Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Государство. Бизнес. Образование. Кто третий лишний?

Учительская газета, №4 от 30 января 2007. Читать номер
Автор:

О проблеме дефицита рабочих кадров в последнее время заговорили все и громко: и Президент России, и работодатели, и те, кто готовит кадры. Но заговорили так, будто стоят по разным сторонам «баррикады», пеняя друг друга за недоработки. Мы попросили прокомментировать происходящее директора Московского НИИ развития профессионального образования, доктора философских наук, профессора, члена-корреспондента Российской академии образования Игоря СМИРНОВА.

Вспоминаю 2 – 3-летней давности встречу с вице-президентом Российского союза промышленников и предпринимателей Домбровским, которому я предложил обсудить проблему критического состояния с рабочими кадрами на президиуме РСПП, придав ему широкое общественное звучание. Но в ответ услышал такое: «Нам эта тема не интересна, на президиуме вас никто не будет слушать». Так закончилась наша встреча, но для пущей убедительности мне была организована еще одна – с руководителем департамента РСПП, отвечающим за анализ проблем подготовки вступления России в ВТО. Этот юный «новый русский» пристыдил меня: «Профессор, неужели вы не понимаете, что вступление в ВТО не имеет никакого отношения к кадрам? Ведь это налоги, тарифы, квоты…». Стало понятно, что нельзя раскачать «снизу» союз работодателей, претендующий на общероссийское лидерство. Но вдруг президент РСПП Александр Шохин сделал громкие заявления по поводу важности решения проблемы подготовки рабочих кадров, вскоре была создана рабочая группа РСПП по реформе образования, началась разработка профессиональных стандартов.

Вот только почему-то остается ощущение большого пиара, предусматривающего, что шеф говорит ясно и масштабно, а его помощники начинают делать оговорки, существенно корректирующие высокие заявления. «Бизнес и гражданин через систему налогообложения вносят достаточно средств для того, чтобы государство в необходимом объеме финансировало государственную систему профессионального образования. Если выделяемых бюджетом средств недостаточно для финансирования профессиональной школы, это проблема государства…» – такая жесткая позиция противостояния государству выражена руководителем Департамента социальной политики того же РСПП Федором Прокоповым в «Учительской газете». Видимо, работодатель считает достаточной установленную государством тарифную зарплату педагога с 20-летним стажем в 8 – 10 тысяч рублей или стипендию учащегося ПТУ в 110 рублей.

Если бюджета не хватает, ответ предельно прост: надо увеличить общие налоги или повысить их на высокие доходы олигархов. Но более выгодно, и это давно поняли работодатели развитых стран, не повышение налогов, а создание прозрачных целевых фондов, которые поддерживали бы нужные для них проекты и направления. Во многих странах, например, с этой целью законодательно устанавливается целевой «налог на квалификацию», определяющий размер минимальных затрат на профессиональную подготовку кадров для своего предприятия. Он, как правило, составляет 1-3 процента от их годового фонда заработной платы и дает ощутимый прирост бюджета на профессиональное образование. Полезно также было бы изучить зарубежную практику инвестиционного партнерства государства и работодателей. В ФРГ, например, эффективно используется так называемая дуальная система подготовки рабочих кадров, затраты на которую разделены поровну между государством и работодателем. Стоило бы поработать и над правовой базой широко заявленной сегодня идеи соучредительства государства и бизнеса при создании учреждений профессионального образования. (Частично она реализована в принятом недавно Законе РФ «Об автономных учреждениях».) Смысл этих инноваций не в отъеме денег у работодателей, а в точечных инвестициях, позволяющих создать экономический механизм взаимовыгодного социального партнерства, взамен прошлого – административного. Инициировать такие инновации должны сами заинтересованные работодатели.

«Третьими лишними» в затянувшемся противостоянии российского государства и бизнеса становятся учреждения профессионального образования, прежде всего начального и среднего, где обучают рабочим профессиям. Они вынуждены зарабатывать трудом учащихся – еще детей – средства в объеме примерно 25% от бюджетных ассигнований. (Знаю и тех, у кого эта цифра достигает 60%.) Можно, конечно, поднять экономическую рентабельность профессионального образования и выше, а теоретически довести и до самоокупаемости, но ведь ни в одной нормальной семье не ставят задачу извлечения прибыли от детей.

Ошибочно и сделанное от имени РСПП утверждение, что государство остается самым крупным работодателем, «поскольку из 67,5 миллиона занятого населения 27,5 миллиона работают на государство». В условиях практически завершенной приватизации собственности государство осталось работодателем в основном для государственных служащих и, кстати, очень неплохо стимулирует их подготовку несоизмеримыми по уровню с учительскими зарплатами, весьма привлекательной пенсией, бережно сохраняемыми от советских времен ведомственными льготами.

Острота российской кадровой проблемы не в обласканных Минфином госслужащих, а в «синих» воротничках, прежде всего тех 32 миллионах российских рабочих, которые (как и при К.Марксе) создают добавочный продукт для всех наших работодателей, включая олигархов. Отсюда же, а не от щедрости работодателей, идут налоги в государственную казну. Но «раскрутить» государство на повышенное финансирование профессионального образования сегодня вряд ли удастся. Классического чиновника вполне устраивает сложившаяся ситуация, он готов и дальше жить в ладу с работодателями по принципу: «вы делаете вид, что налоги достаточны, мы делаем вид, что готовим конкурентоспособных рабочих».

Последнее десятилетие показало, до какого патологически больного состояния государство может довести свою систему профессионального образования. Структура выпуска кадров с высшим, средним и начальным профессиональным образованием сейчас имеет пропорцию 1:1:1, то есть на одного рабочего готовится два начальника. Прямо по Салтыкову-Щедрину, у которого один солдат кормил двух генералов. В то же время реальная структура занятых на производстве в среднем составляет 1:0,8:3. И скоро не изменится, так как многие базовые отрасли экономики по-прежнему подвержены стагнации.

В декабре на заседании Комитета по промышленной политике ТПП РФ отмечалось, что к 2004 году среднегодовая численность производственных рабочих в станкоинструментальной промышленности сократилась вдвое и составляла 62 тысячи работников. При сохранении современных темпов сокращения их численности к 2013 году в этой отрасли не останется ни одного рабочего, и она прекратит свое существование. По мнению самих работодателей, кадровая проблема становится второй по значимости системной проблемой в промышленности (после конкурентоспособности продукции) и приобретает ключевое значение для дальнейшего развития. Но вопреки реальным тенденциям развития российской экономики в стране продолжается бум всеобщего высшего образования. Национальный проект провозгласил создание еще двух супермонстров в виде бизнес-школ. В высшее образование вливают новые миллиарды, и пока ни рубля не добавлено в подготовку рабочих кадров.

На фоне выдающихся успехов высшей школы практически утрачен национальный потенциал рабочих кадров. Доля рабочих высшей квалификации (15%) вдвое меньше, чем была в России раньше, и втрое меньше, чем имеют развитые страны, что вынужден был признать Президент России при посещении 1 сентября техникума в Химках. Пополнение рабочих кадров отстает от темпов их естественной убыли в два-три раза, а 80% вакансий в экономике уже многие годы приходится на рабочие должности. Между тем официальная статистика показывает уровень трудоустройства молодых специалистов по полученной специальности лишь 50%, а по независимым оценкам – вдвое ниже. Это означает, что половина бюджета профессионального образования расходуется на подготовку кадров, не востребованных рынком труда. Надо найти в себе мужество и признать, что государственная система профессионального образования находится в состоянии фактического отрыва от приватизированной, а потому отчужденной от государства экономики, и не несет ответственности за ее кадровое обеспечение. Вкладывать в такую систему частные инвестиции бесполезно, и осторожность работодателей здесь оправдана.

Наивно надеяться на государство, на чиновника-патриота, который думает «сначала о Родине, а потом о себе». В 2000 году президент Российского союза товаропроизводителей Николай Рыжков добился личной встречи с Президентом РФ Владимиром Путиным, вручил ему подготовленную с участием нашего института записку о критическом состоянии подготовки рабочих кадров. Президент России выразил озабоченность и дал поручение правительству принять исчерпывающие меры. Тогда-то и родился звонкий лозунг «опережающего развития начального и среднего профессионального образования». Звон был слышен более года, но не дошел до сердца ни Минфина, ни политических партий, делящих бюджет в Госдуме.

Анализ современной ситуации в профессиональном образовании демонстрирует полное исчерпание административных и необходимость перехода к экономическим методам регулирования его отношений с рынком труда на основе предложенного Госсоветом РФ 24 марта 2006 года государственного заказа на подготовку кадров. Решения исполнительных органов по организации государственного заказа приняты в Москве, Санкт-Петербурге, Вологодской, Кемеровской, Кировской, Ленинградской, Самарской областях. Кстати, этот опыт можно было бы распространить на федеральные учреждения профессионального образования при условии их финансирования в рамках заказа из государственного бюджета. Но для этого, как минимум, надо знать текущие и перспективные потребности рынка труда. Однако, несмотря на высокую актуальность проблемы, систематических исследований рынка труда в России не ведется ни одной из заинтересованных сторон – ни государством, ни работодателями. Федеральная служба по труду и занятости фиксирует число вакансий, что дает неполное представление и лишь о текущей потребности в кадрах. Ее показатели отличаются от результатов региональных мониторинговых исследований в 2-3 раза. Заявление Российского союза промышленников и предпринимателей о готовности изучить потребности рынка труда пока не только не реализовано, но и методически не обеспечено.

Восполняя недостатки статистики, Минобрнауки РФ вынуждено брать на себя несвойственную функцию по запросу от субъектов РФ данных о потребностях в кадрах (письмо зам. министра Свинаренко А.Г. органам исполнительной власти №1991/02 от 11.09.06). Возможность решения этой проблемы только силами органов управления образованием представляется сомнительной. Думаю, что наше министерство приняло на себя не только чужую функцию, но и излишне большую ответственность. Как за рубежом, так и в практике регионов России подобную работу выполняют органы по труду или министерства экономики.

По этому поводу недостаточно заявлений отдельных промышленных союзов, нужен объединенный фронт работодателей, способный влиять на кадровую политику государства и ее эффективность. Такой, как «Европейский «круглый стол» промышленников», которые определенно сформулировали приоритет работодателя, а не государства в подготовке кадров: «Ответственность за подготовку должна быть возложена раз и навсегда на промышленность… Образование должно рассматриваться в качестве услуги экономики».

Пример снятия противостояния государства и бизнеса дает опыт Москвы, при правительстве которой создан государственно-общественный совет по подготовке рабочих кадров с участием работодателей и подобные советы в административных округах. Они определяют потребность в кадрах и формируют городской заказ учреждениям профессионального образования, который как раз и призван стать формой ответственности за эффективное использование государственного бюджета на образование.

Москва готовит переход на нормативное финансирование профессионального образования с учетом реальных, а не усредненных затрат на подготовку рабочих по различным профессиям. Тем самым вместо прежнего «распределительного бюджета» создается «бюджет экономического управления», способный стимулировать структуру и качество подготовки кадров, а также их трудоустройство. Российский работодатель пока стоит далеко в стороне от таких процессов, он продолжает ностальгировать по прежней системе распределения выпускников, когда можно было заказать и бесплатно получить квалифицированного рабочего, даже если он не нужен предприятию. Пора осознать, что привычная по прежним временам формула – «я уплатил налог и требую от государства направить мне специалиста» – вышла за границы не только нового правового поля, но и принципов рыночной экономики, уже не работает.

В отличие от прежних времен выпускник стал свободным объектом труда, имеющим право на выбор своего жизненного пути. Вслед за созданным в России экономическим рынком нужно создавать рынок труда выпускников, на котором работодатели могли бы оценивать их качество, торговаться и конкурировать за получение лучших из них. Такие «торги» станут выпускной оценкой налогоплательщиком (работодателем) эффективности действий налогораспорядителя (государства) и обеспечивать согласованность их действий.

Для эффективного социального партнерства государства и бизнеса нужны не заявления работодателей о добрых намерениях, а практические шаги; не участие в государственном управлении, а вхождение в государственно-общественные структуры власти; не милостыня системе образования, а возвратные инвестиции в нее. Пока же при словах «социальное партнерство» российский работодатель испуганно хватается за свой кошелек. Кончится это тем, что скоро придут серьезные «дяди из ВТО», вложат свои деньги в наш образовательный бизнес и вынесут отечественных работодателей с рынка труда… вперед кошельками.


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту