search
Топ 10

Минус оптимизация, плюс северная надбавка. Нагрузка читинских сельских педагогов достигает 40 часов в неделю

С заместителем председателя Читинской областной организации профсоюза Нэллой Анатольевной ПОЛИКАРПОВОЙ мы познакомились случайно. Судьба поселила нас в одном номере на традиционном осеннем семинаре, который Министерство образования и науки РФ и ЦК профсоюза проводят для профсоюзных лидеров и руководителей региональных органов образования. Собеседник у меня оказался знающий, неравнодушный, интеллигентный и удивительно тактичный.

– На что живет Читинская область, откуда черпает доходы?

– Она всегда была сырьевым придатком. Еще с царских времен область развивалась только за счет того, что здесь открывались новые рудники, куда ссылали каторжан, которые добывали золото и серебро, редкие металлы. Поскольку Читинская область имеет две границы – с Монголией и Китаем, – в свое время она была своего рода стратегическим центром, там было много военных. Как, впрочем, и сейчас. Это центр Сибирского военного округа. В области миллион-миллион двести тысяч жителей, в Чите – около 400 тысяч. Есть у нас районы, приравненные к северным.

– Промышленные предприятия работают?

– Практически вся промышленность в упадке. Я не назову ни одного крупного предприятия, кроме, пожалуй, заводов горного оборудования и силикатного, деятельность которого была бы заметна. Почти все рудники в начале 90-х годов были закрыты, шахты затоплены. Поскольку рудники были градообразующими предприятиями, пришли в упадок и поселки, в которых до сих пор продолжают жить люди. Золото добывается и сейчас, в основном частным образом. Добычу ведут артели, они ежегодно получают по несколько сот килограммов, но работают на свой карман.

– Зарплаты рабочих, занятых в промышленности, и бюджетников сильно различаются?

– Думаю, нет, но это за счет северных коэффициентов и перегрузки педагогов в отдельных районах. У нас сельские учителя работают по 30-40 часов в неделю.

– Нэлла Анатольевна, насколько велика Читинская областная организация профсоюза работников образования и науки?

– После профсоюза железнодорожников она самая крупная в области, насчитывает более пятидесяти тысяч человек. Из них более 12 тысяч – студенты. Для нашего невузовского центра это тоже немалая цифра.

– Расскажите, пожалуйста, о системе образования области.

– Большинство районов в Читинской области сельские, следовательно, третья часть школ – малокомплектные. В связи с этим сегодня возникла проблема, как реализовать 123-й закон. Все нормативы рассчитываются, исходя из предельной наполняемости классов по типовому положению об общеобразовательной школе, – 25 человек. А в сельских школах никогда не было таких больших классов. Сеть сельских школ необходимо оптимизировать, поскольку они оказываются нерентабельными.

– Чиновники предлагают одни школы закрыть, детей перевести в другие и возить их туда на школьных автобусах. Неужели это рентабельней, учитывая ваши расстояния?

– Нисколько! Если дорого содержать школу, где 25 учащихся и два-три учителя, то транспортировка детей на автобусах может оказаться еще дороже. На то, чтобы возить детей 30 км до школы и обратно каждый день, потребуется много денег.

– А если селить ребят в интернатах при школах?

– Это выход из положения, но в трудные рыночные времена пришкольные интернаты позакрывали. Они сохранились разве что в Агинском Бурятском округе.

– Их пытаются восстановить?

– Всю сеть вряд ли восстановим, но там, где это возможно, интернаты будут открываться.

– А что происходит в городских школах? Там чиновники тоже стремятся экономить средства?

– Стремятся. Чтобы уменьшить расходы в общеобразовательных школах, классы, где учатся 17-18 человек, сливаются в большие, до 40 учеников, причем даже выпускные – 9-е и 11-е. Чиновники считают, что это очень выгодно, а как учителя будут работать с такими классами, каково в результате будет качество обучения школьников, их мало волнует.

– Какие у вас отношения с властью?

– Хорошие. Власти с нашими предложениями соглашаются, но все делается настолько медленно, неповоротливо… Устно власть выражает готовность сотрудничать, но практических действий мы не видим. Мы понимаем, что в связи с принятием 122-го закона забот у областной власти прибавилось. Раньше за счет трансфертов область жила нормально. Но буквально в 2004 году по итогам переписи населения размер трансфертов был существенно уменьшен, и ситуация изменилась в худшую сторону. Снова не выплачивают вовремя зарплату. Поскольку теперь центр не должен помогать области, ситуация может стать еще хуже.

– А что происходит у ваших соседей, в Агинском Бурятском округе?

– С округом наши отношения складываются интересно. Он находится на территории области, но это самостоятельный субъект РФ. А вот профсоюзная организация работников образования округа осталась в составе нашей областной. Мы привыкли работать вместе. Однако власти округа этого не понимают. Когда мы пытаемся разговаривать с ними на любую тему, чиновники сразу говорят: «А вы тут при чем, собственно говоря?». Для того, чтобы не возникало таких вопросов, в позапрошлом году мы заключили с ними такое же региональное соглашение, какое имеем с комитетом образования Читинской области. Теперь стараемся наладить отношения в рамках этого соглашения. Если в округе захотят заменить лидеров, которые ратуют за единую профорганизацию, то содружество может распасться.

Мы проводили там выездной пленум, и оказалось, что в Агинске замечательные школы! Неудивительно, ведь ежегодно на ремонт каждая школа получает несколько миллионов рублей. ??

– Как им удается раздобыть такие деньги?

– Мы задавали этот вопрос заместителю главы администрации округа. Оказалось, что когда-то в округе была создано что-то вроде оффшорной зоны, это дало толчок развитию экономики. Школы в округе не бедные, поэтому, когда в России проводятся протестные акции, местным учителям трудно проявлять солидарность.

– А в Читинской области?

– В свое время наша область очень активно участвовала во всех протестных акциях, проводила свои, причем, многодневные – двух- и трехнедельные. Сегодня решиться на забастовку трудновато. Чиновники говорят о том, что предотвращение террористических актов гораздо важнее, чем увеличение зарплаты бюджетников.

– Вы вошли в эксперимент по организации профсоюзных кружков…

– Когда мы узнали, что в Брянской и Тамбовской областях такие кружки работают очень эффективно, пригласили к себе в гости Анну Ивановну Голубеву – руководителя Брянской территориальной организации профсоюза. Она очень помогла нам. Мы провели большой семинар для тех, кто хотел стать координатором в районе. Одни эту идею поддержали, другие отнеслись к ней весьма скептически, но большинство пришло к выводу, что просветительскую работу в учительской среде вести необходимо. В кружке можно осмыслить, что такое профсоюзная организация и профсоюзная деятельность, научиться защищать свои права, получить необходимую информацию. Например, педагогов призывают к забастовке. В кружке можно обсудить эту проблему со всех сторон, понять, почему профсоюз предлагает такой шаг, все ли мирные возможности исчерпаны. А сколько возникает вопросов об аттестации, о тех или иных нормативах! К сожалению, администрация не торопится информировать учителей обо всех изменениях. К нам в Читинскую область приезжала представитель шведского профсоюза, который финансирует этот эксперимент в России. Она провела установочный семинар с руководителями кружков. Коллега из Швеции хотела научить нас работать, но, посетив две школы – сельскую и городскую, убедилась, что мы уже успешно справляемся сами и даже предлагаем разные формы школьных кружков. До 2007 года кружки будут работать в рамках эксперимента.

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту