search
Топ 10
В российском регионе вводят всеобщий карантин для школ – младшие классы отправят на каникулы Закроют ли школы на дистанционное обучение в 2022 году – студентов и учеников Тувы перевели на удаленку Школьников и студентов отправляют на дистанционное обучение – ковид бьет рекорды Для учителей и воспитателей Подмосковья установили выплату в 5 тыс. рублей Постановление Роспотребнадзора о сокращении карантина до 7 дней вступило в силу Мне есть что спеть: 25 января – день рождения поэта, барда, актера Владимира Высоцкого Москва отказалась от локдауна и длительного дистанционного обучения для школьников и студентов Урок на «удаленке»: полезные советы педагогам от Учителей года России В Госдуме предложили доплачивать учителям за работу в классах, где выявлен ковид Низкий поклон: в Санкт-Петербурге открыли памятник учителям, работавшим в блокаду

Арифметика нищеты,

или Как педагога вынудили стать спонсором

– Сейчас стало хуже, чем было еще недавно, – говорит директор школы села Нововолково Рузского района Елена Алферова. – Хуже, потому что началась весна. Весна – это грязь, лужи, сырость. А тут еще и отопление отключили.

Отопление – беда всего района. В поселке Брикет приходится проводить занятия в квартирах учителей. Скажет педагог расшалившемуся ребенку: “Выйди из класса” – и тут же осекается: а куда ему выходить? В селах Никольское и Нововолково занятия из-за промозглого холода длятся по тридцать минут. Новую тему объяснить можно, но времени на опрос уже не остается.

Хуже стало еще и потому, что с приходом весны пропала надежда на заработок. Весна для сельской школы – время зарабатывать деньги. В совхозе – так здесь по старинке называют сельхозпредприятие “Прогресс” – открывается фронт работ, и руки учеников как нельзя кстати оказываются на полях. “Пятая четверть” – спасение. Если ученики будут работать, у школы появятся хоть небольшие деньги. В этом году таких перспектив не предвидится. Санэпидемстанция запретила привлекать детей к сельхозработам – поля якобы под гербицидами. Что интересно, “Прогресс” практически отказался от применения гербицидов – дорого. Но вердикт вынесен, и, значит, денег не будет.

Район финансирует школы только по двум статьям – зарплата учителей, которую выдают раз в три месяца, и питание учеников – в среднем на треть от необходимого. Районные власти поясняют, что на большее нет денег. И советуют: “Вы же в селе живете – пашите, сейте, сажайте”. Учителя подсчитали – картошку легче купить, чем вырастить.

Жителей Никольского выручает детская психоневрологическая больница, расположенная неподалеку от села. Некоторых женщин взяли туда нянечками. Остальные сельчане живут натуральным хозяйством. И пьянствуют. Пьют, что называется, по-черному – от безысходности, оттого, что нечем больше себя занять, оттого, что и раньше, когда еще была какая-никакая работа, не особо придерживались трезвого образа жизни. Водка стала единственной радостью. В Нововолкове дела чуть получше, чем в Никольском. Сельхозпредприятие “Прогресс” обеспечивает селян работой.

На селе все на виду. И потому учителя заранее знают количество будущих первоклассников – определяют по числу беременных. В Нововолкове таких очень мало. В Никольском – еще меньше: куда заводить детей, если самим не на что жить?

В Нововолковской школе в этом году два седьмых класса. Тринадцать ребят учатся по обычной программе. Еще семнадцать – в классе с углубленным изучением иностранного языка. Два класса в одной параллели оказались костью в горле для районного управления образования. И так денег с гулькин нос, а тут такая роскошь – тридцать учеников в двух классах. Хотели соединять. Родители пробовали возмущаться, но получили от ворот поворот: “Не ваше дело”. Объединить-то можно, но об углубленном изучении пришлось бы забыть. Отстоять два седьмых класса все же удалось. Помог Федеральный закон “Об образовании”, где оговорено предельно допустимое число учеников в классе сельской школы – 25.

Хотите задачу по менеджменту в социальной сфере? Найти спонсора в нищем селе, где всего один коммерсант – владелец торговой палатки, и тот далеко не преуспевающий: какие из бедняков покупатели? Директор Никольской школы Татьяна Бурлаенко… сама стала спонсором. Покупки для насущных нужд школы делала из своей скудной зарплаты. За два года накопилось более чем на 7 тысяч рублей. Татьяна Алексеевна собрала все документы, подтверждающие расходы, и обратилась в суд. Районный суд признал ее правоту, но иск, адресованный районной администрации, отписал Никольскому сельскому округу. Районное финансовое управление хочет обжаловать решение райсуда в суде Московской области. Татьяна Алексеевна позвонила главе администрации района Олегу Гладышеву и прямо спросила, не стыдно ли ему и его подчиненным судиться с учителем. “И знаете, что он мне ответил? – с возмущением вспоминает она. – Раз вы подаете на нас в суд, мы вам и зарплату выдавать не будем”.

Столь откровенное пренебрежение к педагогам угнетает куда больше, чем все вместе взятые проблемы, обусловленные нехваткой денег. В соседних районах – Шаховском, Истринском, Волоколамском – учителям тоже тяжко. Но власти хотя бы стараются как-то им помочь – и не только добрым словом. В Рузском районе и добрые слова в дефиците.

Скорее всего Московский областной суд оставит решение Рузского райсуда в силе. Но и в этом случае Татьяна Бурлаенко своих денег не увидит. Администрация Никольского сельского округа без того обязана выплатить по искам 350 тысяч рублей. Поступления в ее бюджет за первые девять месяцев прошлого года составили девять с небольшим тысяч.

На этом фоне Тучковский автотранспортный колледж выглядит островком благополучия. Есть свой жилой фонд, своя учебно-производственная база, даже баню строят. Колледж на финансировании у Министерства автотранспорта РФ. Директор колледжа Игорь Гаврилов хочет передать на баланс района жилой фонд. Районные власти согласны при условии, что колледж передаст им также солидный кусок территории. Директора такой вариант не устраивает. Потому воз и ныне там.

Бюджетных денег хватает только на зарплату. Но у колледжа есть возможность зарабатывать. Учреждений профессионального образования в районе всего ничего – медучилище и московский филиал Юридического института МВД РФ, готовящий кадры для милиции. Учиться в Москве накладно, и колледж активно заполняет все ниши на районном рынке образовательных услуг. Да и не только на районном – здесь много студентов из других районов Подмосковья, из прилегающих областей – Калужской, Рязанской, Смоленской. Наравне с транспортниками в колледже стали готовить юристов, экономистов, бухгалтеров, учителей физкультуры. Как на бюджетной основе, так и за деньги. Плата невысока – порядка 4 тысяч рублей в год. Однако народ в Рузском районе беден. Промышленных предприятий раз два и обчелся, действующих санаториев и домов отдыха, на которые всегда приходился центр тяжести в сфере занятости, тоже осталось не так уж много. Так что денег все равно ни на что не хватает. Библиотека формально числится в старом здании, в котором обвалились стены на следующий день после того, как она переехала в новое. А нынешнее помещение до сих пор не оформлено. Зарегистрировать его в бюро технической инвентаризации оказалось дороже, чем построить.

Нищета и безработица, однако, сделали более прагматичными студентов. Начиная с 1993 года у них резко изменилось отношение к учебе. С первого курса они стали присматривать себе место работы и требовать от преподавателей те знания, которые понадобятся на конкретном предприятии. По признанию директора, столь целенаправленный интерес к будущей специальности поначалу стал для педагогов неожиданностью. Но теперь преподаватели сами стараются учить применительно к конъюнктуре рынка труда.

В Москву я возвращался на попутке. По обе стороны Минского шоссе то и дело мелькали похожие друг на друга деревни, села, поселки. Их много вдоль любой трассы, на любом ее отрезке – и ближе к Москве, и вдалеке от нее. Они похожи не только внешне.

Руслан ЦАРЕВ

Руза,

Московская область

Оценить:
Читайте также
Комментарии

Реклама на сайте