Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Двадцать тысяч лье под водой. или О чем Жюль Верн даже не мечтал

Учительская газета, №29 от 15 июля 2003. Читать номер
Автор:

Семнадцать лет назад, заканчивая школу в небольшом провинциальном городке, я мечтала стать океанологом. Возможно, на меня повлияли Жюль Верн и клуб кинопутешественников обаятельного Юрия Сенкевича, а может, с толку просто сбивал свойственный всем юным романтизм.

Тогда я еще не знала, что океанолог – профессия элитная, ежегодный набор всего-то 6-8 человек, к тому же по негласному предписанию девушек в океанологи практически не брали. Но времена поменялись, эмансипация взяла свое, и теперь мальчишек и девчонок на кафедре океанологии примерно поровну.

От Москвы до Гренландии

Мы идем с заместителем заведующего кафедрой океанологии Московского государственного университета, профессором Сергеем Добролюбовым по коридору, и я заглядываюсь на многочисленные стенгазеты – яркие, красочные, с морскими драконами и веселыми фотографиями.

– Это из Геленджика, там наши ребята проходят практику. Возьмите на память, – протягивает он мне несколько фотокарточек. – После второго курса наши студенты едут на Черное море – в Геленджик, кто-то в дельфинарий под Анапой, в этом году, наверное, будет практика и в Севастополе. У нас там есть черноморский филиал, где студенты изучают географию океана. А вот после третьего и четвертого курсов у ребят обязательная производственная практика. Отправляем их в Архангельск, в отделения гидрометеослужбы, в Астрахань – в рейсы по северному Каспию. Находятся, конечно, желающие остаться в Москве, в Институте океанологии. Проходит практика и на Белом море, есть даже заграничные рейсы. Так, в прошлом году был рейс на 35 суток в северную Атлантику, вместе с четырьмя студентами мы дошли до северной оконечности Гренландии, а потом повернули в сторону Канады. С помощью специальных приборов определяли скорость течения, соленость воды, ее температуру.

Не женское дело

От Сергея Анатольевича я узнаю, что в этом году кафедре океанологии 50 лет, образовалась она в 1953 году. А ее основатель – Николай Николаевич Зубов, дворянин, известный полярный исследователь, выпускник морского кадетского корпуса, побывавший и в Цусимском сражении, и в японском плену. Зубов командовал запасным полком у Колчака, его наверняка бы расстреляли, но Николай Николаевич сумел предсказать нагрузку на ладожский лед на «Дороге жизни» в 1941 году, дослужился до контр-адмирала и выпустил очень много интересных книг. Заведующим же кафедрой более 40 лет был ученик Зубова Алексей Добровольский.

– У нас всегда училась элита, – продолжает с гордостью Сергей Анатольевич. – Девочки прорывались раз в десять лет и разве что кандидаты в мастера спорта по подводному плаванию. А вот нынешние девушки – на удивление целеустремленные в отличие от большинства парней, мы даже берем их теперь в дальние экспедиции в Северную Атлантику, и поверьте, они не хуже ребят справляются и со спасательными жилетами, и научными исследованиями. Хотя, конечно, работа океанолога далеко не женская, да и условия не везде такие, как на судне «Академик Мстислав Келдыш», где у каждого своя каюта со всеми удобствами.

Мы ходим в экспедиции на трех суднах Института океанологии, лучшее из которых, конечно же, «Келдыш». Пункт его приписки – незамерзающий порт Калининград. Есть еще и «Вавилов», «Йоффе». Наши корабли с удовольствием арендуют, используют для туристических рейсов, ученые сходят возле Гренландии, а на борт поднимаются туристы, плывущие к Шпицбергену и Северному полюсу. «Келдыш» – единственное судно, специализирующееся по подводным мирам. Аренда судна стоит 6-8 тысяч долларов в сутки, и потому обойтись без денег, заработанных в рейсах, сегодня практически невозможно. За счет же туристов появляется возможность оплачивать научные исследования.

Вместо трески пикша

– И все-таки какими проблемами занимается океанология?

– Океанология – синтетическая наука в отличие от многих других, человек, имеющий хоть какое отношение к морю, считает себя океанологом. На кафедре мы занимаемся в основном водой – ее температурой, течениями, влиянием океана на климат, приливами, соленостью, исследуем не только океан, но и внутренние моря. Другая тема, которая волнует океанологов, – экология морей, ведь антропогенная нагрузка на них очень сильная. Много проблем, связанных с загрязнением, причем сейчас актуален вынос биогенных элементов – фосфора, азота. Все это, вываливаясь в моря, приводит к их цветению, и рыбам, которые питались планктоном, теперь его найти все сложнее. Не менее острая проблема так называемых вселенцев. Например, в Баренцевом море треску переловили, но свято место пусто не бывает – появилась сорная рыба пикша, менее вкусная. Наши студенты не занимаются конкретно проблемой рыбных запасов, нас больше интересует, какие характеристики воды приводят к размножению и угнетению того или иного организма.

Главное – прогноз

– Куда идут работать ваши выпускники?

– В Институт рыбного хозяйства и океанографии, там есть гидрометеослужба, морской отдел и служба морских прогнозов. Они занимаются прогнозированием нагонов в районе Таганрога и Ростова и других российских регионах. Наши специалисты предсказывают и наступление новороссийской бары – ветра с суши, который срывает суда с якорей. Помимо Гидрометеоцентра существует Государственный океанографический институт, занимающийся нашими морями. Там выпускают справочники по морям, ведут регулярные метеонаблюдения, мониторинг экологической ситуации, исследуют соленость и температуру воды.

– Ваша кафедра единственная в стране?

– Аналогичная кафедра есть только в Петербургском университете. В Петербурге есть также Российский государственный гидрометуниверситет с факультетом океанологии. Но у них специальности в основном физико-инженерного направления, готовят прибористов, а не исследователей воды как таковой.

– Как вы отбираете ребят на кафедру?

– Распределение по кафедрам идет только после первого курса. В наш университет многие поступают по результатам выездных экзаменов. Пару лет подряд брали хороших ребят в Петропавловске-Камчатском, был и талантливый парень с Камчатки. Сейчас контингент несколько изменился. На кафедре примерно поровну москвичей и студентов из провинции.

– Занимаетесь ли вы прогнозами на будущее?

– Моя специализация в этом и состоит. Мне помогают модели и наблюдения и, конечно же, спутниковые анализы. Кстати, сейчас идет глобальное потепление, средняя температура океана растет. Главный наш метод на сегодня – прогнозирование и моделирование климата. Для сбора необходимых данных можно ходить в море, а можно получить их с помощью спутника, способного измерять температуру воды по высоте волны.

– Не вытеснят ли спутники в ближайшем будущем океанологов?

– Какие-то методы постепенно вытесняются, но на глубину шесть километров спутник не залезет. Биологам же нужно отобрать, к примеру, рачков, ну а 120 компонентов воды ни один спутник измерить не сможет.

– Много ли ваших выпускников навсегда прощаются с наукой?

– Были вообще провальные годы – 1994-1995-й, когда в науке оставались единицы. В последнее же время наши выпускники с удовольствием идут в аспирантуру, занимаются научными исследованиями, работают по зарубежным грантам.

Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту