На чтение: ≈ 7 мин.Светлым майским днем 1971 года судьба преподнесла мне замечательный подарок – я впервые шел в гости к человеку, которым давно восхищался. Еще в юности я любил заглянуть в хранившиеся в семье пожелтевшие страницы некогда самого популярного в стране литературного журнала «Печать и революция» (начал выходить в 1921 году). Там я находил меткие характеристики, очень точные, порой хлесткие, но убедительные отзывы на книжные новинки, подписанные «Иг. Поступальский».
В этом и других изданиях мне попадались стихи Поступальского. Я восторгался его поэзией. Вникал в его блестящие и крепкие строки, словно отлитые из бронзы, и на ум приходил отзыв Георгия Адамовича о Николае Гумилеве как о «героической фигуре среди глубокого и жалкого помрачения поэтического сознания», одной из «центральных фигур современной русской поэзии». Эту лестную характеристику я переносил на Поступальского.Из «Краткой литературной энциклопедии» узнал: Поступальский родился в 1907 году. Стало быть, начал печататься в периодике, когда ему не исполнилось и восемнадцати лет. Это было удивительно! Неоспоримое доказательство большого дарования. В 22 года опубликовал такую критику на книгу Маяковского «Но.С», что знаменитый автор примчался в редакцию объясниться вручную. (впрочем, драки не случилось, наоборот – подружились). Поступальский писал стихи на двух языках – на русском и польском. Интересны его книги начала 30-х годов о творчестве Валерия Брюсова и Давида Бурлюка. Талант яркий! Но почему его имя известно лишь узкому кругу специалистов? Увы, тому были причины….Итак, я пришел в гости к Игорю Стефановичу. Потомственный дворянин, сын царского генерала, малого роста, не широк в плечах, облачен в изношенную одежду. Но он был весьма энергичен и преисполнен душевной силой. Подвижный, улыбчивый, с яркой образной речью – мы сразу сошлись характерами.Несколько часов я провел в его скромной барачной квартирке, до потолка набитой подшивками старых газет, самодельно переплетенными книгами и подшивками журналов. Беседа наша била фонтаном. Поступальский рассказывал:- Мою биографию подпортил некий доносчик, внедренный чекистами в нашу писательскую компанию. Порой мы собирались в Кунцеве в доме Эдуарда Багрицкого – Владимир Нарбут, Борис Корнилов, украинцы Павел Зенкевич, Павел Карабан-Шлейман и Микола Бажан, а еще москвич-переводчик Борис Турганов. Народ был молодой, настроенный революционно, даже большевистски. Напичканный идеями Маркса-Ленина. Спорили горячо, перебивая друг друга. Основная тема: роль литературы в строительстве социализма. И только Турганов внимательно слушал и мало говорил….Миновали годы. Автору этих строк довелось читать донесения стукача. Так, согласно доносу 18 января 1936 года Поступальский сказал: «Мы живем позорно, пробавляясь переводами, но будущее поколение простит нам этот позор. Ведь тогда все будут знать, что мы молчали не по своей воле. Я даже статьи и то бросил писать потому, что нельзя высказать ни одной настоящей мысли». На собрании 7 мая 1936 года: «Большевики с каждым годом вырождаются. Даже физический облик большевика исчезает. Брюшко, осанка делаются буржуазными. Щербаков и Кирпотин – эти ленивые и равнодушные люди – типичны. Ведь это позор, когда русской литературой, которой все-таки руководили Белинский и Некрасов, теперь руководят такие куклы».И Поступальский провидчески добавлял: «История все разберет. Наши биографы раскопают все стихи, которые сейчас не печатают».Преступная власть всегда боится правды. Поступальского отправили на Колыму, где в концлагере на тяжелых работах он пробыл десять лет. Продолжал писать стихи – на бланках «Колымсклада». Талантливейший Борис Корнилов расстрелян в 1938-м. Павел Зенкевич погиб за колючей проволокой в 1942 году. В заключении провел долгие годы Павел Карабан. Бажан стал классиком украинской литературы, академиком, депутатом Верховного Совета СССР, Турганов – председателем жилтоварищества писательского дома.Когда Поступальский освободился и был реабилитирован, трусливые редакторы с партийными билетами в карманах шарахались при упоминании его имени, не печатали: «Враг народа!». Позже они обличали Пастернака, Солженицына и всех, кого прикажут.В двадцатые годы поэта крепко держала за горло цензура, спустя десятилетия – собратья по перу, выслуживавшиеся перед властью. Так был замолчан и загублен яркий талант.Мы встречались часто. И всякий раз он передавал мне свои неопубликованные воспоминания и самиздатские рукописные стихи, с душевной болью приговаривая:- Мне это издать не удалось. Может, вам повезет больше?…Поступальский прожил 84 года, умер 7 марта 1990 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище.Да, нам повезло. Настало время, когда можно печатать стихи и прозу, не спрашивая на то разрешения мудрецов Главлита. Предлагаем вниманию читателей стихотворение из рукописной книжки Игоря Стефановича Поступальского. Оно написано в 1926 году и публикуется впервые. Надеемся, любители поэзии оценят по достоинству эти замечательные строки.
Валентин ЛАВРОВ, писатель, академик
Выбор читателей
Комментарии