Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Империя исчезла. Мы остались! Сергей РОКОТОВ

Учительская газета, №23 от 9 июня 2009. Читать номер
Автор:

Российская кинопремия «Золотой орел» была вручена недавно режиссеру Карену Шахназарову за фильм «Исчезнувшая империя». А в номинации «За лучшую мужскую роль второго плана» – Армену Джигарханяну за исполнение в этой картине роли академика Охотского. Его прообразом стал знаменитый археолог Сергей Павлович Толстов, открывший древний Хорезм. О том, как создавался фильм, рассказывает автор сценария, писатель, из-под пера которого вышло сорок девять книг детективного жанра, Сергей Рокотов, внук Толстова.

– Сергей Григорьевич, вы признанный мастер детективов и вот вдруг поменяли профессию – стали сценаристом. Как это произошло?

– В юные годы я мечтал о кино, очень хотел стать актером. Но мне было строжайше запрещено идти по этому «несерьезному» пути, и я не ослушался. Но всю жизнь увлекался кинематографом. Начался мой роман с кино в мае 2006 года. С Кареном Шахназаровым мы дружим уже более сорока лет, со школьной скамьи. Однажды зашел разговор о том, какой фильм можно было бы сейчас снять. Карен предложил мне написать сценарий о нашей юности, то есть о 70-х годах. «Будет ли это интересно?» – засомневался я. «Про 70-е годы фильмов нет. Или мы с тобой сейчас снимем такой фильм, или никто и никогда этого не сделает!» – возразил Карен. И я решил написать свою историю. Потом критики упрекнули меня в том, что в основе сюжета простая любовная история, старая, как мир. Однако, как сказал поэт, поэзия «обыкновенных историй» высочайшая из всех. Я несколько раз переписывал сценарий, у меня не все ладилось с диалогами: я романист, а в беллетристике они более пространны, чем в кино. Поэтому в помощь мне Карен Георгиевич направил молодого сценариста Евгения Никишова.

– Значит, сюжет автобиографичен?

– А почему бы и нет?.. Ведь каждый человек – дитя своего времени, несет в себе его черты и особенности. Я даже сохранил имена главных героев, их характеры, воспроизвел любовный треугольник. Детали, декорации тоже «автобиографичны». Квартира и дача воспроизведены практически один в один. Или вот фотография Агаты Кристи, муж которой был археологом. Дед был с ними знаком, и во время одной из встреч госпожа Кристи сфотографировалась с моей бабушкой. А вот финал фильма отличается от того, как все произошло в жизни. В жизни главные герои вновь встретились, когда им было уже за 50. На тот момент оба были в разводе, у нее – двое детей от двух неудачных браков, у меня – двое от одного… И начался сумасшедший роман. Но… «любовная лодка разбилась о быт», и вскоре наши отношения сошли на нет. Любовь, жившая более трех десятилетий, растаяла.

– Финальная сцена, потрясающая по своей глубине и драматизму. Владимир Ильин сыграл сложный, неоднозначный характер постаревшего Степана… Но, надо сказать, молодые актеры – их лица не знакомы по другим фильмам или сериалам – выглядят в фильме вполне достойно. Как подбирали молодых исполнителей?

– Студенты творческих вузов, узнав, что Шахназаров снимает молодежный фильм, выстроились на Мосфильме в очередь, которая тянулась за проходную. Мы с Женей Никишовым просматривали всех, отбирали тех, кто более или менее подходил на роли, а после нас ребята представали перед Кареном. Спор возник вокруг исполнительницы главной роли. Актриса Лидия Милюзина оказалась удивительно похожей на прототип героини. На исполнение этой роли претендовала другая актриса, про которую говорили, что профессионально она сильнее Лиды. Но я настоял на кандидатуре Милюзиной. И не только из-за внешнего сходства, хотя это весьма важно, потому что внешне нынешняя молодежь несколько иная, чем молодежь 70-х. Да и глаза у Лиды… не актерские, в ее исполнении нет наигранности, она будто бы вся вышла из того времени. Она прекрасная актриса, окончила курс Щепкинского училища у Соломина, ее взяли в труппу Малого. Она великолепно играет в спектакле «Власть тьмы».

– Фильм получился поэтичным. Я бы назвала его портретом трех поколений. И это произошло во многом благодаря блистательному и тонкому исполнению Арменом Джигарханяном роли академика Охотского.

– Этот образ вошел в сюжет не сразу. В какой-то момент, когда я уже написал основу сценария, Карен Шахназаров посоветовал мне описать деда, которого он хорошо знал по рассказам своего отца Георгия Хосроевича, известного ученого-политолога. Если говорить о том, насколько Охотский соответствовал нраву своего прототипа, то киногерой получился более эксцентричным. А в целом это его характер.

– Вот как раз о его характере до сих пор те, кто знал Сергея Павловича, рассказывают легенды. Но самое удивительное – это диапазон характеристик. Для одних он выдающийся ученый и организатор, душа Хорезмской экспедиции, последний из плеяды ученых-энциклопедистов. Для других – «фигура неоднозначная», «маленький Сталин». Самая «нежная» из негативных характеристик – «казак лихой».

– Да, Сергей Павлович в общении не был ласков. А в спорах с коллегами и вовсе резок и непримирим. Нужно учитывать и то, что на нем лежал огромный груз ответственности. Хорезмская экспедиция – это лишь одно из его многочисленных дел. Он был директором Института этнографии, редактором журнала «Советская этнография», деканом исторического факультета и заведующим кафедрой этнографии МГУ, ученым секретарем Академии наук СССР. Кроме того, было множество общественных должностей, в частности, одно время дед был директором Института востоковедения на общественных началах.

А его характер? Сергей Павлович воспитывался в семье офицеров. Его дед Сергей Евлампиевич Толстов, участник войн на Кавказе и с Турцией, был казачьим генералом, а его четверо сыновей были казачьими офицерами. Один из сыновей, Владимир Сергеевич, воевал против советской власти. В марте 1919 года был выбран атаманом Уральского казачьего войска и стал генерал-лейтенантом. Уральская армия была разгромлена. Большевики предложили прижатым к Каспию белоказакам капитуляцию. Часть из них сдалась, в том числе и Сергей Евлампиевич Толстов. Потом всех их расстреляли. А Владимир Сергеевич отказался сдаваться и с остатками войска ушел на юг. Это был январь 1920 года, морозы стояли лютые, а впереди их ждал переход по безлюдной пустыне вдоль восточного берега Каспийского моря. В истории этот эпизод запечатлен под двумя названиями – «Марш смерти» и «Ледяной поход по пустыне». В эмиграции написал книгу воспоминаний под названием «От красных лап в неизвестную даль. (Поход уральцев)», которая была издана в 1921 году в Константинополе. Книга врага советской власти имелась в фондах Ленинской библиотеки, но только в спецхране. Его племянник, Сергей Павлович, знал об этом, но ему так и не довелось ее прочитать.

– А как относилась советская власть к такой родственной связи?

– Сергей Павлович был вхож в Кремль, общался со Сталиным. Однако он никогда не рассказывал о своих визитах туда. Но даже мне говорили, что деканом исторического факультета его назначили, когда дочь Сталина Светлана поступила туда и ему было поручено «приглядывать» за ней. В 1949 году за труд «Древний Хорезм» ему была присвоена Сталинская премия. Сначала его представили на вторую степень. В архиве хранится документ со списком представленных к награде, и там рукой вождя против фамилии Толстова вторая степень была переправлена на первую.

– В фильме у деда и внука отношения очень близкие, дружеские. Судя по тому, как вы обрисовали образ Охотского, у вас трепетное отношение к Сергею Павловичу.

– Я с пяти лет жил у деда. Дело в том, что моего отца назначили заместителем директора одного научно-исследовательского института в Узбекистане. Но случилось так, что я там заболел тифом, выпив некипяченой воды, что было строжайше запрещено. И вот чтобы уберечь в дальнейшем от таких неприятностей, бабушка приехала и забрала меня в Москву. Однако Сергея Павловича я практически не видел, потому что он работал день и ночь. Иногда приходил настолько уставшим, что валился на кровать прямо в одежде.

В 1963 году у него случился тяжелый инсульт, после которого он уже не мог активно работать. Он любил смотреть по телевизору театральные постановки. Но чтобы сходить в театр, на концерт или в кино – такого за ним не водилось никогда. И никаких курортов не признавал. Единственным местом отдыха было Узкое, которое в 60-е годы было ближайшим пригородом Москвы, а сейчас – в черте города на Профсоюзной улице, недалеко от станции метро «Коньково». Это был привилегированный санаторий. Он часто брал меня с собой. Мы ходили с ним на лыжах. Он вообще спортивный был, в молодости боксом занимался. Во время войны Сергей Павлович пошел в народное ополчение, вскоре стал офицером, командиром разведроты. Разведчики ведь часто оказывались в тылу врага и пропадали там. А дед сумел вывести свою роту из окружения, они проходили в день по сто километров. Это получилось и благодаря приобретенному им в экспедициях умению правильно ориентироваться на местности. Мы хотели рассказать об этом в фильме, но в сюжет это не вписывалось.

– Зато главное дело его жизни – Хорезм – дало возможность создать на экране прекрасный, емкий образ. А вам самому не довелось поработать на раскопках?

– Нет. Более того, в юности я был там лишь однажды, меня возил туда отец. И во второй раз, когда уже начались съемки фильма, Карен нас с Никишовым туда послал выбирать натуру. Мы выбрали крепости Топрак-кала и Аяз-кала, открытые и описанные Сергеем Павловичем. Они расположены примерно в двухстах километрах от Нукуса. Если забраться на одну, то открывается чудесный вид на другую. В тех краях помнят моего деда, в Хиве есть небольшой музей, посвященный ему.

– Сергей Григорьевич, ровесников главных героев вашего фильма еще в брежневские времена называли потерянным поколением. Как вы считаете, почему?

– Это поколение знаковое. Деды и отцы воспитывали нас на базе ценностей, которые я назвал бы классическими. Однако пора нашей молодости и зрелости совпала с переменами в истории. И мои сверстники шагнули в этот новый, неизведанный мир, в котором и складывались наши судьбы. Порой нам кажется, что наступает конец света… Однако сколько в истории человечества рождалось империй и цивилизаций, потом они гибли, исчезали, как Хорезм или Советский Союз. Но род человеческий жив.

P.S.

Писатель Сергей РОКОТОВ удостоен приза в номинации «Лучший сценарий» на международном кинофестивале «Фантаспорто» (Португалия). Впервые за почти 30-летнюю историю существования этого кинофорума награду получил российский фильм.

На съемках фильма «Исчезнувшая империя». Сергей РОКОТОВ (слева) и Карен ШАХНАЗАРОВ (справа)


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту