search
main
Топ 10
Частичная мобилизация студентов: кому положена отсрочка, кого могут призвать Каким должен быть педагог XXI века: профессии учителя посвятят следующее занятие «Разговоры о важном» Студентов частных вузов с госаккредитацией освободят от частичной мобилизации Ограниченно годный к военной службе учитель из Петербурга получил повестку о мобилизации Мобилизованный учитель из челябинского Снежинска возвращается домой 2 октября в России отмечается День среднего профессионального образования В Башкирии мобилизовали лауреата конкурса «Лучший учитель родного языка и родной литературы - 2022» На конкурсе «Учитель года России – 2022» названы победители в специальных номинациях У московского учителя отозвали повестку до его явки в военкомат В Тюмени объявили имена пяти призеров конкурса «Учитель года России» - 2022 Учителям и воспитателям детских садов увеличивают зарплату «Учитель года России – 2022»: 1 октября станут известны имена пяти призеров конкурса На конкурсе «Учитель года России – 2022» вручили специальный приз «Учительской газеты» Пятого октября в Кремлевском дворце состоится концерт ко Дню учителя Акцией «Скажи педагогу спасибо!» в России начинается Большая учительская неделя Погибшую в ижевской школе учительницу наградили знаком «Отличник просвещения» России Ко Дню учителя более 45 тысяч педагогов Самарской области получат выплаты В Новосибирских школах больше не будут работать охранники без специальной подготовки Завершилось финальное испытание конкурса «Учитель года России – 2022» Пятеро студентов-очников из Тульской области, которых мобилизовали до указа, вернулись домой
0

Наша важная задача – поддержка детей в трудных условиях жизни

Протоиерей Владимир АРХИПОВ, участник Всероссийской конференции, посвященной стандартам образования, в МГППУ:

– Я думаю, что главная проблема – неумение взрослых любить и уважать детей – своих и чужих. Какова цель многочисленных кампаний – «Год ребенка», «Год семьи», «Год равных возможностей»? Выделить энное количество денег, провести мероприятия. Но ребенок живет каждый день, и каждый день ему требуется то, что не может дать никакая программа.

Какие условия жизни для ребенка (да и не только для ребенка) мы считаем трудными в первую очередь? Как убедительно показывает опыт, это не материальные и бытовые сложности, а прежде всего мировоззренческая неопределенность, а чаще пустота и человеческая незрелость пары, которая дает биологическую жизнь третьему. Я не случайно не употребляю слова «семья» или «союз», потому что они несут в себе уже смысл зрелого организма, благоприятной среды, в которую должен входить новый человек. Но раз уж мы говорим о судьбах не самых благополучных, то я не рассматриваю случаи удачных, благополучных союзов.

Каждый из нас знает, что материальное преуспеяние родителей, их образовательный или социальный статус вовсе не становятся гарантией для гармоничной, счастливой судьбы их детей. Под каждой крышей водятся не только свои мыши, но и крысы. Да, внешнее благополучие и статус до поры до времени могут решать острые проблемы с едой, жильем, образованием, но проблемы душевные, человеческие часто оказываются еще более тяжелыми и трагичными, чем в нужде. Лишить своего ребенка понимания и любви одинаково может и академик, и поэт, и официант. Поэтому неблагополучие и трудные условия жизни появляются там, где дети не живут в атмосфере любви, понимания, уважения их личности.

Как ни парадоксально звучит, но большинство людей не умеют и не считают нужным учиться любить себя самого, супруга, детей и уж тем более всех прочих. Очевидно, что родительского инстинкта иметь ребенка еще недостаточно для любви. Я не буду останавливаться на общеизвестной истине, что главные препятствия к любви – эгоцентризм и личностная незрелость. Добавлю только, что все же главной причиной такой инфантильности становится отсутствие поиска истинного смысла жизни или подмена его теми искушениями, которые отвергали вслед за Иисусом все мудрейшие люди.

Многие из нас были детьми в стране самого счастливого детства и даже пели про это песни. Надо сказать, что в советскую эпоху было достаточно много неплохих механизмов для воспитания и развития ребенка – кружки, секции, дома пионеров. Машина по воспроизводству рабочей силы работала, казалось, успешно. Именно рабочей силы, а не человека. Счастлив тот, кто вовремя успел разглядеть под красивой оберткой пустоту или ядовитую начинку, а кто-то и до сих пор верит в этот сладостный миф, клонируя соответствующую педагогическую систему. Ибо, как бы хороша ни была система, сколько бы ни было вложено в нее денег, если забыт человек и поставлена неверно цель, результат рано или поздно будет печален.

Я говорю об этом только с одной целью – напомнить о прекрасном опыте самостоятельного мышления, открытия правды о себе и окружающем мире. Отсюда, мне кажется, можно извлечь по крайней мере два урока, равно для детей и взрослых. О них мы стараемся помнить в нашей практике. Первый – это стремление открыть каждому красоту и достоинство свободного самостоятельного мышления. И второй: общаясь с любым человеком, будь он взрослый или ребенок, не облачать правду и реальную жизнь в лживые конъюнктурные одежды (идеологические, партийные или государственные). Они всегда будут не по размеру, рано или поздно под ними обязательно обнаружится пустота.

Если жить в постоянных иллюзиях и подменах, навязанных той или иной идеологической системой, о смысле жизни и ценностных ориентациях, то общество будет не просто ходить по замкнутому кругу, но спускаться по спирали, уходящей вниз, что мы ныне и наблюдаем. Развитие самого феномена человеческой личности сохраняется только благодаря усилиям тех, кто помнит, что Бог создал человека, а не человеческую массу.

Как известно, взрослые вырастают из детей и, неся в себе некую величину нерешенных проблем внутреннего неблагополучия, накладывают их на очередное поколение. Болезненная острота этого неблагополучия будет непрестанно возрастать, если не иметь противоядия или серьезно, сознательно не противостоять этому соскальзыванию вниз. Аналогичная ситуация с окружающей нас природой: человек ее губит, но она противостоит заложенными в нее ресурсами, хотя ей делать это все труднее. Если сам человек ей не поможет, то последствия могут быть печальными.

В мире людей таким противоядием становятся духовность и ее производные – высокое искусство, культура, наука и вера. Но вера не как один из социальных институтов, а как замысел Бога о человеке и отношение к нему. Это значит, что человек не может существовать и оставаться тем, кем он должен быть вне любви, вне свободы, вне понимания достоинства и ценности человеческой личности, без уважения к себе и другим. Это следующий принцип, на котором строится наша посильная помощь тем, в чьей жизни мы тем или иным образом участвуем.

Последствия родительской незрелости в первую очередь ложатся на детей. Признаки этой горькой печати проявляются достаточно рано, но родители их по невнимательности и суете не распознают, а раны образуют глубокие и затвердевшие рубцы. Дефицит мудрой любви испытывают все – дети обычных школ, элитных, воскресных, в детских домах, те, кого принято называть нетипичными. Правда, проявляются они в разное время и немного по-разному. У кого пониженной или повышенной самооценкой, комплексами неполноценности, агрессивностью, крайней распущенностью и несобранностью, замкнутостью, инфантильностью, а у кого и суицидными настроениями.

Единственное, что мы пытаемся сделать – через дружеское искреннее общение вернуть человеку достойный уровень самооценки, помочь ему поверить в его собственные возможности и свою ценность. Общение это в разных обстоятельствах может быть различным. С кем – общее дело, с кем – праздники и спектакли, с другими – совместные поездки и походы, с кем-то – беседы и общие обсуждения принципиальных вопросов жизни, одинаково интересные для обеих сторон. Но чем бы мы ни занимались, везде и всегда сохраняется принцип серьезного отношения к интересам ребенка, к нему как союзнику, собеседнику, заслуживающему равноправное отношение, как к человеку, имеющему свою личную точку зрения и свое суждение. При сохранении контекста этики создается атмосфера сотрудничества, совместного решения общих вопросов. Главной задачей становится не натаскать, не научить, а пробудить интерес к мысли, ценности человеческой жизни, к радости творчества и обретения веры в себя.

Поскольку мы приходим к детям как люди церкви, наша задача – оставить в их душе светлое и разумное впечатление о самом главном, что есть в жизни. Замысел каждой нашей встречи в том, чтобы они почувствовали, что путь, по которому мы пытаемся идти, может быть и их путем. И этот путь посильный, интересный, понятный, хотя и таинственный.

Еще одна непростая задача – по возможности снять с души ребенка обретенный негативный, печальный жизненный опыт и дать прикоснуться к крупице положительного и светлого или хотя бы возродить надежду на то, что мир нарисован не только черными красками.

Конечно, требуется много усилий и дерзновения, чтобы говорить о любви и отцовстве с детьми, которые никогда не знали ни отца, ни матери или помнящими о пьянках и унижениях. Нелегко говорить со смертельно больными детьми о жизни, смерти, любви Бога к ним.

Говоря о добре и справедливости с мальчиками и девочками, испытавшими изнанку жизни на себе и знающими ее гораздо лучше нас, нельзя «дать петуха» и сорваться на мертвящие ноты лектора о нравственности или грехе курения. Это все равно что голодающего учить, что излишество в пище вредно для здоровья.

Что мы неизменно практикуем в общении с детьми для возрождения в них уважения к себе и принятия себя, так это систему диалога, инициирование любых вопросов, для того чтобы вместе искать ответ. Не давать готовые ответы на все вопросы, а вместе искать ответы, как союзники и сотоварищи! Этим можно снять с них боль, полученную когда-то ими от ударов подобного рода: «Отстань, надоел», «Что за чушь ты несешь», «Бестолочь и лентяйка, посудомойкой останешься». А бывают раны еще нестерпимее, когда взрослые унижают достоинство и убеждают, что ребенок не достоин любви: «Глаза мои б тебя не видели», «Ты мне всю жизнь испортил». И это не самые резкие выражения, которые приходится детям слышать. И такое происходит не только в семьях алкоголиков и наркоманов.

Важный аспект в отношениях с детьми – постоянная готовность к творчеству в общении, к непредсказуемым ситуациям и вопросам. Этого не надо бояться, наоборот, следует всячески развивать в детях смелость и доверие, желание спрашивать и делиться ситуациями. Не должно и не может быть запретных тем. Проблема только в том, чтобы найти правильную тональность, не изменить искренности и пониманию, что вопрос может звучать по-детски, а суть его может быть самой серьезной и взрослой. Тогда продолжится сотрудничество и укрепится доверие, что и обновляет личность человека. В разный возрастной период естественно говорить на разные темы и разным языком, но всегда правдиво.

Необходимо обсуждать с детьми особенно те проблемы, которые их наиболее волнуют. Такими часто становятся послушание и непослушание, чувство вины, трусость и храбрость, ум и глупость, красота и уродство, справедливость и ложь, любовь, возрастные вопросы. Открывая эти темы, можно снять много страхов и комплексов.

Есть еще очень важный аспект общения с детьми. Практически всегда, если встреча не частная, на ней присутствуют взрослые – родители или бабушки, воспитатели или медсестры. Они могут понять, что общение с детьми дело интересное и полезное для самих взрослых, важнейшая часть их собственной жизни. Это еще одна задача наших контактов с детьми – предложить взрослым по-новому взглянуть на детей, с которыми они живут, страдают, работают. Они могут убедиться, что это не пустая и вынужденная потеря времени, что дети очень часто могут являться нашими учителями.

Не скрою, у священника есть некоторое преимущество перед всеми другими взрослыми специалистами по детской психологии. Хотя это преимущество есть у любого верующего. Только надо суметь им воспользоваться. Я имею в виду возможность ввести в сознание ребенка, в его понятийный и душевный опыт присутствие реальной таинственной божественной силы, которая не затемняет его представление о жизни, а обогащает. Дети очень хорошо могут это почувствовать, если, конечно, реальность не превращать в небылицы и сказки. Самое главное – для этого надо самому ее чувствовать и не предлагать детям мертвящую подмену.

Где обретался весь этот опыт, о котором я рассказываю? В семьях с неизлечимо больными детьми, с детьми малыми и юными из нашего прихода, с детьми из детского дома, с тяжелобольными детьми и их родителями в детской больнице.

Чего мы стараемся избегать?

Во-первых, самонадеянности и самоуверенности, что знаем жизнь и детскую душу настолько досконально, что можем присвоить себе роль учителя и проводника к счастью.

Во-вторых, приближаться к человеку, особенно если ему несладко в жизни, с нарисованной, приклеенной маской сочувствия, изображая себя знатоками страдания и сиротства.

В-третьих, фальшивой интонации и слов по типу «чужую беду руками разведу».

В-четвертых, невольно появляющегося отношения к детям и их вопросам как вопросам примитивным, по степени важности более низкого приоритета, чем важные вопросы взрослых.

Как бы ни трудна была человеческая жизнь, к ней приложимы слова Б.Паскаля: «Несмотря на зрелище всех наших несчастий, которые хватают нас и держат за горло, мы не можем подавить в себе инстинкт, возвышающий нас». Думаю, что к этому внутреннему инстинкту в человеке мы и пытаемся обращаться в нашем общении с детьми с трудной судьбой.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте