Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Евгений Вирячев, Вологда: Кризис тинейджера: стать мужчиной легко, остаться – труднее.

Дата: 16 сентября 2015, 12:46
Автор:

Имя Дженнифер Фихтер всколыхнуло этим летом если не весь Интернет, то значительную его часть. В свободное от работы время 29-летняя учительница из Флориды занималась сексом с одним из своих учеников, которому в то время было 17.

И хотя так называемый «возраст согласия» в США, как правило, начинается с 16-ти, ряд штатов повысил возрастную планку для этого случая. Во Флориде – 18 лет. Поэтому, когда юный любовник проболтался сдуру своему отчиму, а тот сразу доложил супруге о «дополнительных» школьных занятиях, что привело к заявлению в полицию, – любвеобильная Фихтер приготовилась к большим неприятностям. И не напрасно. Ей дали 22 года тюрьмы! При том, что в соседнем штате ей бы максимум предложили сменить работу! Несоразмерность проступка и наказания привела к тому, что в сети стали собирать подписи в защиту жертвы нелепой любви. Чаще других звучит сравнение с норвежцем Брейвиком, убившим почти восемь десятков молодых людей за просто так, не признавшим себя виновным и получившим меньший срок – 21 год. В отличие от него Дженнифер Фихтер раскаялась в суде за деяние, преступность которого очевидна далеко не всем. Так, например, создатели известного фильма «Американский пирог», где одного из героев-школьников соблазняет мама его друга, вместо того, чтобы сушить сухари, получили внушительный кассовый сбор по всему миру.

Если читатель решил, что я сочувствую и оправдываю американскую учительницу, то это не совсем так. Сочувствую? Да, как нормальный человек. Оправдываю? Нет, так как не переступать определённую черту – одно из профессиональных качеств педагога. К тому же, на суровость приговора повлиял ряд факторов, в частности следствие выяснило, что чаровница «шалила» и раньше, пусть и «по обоюдному согласию, ведь я никогда никого не принуждала!» Святая простота! Но я вообще-то хотел поговорить не о ней.

А о нём. Втором участнике инцидента.

Иметь в любовницах собственную учительницу английского – это круто! Но стать мужчиной легко. Остаться – труднее. Семнадцать лет – не так уж и мало, чтобы не понять всех последствий своих слов и действий. Через 22 года, когда она выйдет на свободу, потеряв своё женское очарование, которое сейчас не могут скрыть даже размытые фотографии инета, он встретится с ней. Допустим, что встретится. С женщиной за пятьдесят, с тусклым взором и сгорбленной спиной, с той, которая когда-то любила его, нарушив правила общества, и которую он продал, кинув в жернова американской юстиции, ради красного словца, минутной похвальбы, от распиравшей гордости своей неотразимости, в общем, от юношеской тупости. Что он ей скажет?

Бывает порой так, что и сказать нечего. Тем же летом, точнее ещё весной у нас в Вологде случилась другая история, не имеющая никакого отношения к предыдущей. Но такая же нелепая. Четвёртый класс одной из школ пошёл на урок физкультуры, который проходил в бассейне в соседнем здании медицинского учреждения. По разным причинам допущены до занятия были только трое детей, которых сопровождающий учитель проводил до кромки воды, посадил на скамейку, приказав не вставать с неё до своего возвращения, а сам спустился в вестибюль на несколько минут, чтобы заняться остальными – недопущенными, «освобождёнными». В отсутствии взрослых (инструктор по плаванию припоздал в этот день), один из троих прыгнул в воду. Через какое-то время двое остальных прибежали к учителю с криками о помощи. К несчастью, было поздно. Мальчик утонул.

Это неточная и неполная картина произошедшего, так как суд ещё не вынес своего вердикта, и информации в открытой печати нет (что мне представляется весьма странным). Директор школы и начальник управления образования лишились своих должностей, учитель ждёт решения Фемиды, как и руководитель медицинского учреждения, где всё произошло. Медики и педагоги упрекают друг друга, что не мешает вологодским родителям справедливо обвинять их всех вместе взятых. Никто не винит только… детей.

Да и как можно! Они же дети. Испугались, запаниковали. Взрослые-то порой входят в ступор во время ЧП, а что спрашивать с 4-классников?

Возможно они ни в чём не виноваты – те двое, непосредственные свидетели гибели – у меня нет точной информации об их действиях в момент трагедии. Но вопросы возникают. Два десятилетних школьника не сумели прийти на помощь своему однокласснику, не протянули руку, не прыгнули в воду, не бросили какой-нибудь плавучий предмет, и, судя по всему, даже не пытались. Оба умели плавать, да и бассейн-то малюсенький, лечебный. Хочется воскликнуть: да, мы, взрослые напортачили, слов нет, но что же вы ребятки не помогли-то нам, хоть как-нибудь?! И не спасли его.

Естественно, они не отвечают за свои действия-бездействия по причине малолетства и 22 года тюрьмы, как американской учительнице, им не светит, и слава богу. Но объединяет эти две трагедии такие разные, на мой взгляд, одна деталь, не сразу бросающаяся в глаза – инфантильность героев этих историй. В частности, невзрослых героев. Их незрелость, выраженная как в малом понимании ценности чужой жизни, так и в нежелании самостоятельно принимать решения, оставляя все как есть – пусть взрослые сами разберутся!

И таких немало – тех, кто не может или не желает принимать собственные решения, отвечать за свои поступки, другими словами – взрослеть. Где кроются причины этой «детскости» – поди разбери! Может мама всегда сама завязывала сыночку шнурки на ботинках, чтобы по дороге в детский сад не запнулся. Позже глубокой ночью доделывала брошенные уроки, чтобы у него не было неприятностей в школе. Ещё позже старательно уберегала от «неправильных» решений в его личной жизни… И как-то опоздала снять с себя ответственность за судьбу ребёнка и передать эту заботу ему самому. Также и в школе мы нередко опаздываем, вытесняя реальную воспитательную работу «воспитательной активностью», то есть имитацией, при которой у подростка мало шансов для самостоятельного выбора, за который он будет отвечать лично, просчитав и риск, и выгоду. А ведь это и есть ответственность, зрелость, управление собственной жизнью. Кто как не школа должна помочь своим воспитанникам преодолеть кризис тинейджера, который у некоторых, бывает, затягивается на полжизни. 29-летняя Дженнифер Фихтер лишь в зале суда рассталась со своим подростковым сознанием, заплатив за это непомерную цену.

Об авторе

Евгений Вирячев, лауреат Всероссийского конкурса «Учитель года России-2007», преподаватель-организатор ОБЖ, учитель физкультуры школы №7, Вологда


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt