search
Топ 10

Педагогический плот

Никакие декорации не заменят детской дружбы

В детстве я жил на Севере, в деревенском доме. Весной перед домом разливалась огромная лужа, глубиной по шею. На берегу валялись бревна, и мы с мальчишками смастерили из них плот. Утром я не утерпел, решил испытать его в одиночку. Залез, боясь. Оттолкнулся шестом. И поплыл! Вот где было настоящее счастье.

Шалва Амонашвили и Игорь Киршин

Мальчишке чем опаснее, тем круче

Плот медленно двигался на глубину. Сияло солнце, плавились сугробы, переливаясь в лучах крупитчатыми алмазами, свежий весенний воздух пьянил сердце. Плот крушил тонкий ледок, наросший за ночь. Я чувствовал себя настоящим мореплавателем. Дело опасное, плот под сапогами скользил, шатался, при отталкивании кренился и погружался в воду. Было страшно – вода-то ледяная и глубокая. Плавать я не умел. И что мама скажет, если утону?

Но я отважно плыл на глубину. Я же мальчишка, а мальчишке чем опаснее, тем круче.

К примеру, я часто забредал в сапогах в лужу, пока вода не подступит к краю голенища. Вот вода сровнялась с краем – хлынула в сапог, бегу домой переобуваться. Ведь знал же, что промокну, но что-то тянет туда.

И вот плыву, подо мной ледяная глубина, солнце сияет, сердце дрожит. Такое острое, чисто детское счастье.

Конечно, я грохнулся с плота на середине лужи, среди снежных айсбергов. Плот наклонился, и я медленно, как во сне, повалился в воду. Она обожгла меня смертельным холодом. Ухнул по грудь, рванулся к берегу, вылез, добежал до дома, истекая водой, ужасом и азартом. Мамы дома не оказалось. Я быстро переоделся в сухое, мокрое повесил над печкой.

И мама ничего не заметила!

Такого было много: лазал по крышам, лез в болото, летал на тарзанке. И каждый раз был счастлив. Все чувства обостряются до предела. И все становится так отчетливо и ярко: цвет, запах, звук!

Все, все, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья…

Запомнил навсегда: плыву на утлом плоту над бездной – страшно и весело.

Зачем я об этом? Чтобы понимать этих бестолковых мальчишек и девчонок, которые опять куда-то залезли, промокли, свалились.

Чтобы не злиться на них, а радоваться вместе с ними.

Дети дарят чувство братства и радость бытия

Рано или поздно каждому мальчишке приходит в голову гениальная идея: надо построить плот!

В этой идее весь мальчишкин смысл жизни. Ну на данный момент.

У нас тогда в «Саду» была классная компания. Стояло лето, дети разъехались по лагерям и бабушкам. В пыльном городе остались Ленка, Сувель, Ромик и я.

Сувель был душой компании – худенький, подвижный и вечно вдохновленный жизнью. Ромик – полная противоположность: по-крестьянски коренастый и основательный в мыслях и делах. Ленка являла собой вечную женственность – тепло, заботу о бестолковых пацанах и готовность помогать в их бесконечных затеях. Мальчишки над Ленкой подтрунивали, сочиняли про нее глупые песенки: «Ленка-коленка» и т. д. Но Лена великодушно прощала их и продолжала заботиться. Не знаю, откуда у нее бралось столько терпения.

Мы жили дружно. Нас объединяли любовь к смешному и страсть к приключениям. Я был единственным взрослым среди них (по паспорту, во всяком случае).

Близился Сашкин двенадцатый день рождения. И мы решили подарить ему плот! Это было совершенно гениально, потому что Сашка хотел этого больше всего на свете.

Я, как единственный опытный взрослый в этой компании, понимал, что построить настоящий плот – дело непростое. Нужны инструменты, материалы и голова на плечах. Ничего такого у ребят в наличии не было. Вот это я и объяснил им при встрече. Они закричали:

– Все равно хотим! Мы сделаем!

– Вот и делайте, – резюмировал я.

Сначала они с жаром спорили: «Где строить – на море или на реке? Куда поплывем?»

Всегда самое интересное – мечтать. Как мы, такие, будем плыть на плоту, а мимо будут проплывать острова и страны. Ну Бразилия, например. Я усмехался.

Когда дети вдоволь намечтались и уперлись в тупик, я выдал им список необходимых инструментов, материалов и сказал выпросить старую простыню для паруса.

Они быстро все собрали! Включая простыню.

На самом деле в каждой хорошей детской компании нужен толковый взрослый. Потому что детям не хватает опыта и соображения. Вот этим я и делюсь с ними. А они дарят мне свои фантазерство и полное бескорыстие, чувство братства и радость бытия.

Без взрослого детям не построить качественный плот. Но и взрослый без детей никогда плот строить не будет. Зачем? Что он, сумасшедший?

Нам было хорошо вместе. У ребят получалось то, о чем мечтали, а я возвращался с ними в детство, без которого жизни нет. На все это меня вдохновил опыт Крапивина, который занимался примерно тем же самым.

Тем временем я съездил на разведку, нашел потрясающее безлюдное озеро с чистой водой среди соснового леса и с кучей бревен на берегу.

Когда все было готово, родители завезли нас на машине на озеро.

Мы с упоением занялись кораблестроительством: таскали бревна, сколачивали их, пилили и шкурили. Время от времени дети принимались ржать друг над другом – обнаружилось, что не умеют пока ничего сделать по-нормальному. Потом начинали гоняться друг за другом с топорами, приходилось прекращать безобразие. А то просились купаться, и мы ныряли в прохладную чистую воду.

Потом ребята обнаружили тарзанку над водой. Ромик решил полететь на ней к звездам. В одежде. О чем он думал? Разумеется, он завис над водой. Тут уж ребята потешились, давая советы, как нырнуть, чтобы вылезти сухим. Ромик умолял нас о помощи, перемежая мольбы смешными ругательствами. В конце концов мы додумались подвести под страдальца недостроенный плот. Пока Ромика эвакуировали, я под гитару пел пафосные героические песни, желая подбодрить бедолагу. Дети хохотали до слез. Героя сняли. Сухого.

В промежутках между этими важными делами мы умудрились построить классный плот. Он был большой и уверенно держал нас четверых. Ребята им бурно восхищались.

Апофеозом счастья стал сильный ветер. Мы натянули простыню на шесты, и плот резво помчался по озеру. Мы на плоту! Восторгу не было предела. Дети так прыгали, что чуть не свалились в воду.

Самое главное во всем этом – что у нас была дружная компания. Нам было очень хорошо вместе.

Однажды я подслушал разговор пацанов:

– Ну что сегодня будем делать?

– Мне все равно что, лишь бы с тобой.

В этом нехитром разговоре вся суть нашей жизни.

А вечером началась настоящая сказка. Мы поужинали у костра печеной картошкой. Ветер стих, сгустились сумерки. Мы забрались на плот, зажгли свечи и выплыли на середину озера. Над нами сияла полная луна, сдержанно гудели звезды. Таинственно темнел лес на берегах.

Мы были вместе. Никакие декорации не заменят детской дружбы. Особенно нужны друзья, когда тебе двенадцать. Потом надо будет другое – вторая половинка, любимое дело и т. д.

Но сейчас нужны хорошие друзья. И вот они сделали с тобой плот и сидят рядышком, тихонько дышат. Даже не верится, что это они ржали целый день и гонялись друг за другом с криками: «Убью гада!» Ребята замерли как зачарованные. Непроизвольно мы взялись за руки. И поплыли сквозь времена, пространства. И до сих пор плывем, потому что все настоящее вечно.

Когда мы замерзли, забрались в палатку спать. Но уснуть все равно не могли и говорили про жизнь до глубокой ночи.

Теперь давайте разберемся, откуда это все взялось.

Изначально «Солнечный Сад» был задуман как место, где сбываются детские мечты. Моя задача – догадаться об этих мечтах. И воплотить их вместе с детьми.

Лена выросла, стала мамой и педагогом. И теперь строит плоты уже со своими учениками. В школе жизни.

 

От редакции

Тридцать три года назад Игорь Александрович Киршин, сторонник и последователь концепции гуманной педагогики, создал в Калининграде со своими коллегами-единомышленниками студию под названием «Солнечный Сад», которую приняла под свое крыло директор лицея №49Людмила Григорьевна Осипова. Сад с самого начала зародился на основе идей Шалвы Амонашвили, поэтому здесь царит духовная общность с ребенком, дети и взрослые вместе открывают красоту мира, преодолевают трудности, создают пространство, в котором есть все для полноценной жизни, дружбы, игры, творчества.

Легендарный педагог нашего времени Шалва Александрович Амонашвили присвоил студии звание «Учреждение гуманной педагогики», он часто там бывает, высоко ценит педагогические новации Игоря Киршина, а в летний период приглашает его в Грузию, в свою усадьбу в селе Бушети, для проведения развивающих и воспитательных программ для детей и родителей.

Плодами их творческого союза, сотрудничества на основе общих педагогических, философских взглядов и подходов стали уникальные методики воспитания, проекты, программы. Под научным руководством академика Амонашвили Игорь Киршин защитил кандидатскую диссертацию. По его же настоятельному совету руководитель студии написал замечательную книгу «Солнечное садоводство», в которой представил целостную картину жизни этого особого учреждения дополнительного образования, обобщил свой многолетний опыт работы с детьми, раскрыл секреты и формулы воспитания, в которых доминируют гуманность, любовь к ребенку, педагогика добра, достоинства и уважения личности растущего человека.

Сам Игорь Александрович так говорит о причинах, побудивших его к педагогической деятельности: «В детстве мне было часто скучно в школе. Хотелось приключений. Поэтому, когда я вырос, у меня была уже другая педагогика». Мы приветствуем нашего автора, поздравляем с первой публикацией в «Учительской газете» и ждем с нетерпением его новых статей, например, по затронутой уже в этом материале теме о «другой педагогике»!

Игорь КИРШИН, руководитель студии «Солнечный Сад», кандидат педагогических наук, Калининград

Оценить:
Читайте также
Комментарии

?Задать вопрос по сайту