search
Топ 10

Мы сразу стали взрослыми

​Слезы, слезы, слезы… Так вспоминает детство, выпавшее на годы Великой Отечественной войны, заслуженный учитель Республики Татарстан Берта Ахметзянова. За минувшие десятилетия эти воспоминания не потеряли своего трагизма, не притупилась боль от случившегося. Более 50 лет Берта Александровна проработала учителем математики в казанских школах №39 и №12. Сегодня она живет в Израиле, но часто приезжает в Казань, чтобы встретиться со своими коллегами и учениками.

– Четко помню начало войны. Нарядные, счастливые, идем с родителями в цирк. Вдруг по радио объявляют: «Сегодня в 4 часа утра без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города…» Слезы, паника, непонимание происходящего. Возвращаемся домой.Буквально через несколько дней отца вместе со строительным трестом отправляют на Урал, в город Чусовой, строить военный завод. Мне, шестилетнему ребенку, казалось, что мама с момента объявления войны не переставала плакать ни на минуту.Уезжаем от бабули, которая только что стала вдовой, оставляем с грудным ребенком тетю, муж которой уже на фронте. Пропадают все упакованные для эвакуации вещи (мошенники угнали грузовики в неизвестном направлении), и в детской памяти остаются слезы, слезы, слезы…Уезжать пришлось только в той одежде, что была надета на нас в жаркий летний день. Урал встретил ненастной погодой, но нашлись добрые люди, которые одели и обули нашу семью. На меня, маленькую худенькую девчушку, надели большие рабочие ботинки и мужской пиджак. Поселили нас в комнату с фанерной перегородкой, за которой жила еще одна семья эвакуированных.Мы, дети, стали для наших родителей, работающих сутками, взрослыми и самостоятельными. Всю жизнь стоит перед глазами один случай из военного детства. Как-то местные ребята-подростки взяли меня в лес и потеряли. Осознав, что осталась одна в глухой тайге, я стала громко звать на помощь, плакать и кричать. Стемнело, стало еще страшнее…И сегодня, когда вспоминаю и рассказываю об этом своим дочери и внукам, не могу представить состояние моей мамы, которая только вечером, придя с работы, узнала, что ее малышка где-то одна в лесу… На протяжении всей жизни восхищаюсь людьми, которые всем поселком с зажженными лучинами отправились вместе с мамой и тринадцатилетним братом на мои поиски.Хорошо помню постоянное чувство голода. Мама умудрялась устраивать нам праздники. Из картофельных очисток пекла лепешки, начиняла чем-то требуху, называя это рулетом, заваривала травяной и морковный чаи. Трудно передать радость родителей, когда нашей семье выделили участок земли на высокой горе. Они с энтузиазмом выкорчевали пни, пропололи сорняки, посадили картошку. Мне не забыть, как, собрав урожай, родители спускались с крутой горы по узкой тропинке. Многие люди, оступившись, падали вниз, теряя картошку и получая тяжелые травмы.Как-то глубокой осенью родители вместе с братом отправились на машине в деревню запасаться капустой. Без капусты и картошки выжить было сложно. Меня, больную, оставили дома. По дороге домой машина застряла, и родителям пришлось заночевать в кабине до утра. Прождав родителей до вечера, не зная, где они и что случилось, я разбила окно, вылезла на улицу и попыталась достучаться до хозяев дома. В результате воспаление легких.Конечно, были и приятные минуты. Как-то по карточкам отоварили нас сгущенкой вместо сахара в пропорции 1 к 3. Больше всех радовалась мама. Это давало ей возможность не думать о завтраке. Она оставляла в кукольной посуде немного сгущенки и спокойно уходила на работу, зная, что дети ее сыты.Не могу не вспоминать, как мой брат-семиклассник добирался до школы, которая находилась на другом берегу реки Чусовой. Единственный мост открывался в строго определенное время два раза в сутки. Часто ему приходилось запрыгивать на проходящий поезд и спрыгивать на полном ходу. Много раз брата били дети поселенцев за то, что он еврей и учится на «отлично». Родители приняли решение отправить брата в Казань к тете, которая жила в комнате 6 квадратных метров с тремя детьми, из всех средств к существованию – одна продуктовая карточка. Но во время войны все помогали друг другу, не бросали в трудную минуту. Тетя всю жизнь проработала в вечерней школе №12 Бауманского района Казани.Нельзя забыть и соседку-хирурга, эвакуированную вместе с маленьким сынишкой из блокадного Ленинграда. Она работала в госпитале и во время своих дежурств переживала так много людской боли, что необходимо было выговориться. Трепетно, горестно рассказывала она о молоденьких солдатиках, которым приходилось ампутировать руки, ноги, а также о контуженных, потерявших память или голос. Мне казалось, что я знакома с ними. Уже будучи студенткой, я встретилась в Ленинграде с этим замечательным врачом как с самым близким мне человеком.Как грустно все это вспоминать, но как радостно осознавать, что наши дети и внуки не знают лишений и ужасов войны…

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту