хорошо, что вы печатаете письма об учительских династиях.

Вера УШАКОВА, учительница русского языка и литературы

Васюково,

Бежецкий район,

Тверская область

Дары лета

Вот оно какое, “хватай-дерево”

Надолго запомнится лагерь “Рабочая смена”, расположенный в поселке Сукко, что на берегу Черного моря. Сюда приезжают отдыхать ребята из многих училищ. Какая в нем насыщенная, интересная жизнь!

Не успели мы разместиться, как нас собрал Валерий Александрович Валиев, наш воспитатель. Он рассказал о традициях лагеря, показал рукописные журналы. А потом вдруг спросил: “Вы лежачие или ходячие?” Мы изумились неожиданному вопросу. А Валерий Александрович рассмеялся: “Если лежачие, то лежите себе на здоровье всю смену на кроватях и плюйте в потолок. А если ходячие – будем ходить в походы”.

– Тогда мы ходячие, – весело закричали все. Вскоре мы отправились в первый поход. Сначала лезли, кряхтя, на гору среди кустов. Потом вошли в какой-то странный “гробовой” лес. Потом оказалось, что мы не поняли. Лес называется “грабовый”, а грабы – это деревья, они раздетые, без толстой коры.

Мы часто останавливались, чтобы познакомиться с жителями здешнего леса – то с седым можжевельником с мелкими колючками, то с приземистыми туями. Оказывается, семена можжевельника в старину добавляли в пиво, в них много дубильных веществ. Познакомились мы и с деревом-хулиганом. Оно называется “хватай-дерево”. Дерево так Ленку ухватило, что даже кусок брюк вырвало. Недаром его прозвали “хватай-дерево”.

А наверху нас ждали стол и скамейки, срубленные из половинок толстенных деревьев. Над столом раскинуло ветви старое дерево. Веток так много, что полотряда спокойненько разместилось вверху.

И, наконец, мы добрались до вершины Солдатской горы. Здесь оставили записки на “Дереве Желаний”. Говорят, если напишешь о своей мечте, то она исполнится. Нам так понравилось в походе, что на другой день все мы вышагивали по второму маршруту. И снова нас вели вперед мальчишки и Валерий Александрович по картам, которые нарисовали прежние проводники. Каждый день мы ходили в походы, в лагерь приходили уставшие, но довольные.

Марина ПОВЕТКИНА, выпускница сельского ПУ-47

Красногвардейское,

Ставропольский край

Экология совести

Играют девочки в тюрьму…

Недавно проходил по улице. Из подьезда ближайшего дома услышал кошачьи вопли. Поспешил туда и увидел трех маленьких девочек, которые с железными спицами наклонились над жестяным тазом. Я подошел ближе и заметил в посудине орущего котенка.

– Что же вы делаете? – с возмущением набросился я на девчушек.

– В тюрьму играем, – охотно отозвалась одна из них. – Котенок Том у нас на допросе.

В разговоре выяснилось, какое же преступление совершил маленький котенок. Оказывается, он несвоевременно отозвался на зов трех подруг. Мне пришлось обьяснить девочкам, что это жестоко так мучить бездомного котенка. Пытался разьяснить им, что назначение девочек заключается в другом. Надо пожалеть животное, накормить его. Не знаю, подействовало ли это на подружек, но котенка они отпустили, таз выбросили на помойку.

После этого случая долгое время тягостные мысли не оставляли меня. Я думал о том, что разве только девчушки виноваты? Смотрят они сейчас запоем целыми днями боевики, фильмы ужасов. А разве в них есть добрый пример? Но виноваты ли дети, что путевки в лагеря их родителям не по карману? И что все лето дети находятся в городе, предоставленные сами себе. Хотя, впрочем, можно долго сетовать на жизнь. Но разве мы с вами не виноваты? Никто ведь из нас не борется активно за ребячьи души. Так что толку сетовать на растущую преступность, коль мы смирились со многим? Схема здесь достаточно проста. Сегодня – котенок, завтра – человек, за примерами далеко ходить не надо. Их с избытком предоставляет наша жизнь. То подростки задушили жертву и сбросили в колодец, то убили за вещь сверстника. И что ужаснее всего, стали играть в жестокие игры и девочки.

Анатолий ИСТОМИН, педагог дополнительного образования районной станции юннатов

Красногвардейское,

Белгородская область

А у нас! А у вас?

В путешествие по Гуслице

Подмосковному городку Орехово-Зуево скоро “стукнет” 80 лет. На родине известных меценатов Морозовых и Зиминых готовятся к славному юбилею.

Прошли Всероссийские “Морозовские чтения” в Ногинске и Орехово-Зуеве, входивших в дореволюционное время в один Богородский уезд. Ученики городских школ уже второй год в дни каникул работают над восстановлением памятников архитектуры. Еще юные горожане усердно изучают историю своего края. Прошли школьные конференции, на которых ребята читали лекции, показывали видеофильмы о родном городе. Даже на каникулах не прекращает работу историко-краеведческое общество “Радуница”. Слушатели школы молодого журналиста принимают участие в разработанных краеведами “Радуницы” туристических маршрутах, экспедициях по родному краю. Они готовят тематические выпуски местных газет “Край родной”. Отправляются ребята в историко-экологические экспедиции по легендарной Гуслице – местности, где сохраняются древние храмы, народные старинные традиции, обычаи, ремесла.

Скоро школьники получат новый учебник “Моя малая родина”. Его авторы – доцент пединститута В.Алексеев и краевед, бывший сотрудник местного музея В.Лизунов – люди, хорошо известные в Орехово-Зуеве. Отрадно, что подготовка к юбилею сдружила и сплотила преподавателей школ, пединститута, студентов, краеведов, журналистов, поэтов, художников Подмосковья. Всех, кому дорог этот уютный, славный городок Орехово-Зуево.

Евгений ГОЛОДНОВ, сопредседатель историко-краеведческого общества “Радуница”

Орехово-Зуево,

Московская область

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте