Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

«Об этом хочется забыть, но знать об этом нужно». Так написала в сочинении о войне семиклассница Валерия Антоневич

Учительская газета, №19 от 8 мая 2003. Читать номер
Автор:

Это сейчас, любуясь чистым синим небом, можно рассуждать о разновидностях войн, сортируя их, как знатную коллекцию, по нюансам, по типам примененного оружия, по количеству жертв. А шестьдесят с лишним лет назад у нас была одна, невероятно трудная, Великая Отечественная война. И отнести ее можно только к единственной графе: народная. По выплаканности материнских, жениных, сестринских, детских слез, по горечи и силе духа человеческого лишь она держится особняком в историческом списке XX века.

И с каждым днем для всех еще не ушедших свидетелей и участников становится ближе. Таков парадокс времени: оно умеет возвращаться.

Оно, время, беспощадно к человечеству: когда-нибудь простятся с нами последние ветераны той войны. Вознесутся в вечность, как журавли, как осенние сны. И заберут с собой те многострадальные взоры, что видели смерти в квадратных, кубических степенях. Заберут раскаленную ненависть Сталинграда, оцепенелое молчание Орла, кровавые хрипы Курска, заснеженную тоску Ленинграда. Им с этим нельзя расстаться. Это – их вечная рваная рана. Но только ли – их?

Я не видела войны и не знаю, что значит, задыхаясь от беззвучного вопля, вжиматься в грязную жижу канавы, всем детским существом ощущая, как корежат землю гусеницы немецкого танка. Я не знаю, как страшно бежать по полю от гитлеровца на мотоцикле, «играющего» с тобой. Не знаю, как кутаться в одеяло в нетопленой ленинградской квартире и ждать прихода умершей на лестничной площадке мамы. Но мне понятно, что отпускать тех, кто это прошел, без обещания нельзя. Обещания все помнить. Потому что их прошлое – это часть меня. Часть всей моей сегодняшней жизни. И такая же часть жизни моего маленького сына. Если мы отдадим это им, уходящим, и останемся в счастливом равнодушном неведении, то нам однажды напомнят о себе глубокие рвы брянских лесов, исполинская стать волгоградской Родины-матери, осколочное дерево Новороссийска. Но не будет ли поздно тогда?

Мы не случайно предложили ребятам из петербургской гимназии №587 написать сочинения на тему «Что я знаю о Великой Отечественной войне?». Нам важно было таким способом передать старшему поколению сообщение, что история страны продолжается. Она живет в детях. Они по-своему видят то, что им рассказывают в семьях, музеях, но все они неизбежно понимают: для того, чтобы уважать, надо знать.

Жизнь, конечно, не стоит на месте. Меняются условия существования, и, увы, случаются новые войны. И мне кажется совершенно естественным то, что ребята проводят параллели между Великой Отечественной войной и современными военными действиями в Чечне и Ираке. Это свидетельствует об их небезучастности. О желании понять, задуматься о причине и следствии такого явления, как война. И сказать свое звонкое «Нет!». Потому что, несмотря на утверждения о «потерянности» поколения, это поколение хранит в запасниках сердца память. Бабушек, дедушек, отцов, матерей. Тех, кто знал, что такое всенародная скорбь и всенародный гнев.

Наталья АЛЕКСЮТИНА

Санкт-Петербург

О Великой Отечественной войне я знаю только из уст дедушки. Ему было тогда двенадцать лет. У него были брат, мать и отец.

Он мне рассказал, что было очень трудно выжить. Продукты привозили через «Дорогу жизни». «Дорога жизни» – это замерзшее Ладожское озеро. По этой же дороге люди – старые и больные, дети и груднички – вывозились из города. Продуктов не хватало, по талонам выдавали по 120 граммов хлеба на одного человека.

В тех домах, где жили люди, окна были всегда закрыты, и даже ночью не разрешалось включать свет, так как фашисты могли увидеть, где есть люди, и бросить туда гранату. Всю информацию жители могли услышать только по радио, поэтому оно было всегда включено. Если вдруг передавалось, что приближается опасность, то все сразу же бежали в подвалы и специальные убежища.

Дедушкин старший брат погиб от голода, а отец пропал без вести. Когда человек умирал, его выносили на улицу и там оставляли. Потом приезжала специальная машина и собирала всех тех, кто погиб. Отвозили на Пискаревское кладбище и сбрасывали в братскую могилу.

9 Мая – это праздник. И первым делом все едут на Пискаревское кладбище, ведь у тех людей, кто был в блокаду, умерли сыновья или дочери, матери или отцы. В этот день всегда есть минута молчания в память о тех, кто погиб.

Алена Александрович , 7-й «Б»

Не знаю, как вам, но мне трудно было иметь объективное представление о Великой Отечественной войне, не имея хоть какой-нибудь информации от очевидца или просто знающего человека. И вот, на мое счастье, однажды учительница русского языка и литературы завела разговор о концлагере Бухенвальд.

Оказывается, я очень мало знаю о Великой Отечественной войне, раз даже не знала об этом лагере. Так вот, в Бухенвальде убивали людей тысячами и миллионами и притом не только русских, а еще поляков, цыган, евреев, в основном истребляли славянскую нацию. Там же были и немцы, выступающие против фашизма. А уж как там обращались с людьми! Их, похоже, не считали даже за людей. Условия для жизни были просто нечеловеческими, вообще не пригодными для жизни. Во время этого рассказа сердце даже замирало. У женщин состригали волосы, хорошую или более или менее пригодную одежду и обувь забирали. Под предлогом санобработки людей заводили в газовую камеру и травили их газом. Спали в пятиярусных бараках, почти что друг на друге, без постельного белья, на одной соломе. Пили из той же посуды, в которую справляли нужду. В день тысячи людей сжигались в крематории. Из кожи, в основном татуированной, делали абажуры и сдирали почти на живую, из волос плели сумки.

Я надеюсь, что такой кошмар не повторится больше никогда. Хотя, может, об этом хочется забыть, но знать об этом нужно, так как знать свои корни должен каждый.

Валерия Антоневич, 7-й «В»

Раньше я не интересовалась историей нашей страны, но после рассказа нашей учительницы по русскому языку и литературе Лидии Сергеевны Усатовой поняла, что это очень увлекательно и надо интересоваться прошлым страны и узнавать новое.

Недавно она рассказала нам, как посетила в 1968 году концлагерь Бухенвальд. Перед входом в лагерь была дорога из бетонных плит… и в этих плитах были забетонированы кости мучеников. Сам лагерь был в ужасном состоянии, и все, что там увидела моя учительница, поразило ее до слез. Видимо, эта экскурсия запомнилась ей на всю жизнь и оставила большой след в ее душе. Ведь в этих плитах были забетонированы кости наших людей, в камерах жили наши люди, и кровь на стенах в пыточных камерах, не смытая до тех времен, была наших людей.

Этот рассказ тронул меня до глубины души. Я бы хотела посетить это место, но я не знаю, какую бы я перенесла душевную травму. И из этого рассказа я сделала вывод: надо знать историю своей страны и надо хранить воспоминания о ней. Мне очень понравилась фраза Горького: «Без прошлого нет будущего». Ведь это действительно так, храните воспоминания о нашей Родине!

Ника Фролова, 7-й «В»

Война – это самая ужасная вещь в мире. Бывают разные причины, а в 1941 году началось фашистское движение. Немецкий народ возвышал свою нацию над остальными. В Германии есть концлагерь Бухенвальд, где безжалостно убивали русский народ. Но они не смогли сломить русский дух. Огромные печи, где сжигались заживо женщины и дети, газовые камеры, также переполненные людьми… – все это приводит в ужас. И хочется сказать: «Ради чего эти люди умирали? За что?» Ответ знают все: «ради своих потомков, ради нас с вами».

Мне трудно представлять разные картины пыток, и я надеюсь, что люди будут добрее друг к другу и не будут начинать войны.

Татьяна Ягодка, 7-й «В»

Все знают, что война – это смерть. Но никто не понимает, как это – жить во время войны. И почему-то люди продолжают сражаться, бороться за территории, не зная, что будет дальше, не зная, как трудно потерять семью, родных и близких. Что потерять близких тебе людей – это потерять себя.

Мне очень жалко тех людей, которые пережили эту войну. Я даже не представляю, каково сидеть дома и слышать у себя в ушах беспрерывные выстрелы, крики беспомощных людей, смотреть в окно, как погибают миллионы. Сидеть и дрожать, думать, будешь ли ты жить дальше или нет, боясь за своих близких.

Я не понимаю людей, у которых есть своя семья и они знают, что это такое, но они все равно разрушают и убивают другие семьи.

Само слово «война» звучит ужасно грозно и безжизненно. Я считаю, что самая большая ошибка людей в этой жизни – это начать войну против других стран и поселений, когда Земля одна и все мы существуем на ней. Нам надо жить дружно и спокойно.

Настя Корнейчук, 7-й «В»

Одно из главных событий русской истории – Великая Отечественная война. Она длилась гораздо больше, чем первая мировая война, – с 1941 по 1945 год. О Великой Отечественной войне написано много книг, поставлено много фильмов, например «Семнадцать мгновений весны», «Хроника пикирующего бомбардировщика» и др. В этой войне погибло более двадцати миллионов человек. Художественные произведения помогают нам понять всю значимость событий и огромный подвиг русского народа. Но важнее всего информация, рассказанная очевидцами, ведь ветеранов осталось очень мало.

На даче у нас есть сосед, старенький дедушка. Он жил в Белоруссии и участвовал в освобождении Белоруссии (1943 -44 гг). Однажды мы разговорились, и он поведал мне об удивительной военной операции.

– Когда началось это важнейшее военное действие?

– Мне было тогда 19 лет, я служил в армии. Был на 2-м Белорусском фронте. На рассвете 3 июля 1944 года четыре фронта Советской Армии обрушились на гитлеровцев.

– Наверняка отряды действовали очень четко, по ранее обдуманному плану?

– Конечно, любая военная операция ведется по плану. Сначала генерал Баграмян направил свой Прибалтийский фронт на запад от Витебска и перерезал железную дорогу. Воины 3-го Белорусского фронта атаковали врага к югу от Витебска. Советская Армия соединилась, и пять немецких дивизий оказались в кольце. Это была первая крупная победа Белорусской операции.

– И что, это означало, что операция будет выиграна русскими?

– Нет, ведь у немцев было 12 дивизий и более 2 миллионов солдат. Но вскоре еще 6 гитлеровских дивизий оказались в кольце, а 4-я немецкая армия была успешно разгромлена нашим фронтом. День 3 июля стал радостным праздником белорусского народа – праздником освобождения.

– Неужели нет ни одного памятника в честь этого выдающегося события?

– Ну почему же? На 21-м километре Московского шоссе поднялся курган Славы. Это символ подвига, мужества, чести и стойкости советских бойцов.

Сосед ушел по своим делам, а я думала, как все-таки хорошо иметь мощную армию, способную отстоять честь нашей Родины. Пока есть мужественные и сильные бойцы, страна будет уверенно шагать в будущее!

Виктория Гинанова, 7-й «В»

Недавно я прочитала «Блокадную книгу». В ней описывается жизнь людей, живших в блокаду Ленинграда. Вот как описывает начало войны пионер Юра Рябинкин:

«Вчера в 4 часа ночи германские бомбардировщики совершили налет на Киев, Житомир, Севастополь и еще куда-то. Молотов по радио выступал. Теперь у нас война с Германией».

Немцы наступали, сначала ленинградцы успокаивали друг друга, что немцы до нас не дойдут. Но вскоре ожидание и надежда оборвались. Немцы наступали… Они бомбили без разбора. Лидия Георгиевна Охапкина рассказывает: «У меня было трое детей на руках, Толю я отправила с детским садом, а мужа призвали на фронт, но он говорил: мол, я в безопасную часть еду, я там инженером работать буду.

…Бомбежки продолжались 20-30 минут, а иногда они длились час и два. Я от страха вся дрожала и бледнела. В ушах что-то звенело и как будто лопалось. Ноги слабели, и я иногда была не в состоянии двигаться. А надо было брать на руки дочурок и бежать в бомбоубежище». Полуголодная, а затем голодная женщина спасала своих детей. Спасала не раз, не два, а сотни раз, проявляя выдумку, изворотливость, отчаянную смелость. Есть было нечего, и люди ели собак, кошек, крыс и даже людей.

Сестра моей бабушки рассказала, как съели ее мужа.

– Тетя Женя, а что случилось на войне с дядей Лешей?

– Его съели.

Она начинает плакать, и мне неудобно спрашивать дальше, но мне интересно, кто мог съесть человека?

– А как это случилось?

– Он умер, но похоронить было негде, и поэтому я со своим братом оставила его на земле. На следующее утро, придя на кладбище, мы нашли место, но его не нашли. От него остались кости и все. Одежду растащили, а мясо съели.

Я не могла ее остановить, она все равно сильно плакала и сквозь слезы сказала: «Его съели люди».

Так же рассказывает Валя (в книге не указана фамилия), что ели они кошек, и их вкус был похож на вкус курицы. У нее была собака Сельва, но ее украли и съели.

Сейчас люди, жившие во время войны, умирают, и их истории не всегда можно узнать. Поэтому мне стало интересно прочитать эту книгу. Я много узнала.

Лена Зорина, 7-й «Б»

В мае 1968 года наша Лидия Сергеевна, учительница русского языка и литературы, будучи студенткой поехала в Германию, так как очень хорошо знала немецкий язык. Приехав туда, она посетила с группой бывший концентрационный лагерь – Бухенвальд. И вот что она нам рассказала:

– Какое впечатление на вас произвел лагерь?

– Это ужасно! Такое невозможно представить. Я не понимаю, как могли так издеваться над людьми.

– Расскажите, пожалуйста, подробнее.

– Конечно, об этом очень тяжело говорить, хоть я и видела это много лет назад. Выжить в таком концлагере было нереально. Когда мы ехали туда по бетонной дороге, мы не знали, что под бетоном находится. Но гид нам рассказал, что, убивая людей, их закапывали под песок и под гравий, а сверху заливали бетоном. Тяжело осознавать, что едешь по человеческим костям.

– А что было на территории концлагеря?

– Территория была огорожена проволокой, через которую проходило электричество. И когда люди не выдерживали, они просто кидались на этот забор и сразу умирали. Еще там было огромное поле, на котором росли огромные, сочные маки. Но земля там не плодородная. Оказалось, что были вырыты (огромные) овраги, в которые кидали останки людей, заливали кровью. И из-за этого было много маков. Это служило удобрением почвы у немцев.

Бухенвальд – один из самых страшных концентрационных лагерей. Здесь жертвы исчислялись миллионами. Было несколько способов убивать людей. Их могли раздеть догола, а затем запустить в газовую камеру вплотную друг к другу. Потом подходила тележка и увозила трупы в крематорий. Еще людей отправляли в помещение, где они вставали около стены с отметкой роста, а затем в голову человека стреляли и также приходила тележка и увозила их в крематорий. Там никогда не потухал огонь, и всегда горели люди. А прах иногда продавали.

– Наверное, вам было плохо после такой экскурсии?

– Да! Я рыдала! После этой экскурсии нас повезли в ресторан, чтобы мы забыли и не вспоминали такой кошмар. Но этого забыть нельзя!

Думаю, что знать свое прошлое необходимо. Ведь без прошлого нет будущего. Людям важна своя история.

Лена Антипова, 7-й «В»

Слово учителю

Лидия УСАТОВА, учитель русского языка и литературы:

– Сегодняшние дети знают, что такое Великая Отечественная война. Знают, что был в ней такой страшный, мучительный эпизод, как блокада Ленинграда. Другое дело, в каком объеме у них присутствуют эти знания. У ребят младших классов, безусловно, в небольшом. Во-первых, они еще не изучают такую дисциплину, как история. Во-вторых, им еще трудно осмыслить явление войны. Она пока выглядит как приключенческий роман. Многое меняется, когда они попадают в Музей блокады, встречаются с ветеранами, слышат рассказы из их уст и из уст собственных бабушек и дедушек. Дети начинают иначе воспринимать события прошлых лет. Задают вопросы. И это замечательно, поскольку каждый вопрос свидетельствует о возникшем интересе к истории страны.

Елена ЕВДОКИМОВА, учитель русского языка и литературы:

– Когда 27 лет назад я начинала работать в школе и мы с ребятами обращались к произведениям, связанным с войной 1941-1945 годов, первым делом я просила их: «Поднимите руки те, чьи деды, бабушки, матери, отцы знают, что такое война. Те, чья семья знает, что такое терять близких». Поднимался лес рук. Лишь один-два человека сидели, не реагируя. Этот же вопрос я задаю и сейчас. Последние пять-шесть лет в ответ на него поднимается одна-две руки, остальные дети уверены, что в прошлом их семьи нет дыхания ВОВ. Наверное, это не так. Лишь единицам в то время посчастливилось не ощутить на себе грозного налета сороковых. Просто наши дети ничего об этом не знают. Им о войне в семье никто не рассказывает. Связь поколений прервалась. Уходят живые свидетели, уходят с ними рассказы, полные переживаний. И для нынешнего поколения то время становится лишь холодным фактом истории. В сочинениях ребят я неоднократно встречаю мысль, что Великая Отечественная война «была так давно». Она – принадлежность прошлого века, а значит, что-то нас не касающееся. Поэтому дети не ощущают сопричастности. Сегодня это приходится преодолевать. Надо ли, спросит кто-то. Надо. Чтобы сохранить память.

Они не пройдут. Алиса Самойлова, 9 лет.

Только и успели надеть солдатские шинели. Ольга Савченко, 18 лет.

Мы помним. Светлана КУРЯШОВА, Дмитрий КОРЕШОНКОВ, Ирина ОСИПУЩЕНКО, 10-й кл.


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту