Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

Чистый лист. Концептуализация как прием интенсивного обучения литературе в старших классах

Учительская газета, №44 от 30 октября 2012. Читать номер
Автор:

Для успешной социальной и информационной адаптации в качественно изменившихся условиях (информационная доступность, с одной стороны, и перегруженность информацией – с другой) современный выпускник должен обладать такими характеристиками, как естественное включение в информационные процессы, способность к адекватному восприятию полученной информации и настроенность на эффективное ее использование в своей деятельности.

Чтобы соответствовать все ускоряющимся темпам пополнения информационных ресурсов и развитию общества в целом, школа постепенно увеличивала срок обязательного обучения и число учебных предметов, в течение многих лет непрерывно расширялось и пополнялось содержание школьного образования. Очевидно, что предпринятые меры не решают поставленной задачи: школа сегодня стала одиннадцати-, двенадцатилетней, но этот процесс не может быть бесконечным; многопредметность разрывает научные связи, ведет к дублированию и дроблению учебного материала, не способствует пониманию учащимися целостной научной картины мира; явная перегруженность учебных программ, признаваемая сегодня и учителями, и методистами, – в ущерб полноте и глубине его осмысления школьниками.Всеобщая интенсификация процесса обучения стала сегодня объективной реальностью, поэтому вполне закономерно, что многие исследователи стремятся найти такой вид обучения, который гарантировал бы без увеличения сроков обучения повышение качества и прибавление объема информации, усваиваемой в процессе обучения (Н.Ф.Талызина), достижение максимума эффективности за минимально возможное учебное время при минимальных затратах усилий учащегося и учителя (В.М.Блинов, В.В.Краевский).Исследователи (Л.Ш.Гегечкори, И.А.Зимняя, Г.А.Китайгородская, Е.В.Колчинская, Б.И.Коротяев, О.П.Околелов, В.А.Пахарукова, А.В.Петровский, П.И.Пидкасистый, Е.В.Сковин, В.С.Страхова, Е.Э.Сысоева и др.) по-разному преломляют основополагающие идеи интенсивного обучения, используя современные данные многих областей знаний, в первую очередь психологии, социолингвистики; обращаются к интеллектуальным и личностным резервам обучаемого, активизации познавательных процессов, положительному воздействию на эмоциональную сферу, оптимизации процессов социальной адаптации. В центре системы интенсивного обучения стоит человек, чей интеллектуальный, деятельностный, креативный, личностный потенциал должен быть реализован в максимальной степени. Поэтому вполне закономерно, что понятие «интенсификация», сложившееся в отечественной педагогике, принадлежит к числу фундаментальных понятий дидактики.Исходя из основной цели обучения – в минимальные сроки достичь усвоения максимального объема учебного материала, – были выделены основные факторы интенсивности учебного процесса: минимально необходимые сроки обучения для достижения цели обучения при максимально необходимом объеме учебного материала и соответствующей его организации (Ю.К.Бабанский); максимальное использование всех резервов личности обучаемого, достигаемое в условиях особого взаимодействия в учебной группе при творческом воздействии личности преподавателя (Г.А.Китайгородская); оптимальная организация обучения (Е.В.Колчинская); интенсивность мыслительной деятельности обучающихся (Т.Г.Скибина).Обозначены направления интенсификации процесса обучения (Л.Т.Турбович): переход на более высокий уровень начальной абстракции; обучение эффективным, регулярным и оптимальным приемам мышления; внедрение в практику обучения устройств, облегчающих преподавателю выполнение важных, но наименее творческих его функций.Среди наиболее эффективных инновационных технологий интенсивного обучения выделяют: технологию глобальной индивидуализации обучения; технологию на основе графических и матричных методов сжатия информации; технологию активного воздействия на личность обучаемого (психотроника, нейропрограммирование, медитация); компьютерные технологии.Важнейшие целевые ориентации интенсивного обучения:- сокращение разрыва между увеличением объема учебной информации и фактором ограниченности времени обучения;- ускорение и интенсификация образовательного процесса за счет сжатия (концентрации) информации;- активизация познавательных интересов учащихся за счет общего видения перспективы;- формирование быстроты выполнения умственных действий (общеучебных навыков);- целостное формирование качеств личности, необходимых для ускоренного усвоения материала (концентрации внимания, целеустремленности, настойчивости, цельного художественного чувства);- формирование схемного, знакового, символического мышления.Интенсификация обучения предполагает совершенствование содержания, а также методов и приемов обучения.Один из приемов интенсивного обучения – прием концептуализации. Концепт уже давно является предметом осмысления в отечественной филологии. К данному понятию обращались в своих работах С.А.Аскольдов («Концепт и слово»), Д.С.Лихачев («Концептосфера русского языка»), Ю.В.Степанов («Константы. Словарь русской культуры»), В.Г.Зусман («Концепт в системе гуманитарного знания»), А.А.Григорьев («Концепт и его лингвокультурологические составляющие») и др. Концепт – смысловая концентрация; он «расширяет значение, оставляя возможности для сотворчества, домысливания, «дофантазирования» и для эмоциональной ауры слова» (Д.С.Лихачев). Концепты – это «некоторые подстановки значений, скрытые в тексте «заместители», некие «потенции» значений, облегчающие общение и тесно связанные с человеком и его национальным, культурным, профессиональным, возрастным и прочим опытом». Работа с концептами, концептуализация (вычленение основы, первосмысла или принципа, заложенного в основе чего-нибудь) соприродна уроку литературы, органична ему, так как предполагает работу с текстом художественного произведения. Учитель, организующий на уроках литературы работу школьников с концептами, должен придерживаться следующих принципов: 1) подходить к тексту как к целостности, художественно интерпретирующей действительность; 2) допускать варианты истолкования текста исходя из многозначности художественного образа; 3) вступать в диалогические отношения с автором интерпретируемого текста; 4) включать механизмы эмоционально-образного, логико-понятийного и ассоциативного постижения текста.Продемонстрировать применение приема концептуализации можно на примере урока литературы по рассказу Т.Толстой «Чистый лист» (11-й класс). Несмотря на то что постмодернистская литература в программе 11-го класса дается обзорно, мы выбрали для анализа рассказ именно этого автора, т. к. художественный мир Татьяны Толстой один из ярких, самобытных в современной литературе, ее называют лучшей в жанре короткого рассказа. Очевидна связь прозы Т.Толстой с русской классической традицией, но в то же время видится и связь с модернистской традицией 1910-1920-х годов.Для достижения цели урока – совершенствование компонентов общекультурной компетенции, выражающееся в развитии культуры читательского восприятия художественного текста, понимании авторской позиции, образного и аналитического мышления, – необходимо решить следующие задачи:    образовательные – использовать содержание материала рассказа Т.Толстой для расширения смыслового поля важнейших для национальной культуры концептов «чистый», «душа»;    развивающие – развитие навыков анализа произведения малой прозаической формы (развитие умений анализировать, сопоставлять, сравнивать, выделять главное, выдвигать гипотезу, подбирать аргументы для подтверждения собственной позиции, формулировать выводы; развитие коммуникативных навыков и умения применять знания в новой ситуации);    воспитательные – формирование ценностного отношения к душе, внутреннему миру человека как к общечеловеческой, нравственной категории.   Проектируя учебное занятие, необходимо учитывать следующие возрастные особенности 11-классников: – центральное новообразование ранней юности – самоопределение, как профессиональное, так и личностное; это новая внутренняя позиция, включающая осознание себя как члена общества, принятие своего места в нем; выпускник строит жизненный план, мечты о будущем занимают центральное место в его переживаниях; – главное психологическое приобретение ранней юности – открытие своего внутреннего мира: у старшеклассников формируется представление о собственной уникальности, неповторимости, исключительности собственного «я»;- достаточно сформированное абстрактное мышление;- внутренняя противоречивость развития внимания: объем внимания, концентрация, скорость переключения находятся на весьма высокой ступени развития, вместе с тем внимание становится более избирательным, существенно зависящим от направленности их интересов. Эти особенности обусловили отбор содержательного материала, необходимого для реализации цели учебного занятия, а также выбор ведущего вида деятельности. Сценарий урока литературы по рассказу Т.Толстой «Чистый лист» (11-й класс)После краткой справки об авторе и работы с названием рассказа («Чистый лист»), которое в то же время является и последним его словосочетанием, учитель озвучивает основной проблемный вопрос, ответ на который необходимо дать на уроке: можно ли начать жизнь с чистого листа? Прежде чем приступать к основному ходу урока, необходимо актуализировать восприятие учащихся. Для этого целесообразно обратиться к смысловому анализу словосочетания «чистый лист». В качестве слова, несущего основную смысловую нагрузку, учащиеся выделяют слово «чистый». Осуществляя подбор существительных, наиболее часто употребляемых с этим прилагательным (чистая душа, чистая вода, чистая правда, чистая совесть, чистый взгляд, чистый язык и др.), мы прогнозируем, что речь в рассказе будет идти о человеке, который как-то ассоциируется в сознании автора со словосочетанием «чистый лист». Чтобы расширить смысловое поле прилагательного «чистый», учащимся предлагается подобрать синоним к каждому словосочетанию: «чистая душа» – «благородный», «чистая правда» – «честный», «чистая совесть» – «справедливый, нравственный, добродетельный», «чистый взгляд» – «открытый», «чистый звук» – «нефальшивый», «чистый язык» – «нормативный, культурный».Поработав со значением слова «чистый», мы можем предположить, что главный герой рассказа – некий персонаж, несущий в себе идеалы чистоты, которые зафиксированы в этих прилагательных, – добрый, честный, справедливый, открытый, искренний человек. Однако учащиеся делают вывод о том, что главного героя Игнатьева мы не можем соотнести ни с одним из этих значений.На следующем этапе урока, чтобы разрешить выявленное противоречие, учитель, демонстрируя чистый белый лист формата А4, задает вопрос учащимся: «А все ли мы знаем о чистом листе?» – и предлагает описать его. Учащиеся отмечают, что он белый, чистый, незапятнанный, правильной формы, прямоугольный, гармоничный, стандартный, безукоризненный, совершенный.После фиксации на доске ряда прилагательных, характеризующих чистый лист, учитель неожиданно сминает его со словами: «А это чистый лист?» В случае затруднения учащихся можно задать вспомогательные вопросы: «Какие ассоциации с характеристикой персонажа возникают у вас, когда вы смотрите на этот смятый лист?», «Почему герой говорит: «Я дошел до точки»?» Опираясь на текст, школьники дают краткую характеристику персонажа: Игнатьев болен, измучен тоской. Болен его сын – «хилый болезненный росточек». Герой называет его «огарочек», который «чуть теплится». Вымотана и измождена болезнью сына жена, ради которого она бросила работу («она святая»). А по ночам герой тоскует по Анастасии и уходит в мир своих видений-снов, не менее мучительных, чем действительность… Его всюду сопровождает Тоска, и мучительно болит где-то в груди Живое. Вот почему своему другу он говорит: «Я дошел до точки».Распрямив измятый лист, учитель задает вопрос: «Какие ассоциации с героем и его мыслями возникают у вас теперь?» Учащиеся отвечают, что герой мечтает вырваться из этого порочного круга: «Каждый день даю себе слово: завтра встану другим человеком, взбодрюсь. Анастасию забуду, заработаю кучу денег, вывезу Валерочку на юг… Квартиру отремонтирую, буду бегать по утрам…»Повторим свой вопрос: «Это чистый лист?» Учащиеся отвечают, что он уже использован, измят. А чистый лист – гладкий, ровный, неиспользованный, первозданный. Зафиксируем на доске названные значения чистого листа.В процессе чтения мы проверяем себя. Что имел в виду автор, называя героя чистым листом? Свое понимание мы должны соотносить с устоявшимися в языке значениями этого выражения. Следующий лист учитель рвет пополам. Вопрос повторяется: «А это чистый лист?» И далее учитель просит озвучить ассоциации относительно героя рассказа, возникающие при восприятии такого листа. Учащиеся говорят, что герой действительно рвется между женой («она святая») и «зыбкой, уклончивой» Анастасией. С одной стороны, Игнатьев жалеет измученную жену – «озеро, промерзшее до дна», с другой стороны, тоскует, оттого что Анастасия не отвечает на его звонки и Живое «тоненько плачет в груди до утра». Даже в мечтах герой стремится уравновесить обеих: «Он будет сильным… Он приручит уклончивую, ускользающую Анастасию. Он приподнимет землистое, опущенное лицо жены. Противоречия не будут разрывать его. Ясно, справедливо уравновесятся достойные. Вот твое место, жена. Владей. Вот твое место, Анастасия. Цари…» Возвращаемся к понятию «чистый лист»: он должен быть неповрежденный, неразрушенный; лишенный раздвоенности, внутренне единый; целостный, целый.Видя лист с вырванным в центре кругом, учащиеся вспоминают, что в самом начале рассказа Толстая рисует символический образ рваного пледа, под которым спит измученная жена Игнатьева. Эта деталь – символ прорехи в отношениях персонажей. Вернемся к чистому листу. Чистый лист – это лист сплошной, монолитный, цельный. Человек должен быть цельным во всем – в делах и поступках. «Мудрым, цельным, совершенным» видит себя Игнатьев в мечтах: «Стеклянный шар уныния разлетится вдребезги, и новый, сияющий, блистательный, звенящий как струна Игнатьев – мудрый, цельный, совершенный – въедет на белом парадном слоне».Усложняя задачу, учитель демонстрирует чистый коричневый лист: «Но почему мы решили, что чистый лист обязательно белый? Это ведь тоже чистый лист?», а затем просит обозначить рождающиеся в этот момент ассоциации с текстом рассказа. Вспоминается символический образ «шелковой чайного цвета рубашки, которую носил еще его папа», в этой рубашке без сносу герой женился, в ней забирал сына из роддома. Эта вещь – связующее звено между тремя поколениями. Сжигая рубашку ради прихоти любовницы, Игнатьев отсекает себя от рода. Для усиления впечатления учитель сжигает коричневый лист, задавая вопрос, с каким еще образом связан мотив огня в рассказе. Учащиеся называют возлюбленную Игнатьева – Анастасию. Ее «красное платье горело приворотным цветком», во сне она является как красный цветок, «жаркий цветок», который «плавает», «мигает», «вспыхивает». Демонстрируя красный лист, учитель спрашивает: «Ведь это тоже чистый лист? Можно ли назвать отношения с Анастасией чистыми?» Учащиеся вспоминают, что для Игнатьева Анастасия стала приворотным цветком, она говорит «бессовестные слова» и улыбается «бесовской улыбкой». Анастасия – символ дьявольского искушения. Отношениями с ней Игнатьев отсекает себя от семьи. Вернемся к понятию «чистый». Согласно одному из своих значений «чистый» – свободный от скверны, угодный божеству; не греховный.Глядя на нежно-розовый лист, учащиеся вспоминают, как герой, решившийся на операцию, в отчаянии и сомнениях произносит про себя: «Доставайте же свой скальпель, нож, серп, что там у вас принято, доктор, окажите благодеяние, отсеките ветвь, еще цветущую, но уже неотвратимо гибнущую, и бросьте в очищающий огонь…», «Мое бедное сердце, еще шелестят твои яблоневые сады. Еще пчелы, жужжа, копаются в розовых цветах, отягощенных густой пыльцой. Но уже сгустилось на вечернем небе, уже затихло в воздухе, уже точит блестящий обоюдоострый топор…» Решаясь на такую операцию, Игнатьев отсекает себя от жизни. Но ради чего? Должна же быть какая-то цель, оправдывающая это решение? О чем мечтает Игнатьев? К чему стремится? Задавая эти вопросы, учитель демонстрирует золотой лист. Учащиеся вспоминают один из ключевых эпизодов рассказа – визит к «значительному человеку» Н. – и находят ключевые слова, создающие его образ: золотая авторучка, массивное золотое времяхранилище на дорогом ремешке…  Вот к какой цели идет Игнатьев. Показывая медицинские справки, учитель задает вопрос: «Это чистые листы?» Ответ очевиден: нет, это заполненные медицинские бланки с печатями. Но парадокс! Они символизируют, что Игнатьев чист! В смысле здоров, цел, невредим, пригоден к операции, т. к. в одном из значений «чистый» – «полностью соответствующий кому-либо, чему-либо по своим свойствам». Образ врача из рассказа Толстой может быть ассоциирован (по своему значению, роли в тексте) не с традиционным белым, а скорее с черным цветом (демонстрируем черный лист). Почему? Обратившись к тексту, учащиеся находят портрет «врача врачей Иванова»: «На голове у него уступчивым конусом сидела шапочка… крахмальный зиккурат… Глаз у него не было». Обратим внимание на детали. Зиккурат – многоступенчатое культовое сооружение; он представлял собой нечто большее, чем просто храм, являясь связующим звеном между небом и землей, а также местом, куда являлся якобы сам бог, объявляя людям свою волю через жрецов. Ассоциации: «врач врачей Иванов» – жрец, сатана. А Игнатьев – тот, кто добровольно приносит себя в жертву. До операции герой мечтает о чудесном преображении: «Волшебными ножницами я разрежу заколдованное кольцо и выйду за предел. Оковы падут, сухой бумажный кокон лопнет, и изумленная новизной синего, золотого, чистейшего мира, легчайшая резная бабочка вспорхнет, охорашиваясь». Цитируя эти строки, учитель растирает в ладонях бумажный «кокон», наполненный конфетти. Постепенно бумага рвется, и конфетти высыпается. «А произошло ли чудо преображения?» – такой вопрос задает учитель. Ответ очевиден. Бабочка – символ души, бессмертия, возрождения и воскресения, способности к превращениям, к трансформации, так как это крылатое небесное существо появляется на свет, преображаясь из мирской гусеницы. В случае с Игнатьевым преображения не случилось. Операция прошла успешно. Вопрос «Что же удалили Игнатьеву?» позволяет выйти на художественный прием умолчания, использованный Т.Толстой. Автор ни разу не говорит о душе, и только в конце урока мы выходим на это понятие. На этом этапе урока на помощь приходят «эксперты», заранее проанализировавшие значение слова «душа», опираясь на толковые словари С.И.Ожегова, В.И.Даля, словарь синонимов З.Е.Александровой. Такая работа позволяет сделать следующий вывод: Игнатьеву удалили душу, а значит – внутренний мир, совесть, сердце. А какой же была душа Игнатьева? На рефлексивном этапе урока учитель предлагает учащимся выполнить творческую работу – сложить портрет души героя. В качестве рабочего материала предлагаются белые и цветные листы формата А4, целые и изорванные, бумажная бабочка, магниты. Работа выполняется коллективно на доске, по окончании дается комментарий относительно выполненного портрета. Комментарий учащихся плавно перетекает в комментарий учителя: в рассказе можно выделить семь частей – шесть из них мы видим Игнатьева мятущегося, сомневающегося, страдающего, болеющего душой за семью, за ребенка; на шестую часть приходится изображение операции по удалению души; и только в самой короткой, седьмой, части Игнатьев преображенный, лишившийся души. Даль писал словно бы об Игнатьеве «новом», каким он предстал после операции: «не одаренный человеческой душою; лишившийся души, мертвый, умерший или убитый; поступающий так, будто бы в нем не было человеческой души, бесчувственный к страданиям ближних, черствый, холодный, себялюбивый». Анализ звукописи (речи персонажа) в последней, седьмой, части рассказа позволяет утверждать, что перед нами другой Игнатьев. При изображении героя Толстая в финале рассказа уходит от зрительных, цветовых образов и переходит к звуковым. Речь героя наполнена шипящими, свистящими (аллитерация), нечеловеческими звуками. Вспомним, с каким звуком ассоциировал себя, переродившегося, в своих мечтах герой (с чистым звуком натянутой струны)… Итак, зрительные образы растворяются, уступая место звуковым. Герой становится безликим существом, лишенным души. На заключительном этапе урока, обращаясь к записи на доске, учитель задает проблемный вопрос: «Когда же можно быть таким чистым листом – незапятнанным, безупречным, гармоничным, первозданным, целостным, целым, свободным от скверны, не греховным?» Очевидно, что это возможно только при рождении, когда человек приходит в этот мир. Теперь мы логично подошли к вопросу, с которого начинался урок: «Так возможно ли начать жизнь с чистого листа?» Учащиеся дают свои варианты ответа, которые в большинстве своем совпадают с авторской позицией: чистым листом мы приходим в этот мир. Но жизнь вносит свои коррективы. Люди изменяются, «текут, как реки». Совершая ошибки, сбиваясь с истинного пути, а возможно, совершая предательство по отношению к своим близким, человек изменяет себя, свою душу. Это приносит порой невыносимую боль, но избавиться от нее нельзя, как нельзя избавиться от прошлого. Только сам человек должен найти в себе силы распрямить плечи, обрести внутреннее единство, восстановить утраченные связи с близкими и просто жить дальше. В этом и проявляются наша сила и наша духовность.С методической точки зрения наряду с приемами эмоционального стимулирования (визуализация) на уроке предполагается использование таких инновационных приемов, как концептуализация и реконцептуализация понятия: от концепта «чистый лист» (работаем со значениями, закрепленными в языке, постепенно расширяя смысловое поле через художественный текст) путем реконцептуализации выходим на концептуализацию нового образа «душа» и нового знания. Во многом эти приемы обусловлены особенностями творческой лаборатории самой писательницы, которая строит свой рассказ так, чтобы опровергнуть все привычные для нас смыслы, заложенные в словосочетании «чистый лист».В результате применения частично-поискового (эвристическая беседа) и проблемного методов, приемов интенсивного обучения развивается ассоциативное мышление, складывается новый образ предмета, фиксируемый в долговременной памяти. Прием концептуализации может быть использован на любом другом предмете, что способствует формированию надпредметных компетенций учащихся.     Библиография1. Громыко Н.В., Половкова М.В. Метапредметный подход как ядро российского образования // http://www.teacher-of-russia.ru/seminar-lectures/2009/2009seminar_lectures_gromyko_nv_polovkova_mv.pdf 2. Беспалько В.П. Слагаемые педагогической технологии. – М., 1989.3. Лаврентьев Г.В., Лаврентьева Н.Б. Инновационные обучающие технологии в профессиональной подготовке специалистов. – Барнаул: Издательство Алтайского государственного университета, 2002. // http://www.asu.ru/cppkp/index.files/ucheb.files/innov/Part1/index.html.4. Лихачев Д.С. Избранные работы: В 3-х т. Т. 2. – Л., 1997.5. Степанов Ю.В. Константы. Словарь русской культуры. – М., 2001.​Наталья МАЛАХОВА, учитель русского языка и литературы, заместитель директора по учебно-воспитательной работе гимназии №25 Ставрополя, победитель Всероссийского конкурса «Учитель года России-2012»; Александр ФОКИН, доктор филологических наук, профессор кафедры отечественной и всемирной литературы Северо-Кавказского федерального университета


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту