search
Топ 10

кому помешали пионервожатые?

Минтруд, Минфин и Пенсионный фонд сознательно ставят препоны тысячам педагогических работников

Федеральный закон “О выплате пенсии за выслугу лет работникам образования…”, вступивший в силу 2 марта этого года, всколыхнул педагогическую общественность всей страны. Согласно закону, педагоги обрели право получать пенсию за выслугу лет, не прекращая преподавательскую деятельность. Но, как мы уже писали (“УГ” n12), целые категории работников отрасли опять не попали в список на получение льготной пенсии. Обделенные снова почувствовали всю несправедливость своего положения. Целые горы писем – гневных, недоуменных, обиженных – обрушились на президента, Думу, правительство, Минобразования, Минтруд. Количество обращений в Министерство социальной защиты по учительским пенсиям возросло в сотни раз. Свыше 200 человек обратились за помощью в “Учительскую газету”.

Как же получилось, что тысячи людей, так же, как и их коллеги, отдавших годы и здоровье воспитанию и обучению детей, оказались вдруг незаслуженно обиженными?

1959 году, когда постановлением Совмина СССР была введена пенсия за выслугу лет для педагогических работников, перечень учреждений и должностей, работа в которых давала право на эту льготу, особенных претензий ни у кого не вызвал. Был предусмотрен такой порядок назначения этой пенсии, согласно которому достаточно было иметь 2/3 стажа в должности, входящей в перечень, и 1/3 стажа на практически любой другой педагогической работе. Таким образом, любой учитель, отработавший до трети своего 25-летнего стажа в должности, скажем, пионервожатого, тоже имел право на льготную пенсию. Музыкальные руководители появились в перечне в 1960 году.

Безобразия начались в 1991 году, когда Совмин РСФСР печально известным постановлением n 463 принял “Список профессий и должностей работников народного образования, педагогическая деятельность которых в школах и других учреждениях для детей дает право на пенсию за выслугу лет”. Как известно, странным образом в него не попал целый ряд должностей, представленных в союзном перечне. Этот факт не сразу повлиял на судьбу педагогов – какое-то время пенсию можно было получить по союзному законодательству. Однако в 1993 году было принято следующее правительственное постановление – n 953. Этим документом был незначительно расширен “Список…” и прекращено действие вышеупомянутого постановления Совмина СССР от 17.12.59 г. Таким образом, лишились возможности получать льготную пенсию не только те, кто не попал в российский Список, но и те, кто отработал треть педстажа в другой должности.

Почему же так произошло? – спросите вы. И почему Министерство образования не беспокоится о тружениках отрасли? А вот здесь как раз и начинается самое интересное. Минобразования настаивает на расширении Списка с 1990 года – то есть даже до выхода злополучного постановления n 463. И с первого же дня наталкивается на неодолимое сопротивление трех ведомств – Министерства социальной защиты (ранее – Минсобес), Министерства труда и Пенсионного фонда. Именно по их инициативе было урезано количество льготников (поводом послужило существенное увеличение размера льготной пенсии с 40% от ставки до 55% от фактического заработка); они же препятствуют и внесению в Список каких бы то ни было новых должностей. Чем же не угодили столь уважаемым ведомствам пионервожатые, музыкальные руководители etc.? Дело, оказалось, вовсе не в людях и должностях, а в принципе. В одном из писем, направленных Минтрудом в Минобразования, говорится: “Пенсия за выслугу лет устанавливается отдельным категориям граждан, занятых на работах, выполнение которых ведет к утрате профессиональной трудоспособности или пригодности до наступления возраста, дающего право на пенсию по старости. Эта пенсия ни в коей мере не должна рассматриваться как вознаграждение за выполнение той или иной общественно значимой деятельности или как способ привлечения кадров на определенные профессии, а ее назначение должно быть строго увязано с потерей профессиональной трудоспособности. Тогда как в настоящее время значительная часть лиц, получающих данный вид пенсии, продолжает трудиться”. Почти дословно аргументацию Минтруда повторяет Минсоцзащиты. И Пенсионный фонд, которому хронически не хватает денег для уже имеющихся пенсионеров. Подход, в общем-то, понятный. Деньги на деревьях не растут – устанавливая льготы одним, приходится делать это за счет других. 25% всех пенсий уже назначается до достижения пенсионного возраста. И это при том, что количество пенсионеров на одного работающего продолжает расти.

Нельзя сказать, что Министерство образования одиноко в своем стремлении предоставить льготную пенсию всем педагогам. Принятие Закона “О выплате пенсии за выслугу лет работникам образования…” показало, что ни законодатели, ни президент не склонны исходить из принципа “утраты профессиональной трудоспособности”. Да и в самом Законе “О государственных пенсиях в РСФСР” за 1990 год нет никаких намеков на применение к учителям этого принципа. Министерство юстиции также считает наличие 25-летнего педстажа достаточным условием для получения учителем пенсии.

То, что государственные органы, как и люди, имеют разные мнения, нормально и понятно. Непонятно другое – почему в течение вот уже почти пяти лет они не могут договориться? Почему вместо того чтобы пытаться влиять на выработку единой государственной пенсионной политики, каждое ведомство просто перетолковывает законы, сообразуясь со своими представлениями? И когда наконец противоречие между разными подходами будет устранено? Или и дальше решение каждого подобного вопроса будет затягиваться на несколько лет?

И все же на решение вопроса с пенсиями в самое ближайшее время есть надежда, и даже большая. Во время предвыборного визита президента в Красноярский край в мае этого года ему пожаловались на свое положение бывшие старшие пионервожатые и попросили предоставить им льготную пенсию. 29 мая президент дал поручение правительству “поддержать предложение администрации Красноярского края о расширении Списка профессий и должностей работников образования, педагогическая деятельность которых в школах и других детских учреждениях дает право на пенсию за выслугу лет” и “рассмотреть возможность включения в Список старших пионервожатых (старших вожатых), музыкальных руководителей, руководителей физвоспитания, преподавателей-организаторов основ безопасности жизнедеятельности, педагогов дополнительного образования, классных воспитателей, педагогов-организаторов, педагогов-психологов и др.)”. С аналогичным предложением к правительству намеревался, кстати, обратиться и думский Комитет по образованию.

Ясно, что чиновники упомянутых ведомств хочешь не хочешь должны будут во исполнение поручения президента подготовить проект постановления правительства, дополняющего пресловутый Список. Но очевидно также и то, что и теперь они будут препятствовать принятию этого постановления. Поэтому хотелось бы поделиться с ними и со всеми, от кого зависит решение вопроса, несколькими простыми соображениями.

а) Некоторые из категорий педагогов, предлагаемых ко внесению в действующий Список, не просто не были включены в число льготников, а оказались фактически исключены из него с принятием постановлений nn 463 и 953. Иные выпали из Списка в связи с простым переименованием должности – как, например, педагоги -организаторы основ безопасности жизнедеятельности (в значительной своей части – бывшие военруки).

б) Столь важная для известных ведомств утрата профессиональной трудоспособности в некоторых “невключенных” учреждениях не меньше, а может быть, и больше, чем в иных “включенных” – взять хотя бы школы при детских санаториях.

в) Нет сомнений, что моральные и социальные последствия от деления педагогов на “заслуживающих” и “не заслуживающих” льготной пенсии принесут гораздо больший вред государству и обществу, чем увеличение расходов на пенсии.

г) Несмотря на то, что, как считают противники расширения Списка, льготная пенсия “не должна рассматриваться как способ привлечения кадров на определенные профессии”, она фактически стала фактором вымывания кадров с “невключенных” должностей и ухода их на другие, “включенные” преподавательские должности.

д) Замораживание Списка стало отрицательным стимулом для тех работников, кто хотел бы переквалифицироваться на одну из новых школьных специальностей – таких, как, например, педагог-психолог.

е) Можно предположить уменьшение конкурса в педвузы на “невключенные” специальности, и как следствие – дефицит и снижение качества кадров с этими специальностями.

ж) Люди, работающие в практически одинаковых должностях, которые называются по-разному в разных типах учреждений, оказались в неравном положении. Например, учитель физкультуры и учитель труда имеют право на льготную пенсию, а руководитель физического воспитания и инструктор по труду не имеют. Это не только нелогично, но и может также привести к оттоку и дефициту кадров в некоторых образовательных учреждениях.

з) И, наконец, существующее положение попросту несправедливо – и именно так всеми воспринимается. Неужели этого недостаточно для того, чтобы постараться исправить ситуацию?

p.s. Мы обязательно вернемся к этой теме в следующих номерах и проследим, как идет работа по выполнению распоряжения президента.

Николай ВИННИК

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте