Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Однажды меня спасла книга. Петр МИРОНОВ

Учительская газета, №45 от 6 ноября 2007. Читать номер
Автор:

Оглушительные звуки бомбежки. Русский учитель вместе с потоком других испуганных людей спешит укрыться в каком-нибудь безопасном месте. Лицо типичного интеллигента, мягкое от природы, сейчас растеряно, фигура жалка. На руках маленький сын, рядом беременная жена. Она чеченка, как и все вокруг. Бомбят их родину российские солдаты. На пути бегущих – руины дома, куда и устремляется толпа. Жена требует принести чемодан с вещами, брошенный мужем по дороге. Мужчина выскакивает на открытое пространство. Раздается взрыв. Мертвыми глазами он смотрит на то, что осталось от места, где только что была его жена… Через какое-то время учитель уходит к чеченским боевикам, которые убивают тех, кто не пощадил его любимую и неродившегося ребенка. Теперь он тоже никого не пощадит. …О художественных и политических достоинствах фильма «Русский треугольник», который выйдет в наш прокат в начале ноября, можно и даже нужно спорить. Но бесспорно то, что картина открыла широкому российскому зрителю новое лицо, талантливого киевского актера Петра Миронова, сыгравшего ключевую роль учителя Виктора Алешина, ставшего террористом и наемным убийцей. При минимуме сцен Миронов сыграл так, что практически затмил звездных партнеров по фильму – Константина Хабенского и Артема Ткаченко. У себя на родине, на Украине, наш герой известен не только как актер и художественный руководитель театра «Астрея», но и как автор нескольких книг стихов. Увы, на отечественный и шире – международный экран этот заслуженный артист России попал в 51 год, пусть и выглядит он на десяток лет моложе. А еще Петр – журналист и радиоведущий. Интересно, что в этой своей ипостаси он даже два года вел передачу на исламском радио в Киеве для мусульман Украины.

– Я рассказывал о Коране, читал отрывки, лекции по исламу, стихи, – рассказал «УГ» Петр Григорьевич, с которым мы познакомились на последнем Московском кинофестивале. – Знаете, моя партнерша-соведущая через два года даже перешла в ислам. Я же остался человеком православным, поскольку для меня давно все найдено в вопросах веры, и от меня избавились. Как видите, ничего не бывает случайного. Я потом, конечно же, использовал эти знания об исламе и мусульманских обычаях при работе над ролью в «Русском треугольнике».

– Ваш герой переживает страшный перелом, когда он из интеллигентного, мягкого, доброго человека превращается в убийцу, становится жестоким палачом своих бывших соотечественников. Как вы для себя объясняли, что с ним произошло?

– Меня потряс сценарий. И хотя я дважды отказывался от этой роли из-за жестоких моментов, я все-таки понял, что должен сыграть это. И не жалею. Я понял, что играю правильно, когда продюсер мне сказал, что в сценарии ему было совсем не жаль Виктора, но, посмотрев на героя в моем исполнении, он заплакал. Эта роль пропитана моей болью, моей кровью, моим знанием, что такое война. Это у меня на генном уровне – мой отец, прибавив себе в военкомате год, пошел добровольцем на войну. Он прошел всю войну, вернулся инвалидом и принес окопный туберкулез. А когда мне было девять лет, он покончил с собой… Поэтому если говорить о войне, то у меня полное ощущение, что я ее прошел.

В роль Алешина я привнес свое личное. Хотя я созидатель по натуре, есть грань, которую не надо переходить. Я вспыльчивый. В моей жизни было несколько мощных драк, когда я мог убить человека. Я знаю за собой, что, если бы кто-нибудь тронул мою жену или ребенка, я бы просто загрыз этого подонка зубами. Когда я читал сценарий, то пытался поставить себя на место Алешина и понять его. Это, естественно, не значит, что я его оправдываю и что я бы повел себя так, как он. Но понять я его могу. Я несколько раз смотрел фильм, и каждый раз, когда мой герой видит, как взрывается дом, в котором прячется его жена, я плачу. Я сильно проникся его судьбой. Мне кажется, что мой герой сумел, несмотря на кровь, остаться чистым и сохранить в себе какую-то детскую незащищенность, чем и отличались всегда русские интеллигенты. Ведь сочувствуем же мы главному герою «Преступления и наказания»! А для меня Алешин – Раскольников нашего времени. Только в отличие от него мой герой идет не головным путем, его ломает судьба. Он и хотел бы вернуться к мирной жизни – в конце фильма мы видим его с чемоданом в руках, готового уехать с сыном подальше от всех, но он перешел черту крови, и это ведет за собой неизбежное возмездие. И все же Алешин для меня не одиозная фигура или тем более садист.

– Но это же он выкалывает глаза одному из русских братьев-солдат, попавших в плен…

– Это не акт садизма, и Алешин – не каннибал Лектор. Это движение ослепленного болью человека. Это делает не он – у всех нас есть моменты, когда мы ведем себя неадекватно, как будто поступает кто-то другой, а не мы. Он в определенном смысле умер в прошлой жизни. Помните сцену, где он сидит в кафе и по его лицу ползают мухи, а он этого даже не замечает? Оживает он только тогда, когда при нем упоминают возможность увидеться с сыном, который живет в Москве. У него снова появляется цель в жизни.

– Ваш герой все время как заклинание повторяет строки пушкинских «Бесов», а потом забирает из своего дома единственную вещь – одноименный роман Достоевского. Как вы для себя объясняете эту его зацикленность?

– Алешин – учитель русского и литературы и при этом человек, которого так ударили по душе, что в нее вселились духи разрушения. Можно сказать, что он одержим бесами. В сценарии фигурировала книга Достоевского, а я интуитивно добавил пушкинское стихотворение, связав все воедино. Слава богу, режиссер принял мою импровизацию и оправдал ее.

– Алешин как словесник прекрасно знает великую русскую литературу, которая вся пронизана борьбой добра со злом. По-вашему, искусство не может спасти или удержать человека в роковые минуты?

– Может, но до определенного момента, когда происходит такое наполнение болью, что одна капля переполняет чашу и происходит страшный выплеск. В этот миг никто ничего гарантировать не может. Если человека сжигать на костре, он может до определенного момента читать стихи, а потом наступает затмение разума. Даже высокодуховный человек, став на путь разрушения и опустошив себя этим, не сможет слепить из себя обратно созидателя. Кровь на руках, на душе нагонит его.

Это ни в коем случае не значит, что нужно отменить преподавание литературы в школах. Нравственный аспект – первое и главное, что несет литература. У каждого из нас своя копилочка, в которую входят также книги, и в самый неожиданный момент что-то оттуда может достаться. Нам не дано предугадать, как отзовется в нас слово того же Тютчева. «Но нам сочувствие дается, как нам дается благодать». Сочувствие – единство чувств – на этом держится вся литература, которая может найти путь к любому сердцу в любую минуту.

– А вас самого книга когда-нибудь спасала?

– Да, в момент жестокой депрессии – я жил в чужом городе, не было рядом близкого человека, и мне казалось, что и в профессии у меня ничего не получается. И тут ко мне пришла Библия. Я понял, что можно поменять угол зрения на происходящее. В результате через какое-то время возникли стихи, навеянные Святым Писанием, они стали выходом из тяжелой для меня ситуации.

А вообще в моем списке любимых писателей – Достоевский, Воннегут, Ремарк, Чехов. И особняком – Пушкин. Ну и, конечно, поэзия золотого и серебряного веков.

– Вы играли столь же ярких персонажей, как Алешин?

– Я играл и Христа, и черта, и Ленина, и императора Калигулу, и Гамлета, и Хлестакова, и Яго. Недавно сыграл кокаиниста, который защищается от пистолета ребенком. Я могу, как мне кажется, сыграть это так, чтобы люди поняли, что так делать не надо. Я знаю, что я могу сыграть любой характер, лишь бы это была личность, которая мне интересна даже в своем отрицательном плане. Калигула, конечно, монстр, но у меня он был страдающим человеком.

– Вам не жалко, что у вашего героя в «Русском треугольнике» нет крупных планов? По крайней мере, один просто просится – в момент, когда на ваших глазах гибнет жена. Хотя ваша фигура, застывшая, как соляной столб, настолько выразительна…

– Не травите душу! Я объяснил это для себя тем, что, если бы дали мои крупные планы, фильм бы перекосило в сторону Алешина, кино было бы о нем. На премьере в Тбилиси Георгий Данелия сказал по этому поводу: «Средний план на широком экране – это крупный план. Я для себя все прочитал, мне больше ничего не надо».

– Я думаю, что после этой роли вас заметят наши режиссеры и предложения сниматься в российском кино просто посыплются…

– Дай бог! Я к работе готов.

Справка «УГ»

Фильм «Русский треугольник» получил Специальный приз жюри последнего, XXIX Московского международного кинофестиваля. Так жюри отметило, пожалуй, первую ленту про последствия российско-чеченских войн, чьи авторы пытались показать происходящее глазами обеих сторон. Картина хоть и снята грузином Алеко Цабадзе на средства грузинских продюсеров, была явно рассчитана на российский прокат. Этому способствует как тематика, так и выбор актеров, а также опыт режиссера (Цабадзе давно снимает российские сериалы). Так что это еще и один из немногих интернациональных проектов, созданных в наше время совместными усилиями кинематографистов из республик бывшего СССР.


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту