search
Топ 10
Школы в регионах переводят на дистанционное обучение Дистанционное обучение в школах, «Высшая лига» учителей года, отмена ЕГЭ - новости образования Учителям потребуется подтверждать, что именно они подготовили победителей Всероссийской олимпиады школьников Акт вопиющего физического воздействия и морального насилия: что случилось в школе под Калугой ОГЭ по русскому языку: как пройти итоговое собеседование Ситуация с 9-летней студенткой МГУ Алисой Тепляковой вновь привлекла внимание общественности Эксперт подсказал выход из ситуации с самой юной студенткой МГУ Алисой Тепляковой Для учителей и воспитателей Подмосковья установили выплату в 5 тыс. рублей Тайный дневник, 1900 км, 600 человек: девятые сутки под Волгоградом ищут пропавшую школьницу Международный день объятий, который отмечают 21 января, – праздник не новый, ему 35 лет

Главный инструмент работы с аутизмом

Почему прикладной анализ поведения так важен в коррекционной педагогике

В 2013 году впервые в России в московской школе №1465 Центром проблем аутизма был запущен проект по внедрению инклюзивной модели с ресурсным классом, в рамках которого в обычный класс пошли ребята с аутизмом. Обучение детей с расстройствами аутистического спектра и включение их в общеобразовательную школу основано на методиках прикладного анализа поведения (ПАП), имеющего на сегодня самый высокий статус доказанной эффективности среди вмешательств при аутизме. Юлия ПРЕСНЯКОВА, сертифицированный поведенческий аналитик и клинический руководитель проекта «Инклюзия 1465», раскрыла главные элементы ПАП и рассказала, чем он полезен любому учителю.

 

– Что такое прикладной анализ поведения?

– ПАП (также часто встречается английская аббревиатура ABA, то есть аpplied behavior analysis) – это научный метод, с помощью которого изу­чают формирование поведенческих реакций живых организмов, в том числе человека на то, что происходит в окружающей среде – как внешние обстоятельства влияют на наши навыки. Благодаря ему мы понимаем, как улучшить среду, чтобы процесс обучения различным навыкам был максимально результативным.

Один из главных элементов ПАП – это система вознаграждений, которая напрямую связана с формированием мотивации, без которой обучения у человека не происходит. Мы поощряем за любые правильные реакции и действия, приближающие к нужному результату. Приведу примеры, но уточню: для детей с РАС приятные вещи могут отличаться от желаемого их нейротипичных сверстников. Просто те социальные ценности, которые есть у нас, скажем, учиться, чтобы стать успешным, многим аутич­ным детям непонятны, хотя мы и стремимся к их развитию. Поэтому в качестве поощрений мы поначалу подбираем то, что нравится именно им. Это могут быть совершенно разные вещи – от собирания наклеек до создания причесок и просмотра в Интернете новых гаджетов. У нас есть девочка Рита, для которой в классе стоит манекен головы с длинными волосами, и она может делать прически. На самом деле мы столько вариаций встречали!

– Как не развить зависимость от поощрений в рамках этой системы?

– Это отдельная часть науки ПАП. Сначала, конечно, поощряется каждый правильный ответ или реакция. Когда достигается видимый успех – каждый второй ответ или реакция и так далее. То есть идет постепенное постоянное прореживание, чтобы ребенок не чувствовал дискомфорта. Важно понимать, что под каждый навык система подкреплений и ее режим формируются отдельно.
Также в качестве более сложного варианта системы подкреплений мы используем жетонную систему. Это как деньги у взрослых. Жетоны можно обменять на то, что нравится. Процесс обмена очень удобно использовать и в общем классе, что никого не отвлекает и позволяет сохранить высокую частоту получения призов.

– Что такое ресурсный класс? Каким должен быть педагог ресурсной зоны?

– Ресурсный класс (или ресурсная зона) – это пространство в школе, организованное для специальных занятий, где ученики с РАС могут заниматься по специальной программе, составленной в соответствии с их индивидуальными образовательными потребностями. Тренировочное место, «транзит», где они обучаются навыкам, необходимым для приобретения знаний и социализации. В ресурсной зоне ученик проводит только часть учебного времени. Он также посещает общий класс, где получает непосредственно знания и социальный опыт, включаясь в ту активность, которой заняты его одноклассники.

Учитель ресурсной зоны – поведенческий аналитик, подготовленный к работе с нейроотличными детьми. Он составляет академические программы и адаптирует учебный материал, организует учебный процесс, работает с мотивацией учеников, создает планы по коррекции поведения, тестирует навыки, составляет индивидуальный образовательный маршрут. Каждого ученика сопровождает тьютор.

– Еще один основной инструмент ПАП – изменение среды. Что под этим понимается?

– Изменение среды – это создание благоприятного и учитывающего разные особенности детей дизайна пространства с необходимым оборудованием. Дети с аутизмом имеют ярко выраженные сенсорные отличия. Например, кому-то трудно воспринимать яркие цвета или белый свет. Поэтому в ресурсной зоне теплое освещение и нейтральный интерьер. Также там должно быть место отдыха, где ребенок может сбросить напряжение.

– Расскажите, каковы задачи тьютора.

– У тьютора две разные функции. Когда он находится с ребенком в ресурсной зоне, он является индивидуальным наставником. Его задача – отработать с учащимся разные навыки – от академических до навыков коммуникации и поведения в школе. Когда он идет с ним в общий класс, роль меняется. Он становится лишь помощником, как бы тенью. Задача тьютора – научить ребенка воспринимать инструкции учителя в общем режиме вместе со всеми. Конечно, сначала он находится поблизости, со временем удаляется в конец класса или вообще за дверь, потом приходит несколько раз в день или только на перемену. Цель тьютора в классе – постепенно стать ненужным. Его подсказок не должно быть много. Он всегда чуточку дальше, чем нужно, чтобы развить самостоятельность ребенка.

– Как ученик с аутизмом включается в общий класс?

– Включение в школьную среду происходит постепенно. Над ним мы работаем вместе с учителями-предметниками. Перед этим оцениваем готовность ученика: нет ли нежелательного поведения, которое помешает находиться в среде сверстников, есть ли навык, который он может продемонстрировать на уроке по теме. При совпадении этих условий план включения сначала может выглядеть так: ребенок идет на приоритетные для него предметы, например, два раза в неделю по 15 минут. Кто-то начинает с 5 минут, кто-то – с присоединения на переменке. У каждого индивидуальный план. В дальнейшем количество предметов и времени на уроке увеличиваются. У нас нет задачи, чтобы ребенок, просто научившись сидеть за партой, сидел в классе. Важно, чтобы он занимался там по мере своих возможностей. Некоторые дети, наверное, никогда не будут ходить полностью с классом весь учебный день. Но наша работа в школе – это не только формирование академических навыков, а еще социализация, причем с обеих сторон. Нейротипичные школьники тоже учатся взаимодействовать с особенными сверстниками.

– Расскажите, какие формы взаимодействия между учениками с аутизмом и их одноклассниками вы практикуете.

– В прошлом году мы ввели сверст­никовое тьюторство, один из самых эффективных методов работы. Суть в том, что нейротипичные одноклассники становятся временными наставниками для учеников с аутизмом. Они могут объяснять им какие-то задания, например. Эта практика очень понравилась всем ребятам. Подросток-наставник приобретает не меньше плюсов и бонусов, чем обучающийся ребенок. У него формируются и лидерские качества, и умение быть последовательным. После того как мы кого-то обучили, мы сами лучше разбираемся в теме. По данным исследований, самооценка у детей, которые занимаются наставничеством, намного выше, чем у тех, кто не участвует в подобных образовательных стратегиях.

Также мы проводим коммуникативные группы. Это еще называется обратной инклюзией – когда нейротипичные ребята приходят к нам в ресурсный класс. Мы стараемся делать так, чтобы такие события для них были приятными и запоминающимися.
Коммуникативная группа – это общение на значимые для детей темы, их любимые игры, периодически чаепитие. Кстати, для многих здоровых учеников посещение групп является бонусом. Нам важно, чтобы подростки были мотивированы.

– Какие методы ПАП может использовать обычный учитель в своей практике?

– Знания процессов, происходящих в группе и формирующих поведение, сильно помогут в работе с классом. В ПАП есть отдельная тема – групповые обусловленности. Как сделать так, чтобы вся группа работала слаженно? Например, можно поставить цель подтянуть общий уровень успеваемости.

ПАП эффективно работает с разными формами поведения. Для привлечения внимания дети могут не всегда адекватно реагировать на замечания учителя, тем самым вступая в конфликты со взрослыми, избегая деятельности, которая является для них непривлекательной. А хорошее поведение воспринимается педагогами как должное, его никто не замечает, и оно никак не поддерживается. ПАП учит правильным реакциям на разное поведение, которые будут либо подкреплять его, либо нет, то есть усиливать и учащать позитивное поведение и сокращать девиации.

ПАП учит работать с мотивацией. Можно организовывать сложные системы вознаграждений. Например, ставим какие-то цели для класса и разбиваем его на три ряда. Выводим на доску поощрений критерии и за каждый успех группы даем условно смайл (это может быть все что угодно). В конце месяца группа, которая наберет больше всего смайлов, идет в поход или на квест. При этом данные уровневые системы формируются так, чтобы небольшие бонусы получали все. Здесь огромное поле для эксперимента.

– Как стать ресурсным учителем?

– Обучиться прикладному анализу поведения, при этом можно начать с базы. Сначала стать тьютором или ПАП-инструктором. Это дает знания внутренней кухни. Наши ресурсные учителя выросли с этих позиций.

– Как ваша школа изменилась за восемь лет инклюзивного образования?

– Инклюзия не может быть внедрена мгновенно. Нельзя сказать «завтра будет толерантность», и она наступит. Поэтому в школе №1465 инклюзивное образование стало важной частью процесса обучения и социализации для всех участников образовательного процесса – учителей, учеников, родителей, администрации. Инклюзивные события, антибуллинговые мероприятия, сверстниковое наставничество стали традиционными для всех.

Центр проблем аутизма работает и с другими школами. И мы видим их большую готовность и желание сотрудничать. Им хочется узнавать новое, быть современными и успешными.

Марина МЕРКУЛОВА

Юлия Преснякова рекомендует:

  • магистратуру Московского института психоанализа (МИП) «Прикладной анализ поведения»;
  • программу для тех, кто планирует работать в инклюзивной школе «Включи Меня»;
  • курс по прикладному анализу поведения (подготовка поведенческих аналитиков);
  • книгу Роберта Шрамма «Детский аутизм и АВА»;
  • книгу Мэри Линч Барбера «Аутизм и вербально-поведенческий подход».
Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте