search
Топ 10

Мы в ответе за тех, кого научили. Эрнест МАЦКЯВИЧЮС

Эрнест Мацкявичюс – пожалуй, один из самых интеллигентных ведущих на российском телевидении. Такое лицо скорее представляешь на канале «Культура», а он который год успешно занимается политической журналистикой. Более семи лет был парламентским корреспондентом НТВ, вел на телеканале «Россия» предвыборные дебаты на парламентских и президентских выборах в 2003-2004 и 2007-2008 годах, прямую линию «Разговор с Владимиром Путиным». С мая 2006 года – ведущий программы «Вести».

– Эрнест Гедревич, каждый из нас всегда находится либо в роли учителя, либо в роли ученика. На данном этапе своей жизни вы считаете себя учителем или учеником?

– На данном этапе я благополучно существую в этих двух ипостасях. С одной стороны, постоянно продолжаю учиться, открывать что-то новое для себя в профессии и за ее пределами, не стесняясь показаться недостаточно образованным и не слишком компетентным. С другой – за двадцать без малого лет на телевидении, конечно, накоплен довольно мощный багаж знаний, профессиональных навыков и просто наблюдений, который может оказаться полезным для людей, находящихся в самом начале пути. Поможет им не наступить на грабли, на которые я лично вставал неоднократно. У меня уже есть ученики, которыми я могу гордиться, в том числе те, которых я буквально «за ручку» привел на телевидение и погрузил в нашу «кухню». Кое-кто из них даже ТЭФИ получил. Время от времени мне приходится выступать с лекциями и мастер-классами в различных вузах, в том числе на журфаке МГУ и на факультете телевидения, созданном недавно на базе Московского госуниверситета. Там, кстати, этим летом я даже принимал вступительные экзамены. Вернее, это был не экзамен, а творческий конкурс, на котором надо было отсечь случайных людей и дать дорогу талантам.

– Вы строгий учитель?

– Пожалуй, да. Я сразу даю понять человеку, который ко мне приходит, что заниматься с ним мне неохота, что есть дела поважнее – и это чистая правда. Поэтому объяснять и показывать я буду быстро, а оценивать честно. Возможно, я действительно бываю резковат в оценках работ, которые мне приносят молодые журналисты, но если вижу «искру божью» в тексте или хотя бы в глазах того, кто его написал, обязательно об этом скажу человеку и обязательно помогу. Есть расхожее мнение, что настоящий талант непременно рано или поздно, как трава, пробьется сквозь любой асфальт. Это, к сожалению, не так. Настоящий талант очень часто бывает не приспособлен к борьбе за место под солнцем, у него нет твердого лба и острых локтей, которыми можно раздвинуть своих конкурентов. Ему нужно помочь, не задушить в зародыше и показать верное направление. А потом, если его занесет куда-нибудь не туда, вернуть в свою колею. В этом, мне кажется, одна из главных задач учителя, и в этом его ответственность. Мы в ответе не только за тех, кого приручили, но и за тех, кого научили. Надеюсь, Экзюпери меня простит.

– Помните ли вы своего первого учителя?

– Да, конечно, это было в вильнюсской 30-й школе, звали ее Татьяна Михайловна Воротникова. Потом, уже в Москве, была Маргарита Владимировна Кохова, учитель русского и литературы, которая разглядела во мне определенные литературные таланты. Была Надежда Николаевна Некрасова, научившая меня английскому. А с учителем химии Ириной Николаевной Дегтяревой мы дружим до сих пор. Она по-прежнему работает в гимназии №1579, которая в мое время, двадцать четыре года назад, была обычной 579-й школой – без всяких уклонов и специализаций. И, должен сказать, знаний, полученных там, мне хватило, чтобы поступить в МГУ, хотя между школой и вступительными экзаменами было два года армии. Ирине Николаевне каким-то непостижимым образом удается наладить с учениками неформальные отношения, которые после школы продолжаются долгие годы. И еще я ей очень благодарен за то, что не мучила меня химией, в которой я разбирался, мягко скажем, не очень. Она понимала, что дорога у меня другая и не надо возводить на ней лишних баррикад. Это, кстати, мужественное решение, на которое не каждый учитель отважится. Но настоящий педагог понимает, что может дать ученику нечто большее, чем стандартный набор вызубренных знаний, которые обнуляются уже на следующий день после экзамена.

– А кто был вашим главным учителем в жизни?

– Если говорить о журналистской профессии, то это, конечно, Олег Добродеев – сегодня генеральный директор ВГТРК, а в 1993 году, когда я пришел на НТВ, он работал главным редактором информационной службы новой негосударственной телекомпании, он и брал меня на работу. В музыке моим учителем стал великий гитарист Александр Фраучи, который «ставил» мне руку, и я горжусь тем, что сегодня могу считать себя учеником этого человека, которого, к сожалению, уже нет в живых. Ну а главными моими учителями, конечно, стали мои родители. Человека из меня сделали именно они – во всех смыслах слова.

– А вы строгий отец? Как вы воспитываете свою дочь?

– Отец я, боюсь, не строгий. Далька появилась довольно поздно, когда мне было уже 35, это, конечно, сказывается на наших с ней взаимоотношениях. Но в основном я исхожу из того, что у ребенка не должно быть слишком много запретов. Мозг ребенка пытлив, поведение беспокойное, руки шаловливые. Если его затравить постоянными «нельзя», он многого не поймет про этот мир, а потом, когда сам почувствует, что уже «можно», начнет изучение бытия не с той стороны. Да, должны быть «красные флажки», за которые заходить запрещено, и это надо крепко вбить в голову с самого нежного возраста. Остальное следует подробно объяснять. Со мной, сколько себя помню, родители обращались как с равноправным, взрослым членом семьи. Меня никогда не наказывали, а самым страшным испытанием для меня была родительская обида. Примерно так и я собираюсь воспитывать свою дочку.

– Что вы могли бы пожелать учителям?

– Не люблю красивых слов, но мне хотелось бы поклониться им в пояс за то, что они делают, и пожелать им стойкости. А она у них точно есть, раз они в этой профессии трудятся.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту