Мат – не наш формат

Будучи с ранней юности убежденным противником сквернословия, благодарен «УГ» за очередное обращение к данной теме (статья «Языковой барьер» от 4 августа). С доброй завистью прочел материал о реализации программы по профилактике этого социального зла в поселке Ачаир Омской области.

Все-таки здорово, что главами администраций пусть редко, но все-таки становятся профессиональные педагоги. Все мне импонирует в описанном опыте, хотя день без мата, конечно, впечатляет, ну а в остальные дни это нормально?

Об этом явлении много написано и сказано, в том числе в научной литературе. Многие помнят, например, передачу «Культурная революция. Без мата нет русского языка» на общероссийском телеканале «Культура». А я убежден, русский язык без использования сквернословия всю жизнь давал и дает возможности для выражения всего спектра чувств – от любви до ненависти. Он настолько богат, что в различных видах деятельности и разнообразных, в том числе самых сложных, жизненных ситуациях можно обойтись без мата.

Помню, как во время военной службы в Приморском крае на рядовой должности (после окончания пединститута) видел искреннее удивление сослуживцев (в том числе офицеров), когда мне вполне хватало в повседневной армейской жизни нормальных оборотов русского языка. Скажу проще: я свободно обходился без мата, хотя сложных коллизий было предостаточно.

Поэтому не приемлю никаких объяснений о якобы жизненной необходимости сквернословия для нормального человека. Более того, глубоко убежден, что привычка использовать мат в повседневной речи (помните, как сказал известный острослов: «Мы не ругаемся матом, мы на нем разговариваем»?) обедняет наш лексикон. Зачем человеку разумно и убедительно строить свою речь, если достаточно нескольких грязных слов, чтобы тебя примитивно поняли и ответили на том же словесном уровне.

Основная беда, на мой взгляд, в том, что большинство людей относится к матерщине спокойно или даже положительно. Правда, в русской культуре мат всегда считался элементом мужской речи, вот почему матерящаяся женщина вызывала несравненно большее осуждение. Хотя сегодня, увы, женщину этот факт не останавливает. Охотно матерятся подростки, для которых мат – способ самоутверждения наравне с табаком, алкоголем и наркотиками (закономерное соседство!).

В летнее время мне выпала замечательная возможность проводить много времени с любимой внучкой, словарный запас которой только формируется. И нам было очень непросто находить во время прогулок островки речевой чистоты даже в центральном парке города: гнилые слова звучали со всех сторон!

Что же делать? Часто слышишь от людей, в том числе и от педагогов, что с этим ничего не сделаешь: «Какая жизнь, такая и речь».

Нормальная речь нас объединяет, а брань разъединяет. Но у нас все с точностью наоборот. Тот, кто говорит чисто и правильно, вызывает некоторое раздражение. А вот если к месту подпустить матерком – будешь своим парнем, причем не только среди бомжей и алкоголиков.

Поэтому надо всячески помогать тем, для кого гнилое слово – это отходы языка, словесные помои. Помогать и так, как это делает Софья Степановна Арефьева из Ачаира. Давайте чаще обращаться к педагогическому наследию Ушинского, Макаренко, глубоко исследовавших природу привычки и пути профилактики вредных привычек. Особая благодарность «Клубу ценителей русского языка» на страницах «УГ». Его выпуски в форме листовок регулярно помещаю на факультетском стенде для студентов и преподавателей.

А несколько лет назад товарищи из Управления по делам молодежи Белгородской области подарили мне тематический календарь «Мат – не наш формат» – маленький элемент комплекса агитационных материалов в рамках движения «Белгородчина – территория без сквернословия».

Только так – всем миром, с использованием разнообразных средств необходимо избавляться от сквернословия, которое уродует человека нравственно и физически. И для этого не надо ждать, когда закончится глобальный финансовый кризис.

Ефим ШАИН, профессор Тульского государственного педуниверситета, Тула