Свеча Наины Хониной: сезоны жизни народной артистки

В нынешнем году специальную премию «Золотая Маска» сезона 2024–2025 «За выдающийся вклад в развитие театрального искусства» получила легенда Тверского областного академического театра драмы – Народная артистка РСФСР Наина Хонина. Наина Владимировна является кавалером ордена Дружбы, почетным гражданином Твери и Тверской области, доцентом Тверского курса Высшего театрального училища имени Щепкина.

Человек извещает мир о своем приходе криком. Так заведено природой, а потому воспринимается это в порядке вещей. Более того, младенческий крик всегда тревожно ожидаем в томительные минуты рождения новой жизни: без него, единственного, она не начнется. Своевольной судьбе было угодно, чтобы Народная артистка России Наина Хонина дважды испытала подобное первородное чувство.

Крик за сценой

Родилась Наина Владимировна в актерской семье. Неудивительно, что первые ее шаги в жизни и на сцене совпали. Что, когда подросла, девочку решили не столько приобщить к искусству, сколько занять чем-то: дали роль. Вполне самостоятельную, взрослую, даже жалованье определили в один рубль (копейка по нынешнему курсу) за спектакль. Первая в жизни творческая «сверхзадача» молодой актрисы заключалась в том, чтобы изобразить за сценой в нужный момент душераздирающий крик, который для режиссера значил нечто вроде звукового эффекта. И не более.

А потому в репетиционном процессе «крик» не был задействован и как-то сам собой позабылся. Зато Наина работала над ролью с присущим юности максимализмом и к премьере подготовилась основательно. Сильный, звонкий, молодой, зычный голос воспроизвел до того убедительно прочувствованный и, главное, абсолютно неожиданный для всех вопль, что вызвал сначала шок у окружающих, а затем суетливую панику за кулисами.

И покуда актеры вынужденно играли «немую сцену» совершенно из иного спектакля, костюмеры, реквизиторы и другие, обычно молчаливые, тыловые труженики театра наперебой спрашивали у недоумевающего режиссера: что стряслось, случилось, произошло? А стряслось, случилось, произошло рождение замечательной актрисы. С тех пор ее жизнь обмеряется уже не годами, а театральными сезонами.

Сорок один из них Наина Хонина провела на сцене Тверского академического театра драмы. Результат для Книги рекордов Гиннесса. Чтобы столько, да на одной сцене! Сама себе удивляется, смеется. «Динозавриха какая-то»! И уже серьезно: «Невольно чувствуешь ответственность за свой театр. Приходят новые актеры – должна обласкать их, приветить, как… Как кто? – Наина Владимировна пытается найти себе определение. – Нет, не хозяйка. Скорее, давняя служительница храма».

Ассоциации с домом и храмом, хотя и достаточно банальны, но снайперски точны по отношению к театру. Хонина давно уже стала для него своеобразным талисманом на счастье, его верной доброй приметой. И еще – она негласная хранительница очага, если по-домашнему. А слогом повыше – жрица огня, вернее, огонька первой храмовой свечи, от которой, собственно, и пошел весь этот свет души и ремесла. Без него (при всем уважении к светотехникам) на сцене было бы сумрачно, а в зале пусто. Всяк, сюда приходящий, приносит свою свечу, чтобы зажечь ее. И актеры каждый раз выходят к зрителям делиться с ними нетленным «огоньком» искусства.

Искусство дарит друзей

На гримерном столике актрисы стоит маленький натюрморт. Опять-таки со свечой. Свою работу подарили Наине Хониной девятиклассники одной из тверских школ. На обороте – надпись в стихах:

Несгораемый пламень
На подмостках горит,
И душа, словно в храме,
С Божеством говорит.

«Видите, – радуется Наина Владимировна, – они еще такие юные, а свою свечу уже зажгли! Всегда смотрю на нее, когда гримируюсь. Ведь картина эта не просто презент от поклонников, а подарок друзей».

Шел моноспектакль «Жизнь» по пьесе Карела Чапека «Мать». Более часа Хонина одна на сцене. Роль трагическая: героиня теряет пятерых сыновей, затем мужа. Напряжение критическое. Наконец, дали занавес. Актриса выходит на поклон и видит, как на сцену поднимается изящная, худенькая, седая женщина. В руках у нее нет цветов. «Господи, – подумала Хонина, – а вдруг я задела такую струну в душе этой женщины, что выбила ее из равновесия, и она потеряла контроль над собой?». Наина Владимировна не на шутку испугалась и замерла в оцепенении. Женщина молча подошла к актрисе, наклонилась и поцеловала ей руку. Затем так же тихо спустилась в зал. Такого в жизни многоопытной актрисы еще не было.

Прошло несколько месяцев, они случайно встретились. Преподаватель литературы Лариса Ильинична Кучер стала не только другом, но и «близью души» для Наины Владимировны. Они часто перезваниваются, встречаются. Вместе им легко и интересно.

Также, после спектакля, родилась дружба с Заслуженным художником России Лилией Сокуренко. Любопытно, что на одной из картин (Наина Хонина на фоне портрета Марии Стюарт – лучшей своей роли) художница спонтанно, без всякой договоренности изобразила свечу. Но не менее интересно, что искусство театра естественно и вдохновенно перекочевало в искусство живописи, чтобы затем, в свою очередь, стать фактом художественной литературы.

В недавно вышедшей второй по счету книге Наины Хониной «Богема» (провинциальные истории) есть повесть «Виват, королева!». В ней нарисованная на картине свеча практически спасает умирающую актрису от смерти. Она жива, пока горит свеча. А на холсте свеча будет гореть вечно.

Вот и получается, что искусство не только дарит верных друзей, но и само становится предметом творчества.

Мирские роли

Свеча для Наины Хониной не просто символ, а вполне осязаемый конкретный образ. Она горит (светит, греет, случается, обжигает…), находясь в центре галактического пространства ее души, высвечивая все ее роли на сцене и в жизни. Я не оговорился, поскольку настоящая актриса и «в миру» продолжает играть «человеческую комедию» под названием «Жизнь».

Несмотря на свое божественное происхождение, пьеса сия ставится обыкновенными смертными. В нашем случае режиссёрами оказались генсеки. А потому роли Наине Владимировне отводились соответственные. Сегодня она с иронией вспоминает о своей комсомольско-партийной работе, к которой, впрочем, отнеслась когда-то с полной ответственностью, абсолютно искренне и, пожалуй, чересчур творчески.

Секретарствуя, писала приглашения на партийные собрания в стихах, выпускала «лирические» стенгазеты, пыталась «сиять заставить заново» известное «величественное слово». Однако, по крайней мере, один полезный урок из своего «романтического путешествия в секретари» Наина Хонина извлекла: творчество и власть – две вещи несовместные.

Можно сочувствовать любой партии, разделять и даже отстаивать ее принципы, но при этом не членствовать, а жить, оставаясь самодостаточной личностью, человеком в природном смысле этого слова, со всеми намешанными в нем духовными началами и житейскими потрохами. У Жака Ануя (кажется в «Жаворонке») есть фраза: «Он поступил как человек: однажды совершил совершенно дикий поступок, возможно, даже убил кого-то, а в другой раз – спас ребенка».

Наина Хонина убеждена, что диаграмму поведения в жизни каждый вычерчивает себе сам. А выбор амплитуды колебаний между добром и злом безграничен: небо и пропасть. И здесь она целиком доверилась своей свече, которая безошибочно высветила дорогие и любимые лица родных, искренние улыбки друзей, восторженные взгляды многочисленных поклонников. Разумеется, были и, наверное, есть завистники, недоброжелатели… Но все они остаются как бы в тени ее жизни. Возможно, поэтому не было в житейской судьбе актрисы ни особых потрясений, ни вышибающих из накатанной колеи крутых виражей.

А может быть, это сам Боженька подобным образом уравновесил ее страдания, перебросив их на сцену, где в двадцати (!) ролях Хонину душили, сжигали, травили, обезглавливали, доводили до самоубийства. К тому же и остальным ее ста героиням приходилось испытывать нешуточные страсти. Отсюда и воспринимает она свою относительно спокойную жизнь как награду за перенесенные на сцене муки. Хотя и пришло это понимание только сейчас, в юбилейном возрасте.

И еще – изменилось вообще отношение к официальному признанию своего труда. … Хочется, вопреки былым опасениям показаться нескромной или хвастливой, достать из запыленных коробочек, надеть и показать всему честному народу знак Народной артистки России, орден Дружбы народов и, конечно же, совсем недавно врученный губернатором знак Михаила Тверского. «Только теперь вдруг поняла, – призналась Наина Владимировна, – насколько все это важно и дорого для меня».

Символично, что награда носит имя святого и выполнена в форме креста. Есть в этом определенный смысл и своя закономерность: святой, крест, храм, театр, сцена… И свеча Наины Хониной.

2001, Тверь

P.S.

Редкостная актриса

Последний временной десяток складывался для привычно успешной примы тверской сцены циклично и где-то даже дергано. Он как бы распался на отрезки, и у каждого был свой характерный темперамент. Приходилось от спокойного ритма жизни, так сказать, с мерного шага внезапно переходить на рысь и галоп, а то и на иноходь. Случались периоды, когда для нее не оказывалось роли. Их Наина Хонина окрестила «мертвыми сезонами».

– Актер в ожидании работы начинает задыхаться, словно тебе перекрыли кислород. Нет здесь ни правых, ни виноватых. Так складывается репертуар. Что делать? Страдать и чахнуть? Или как той лягушке, которой очень уж хотелось выжить в жбане с молоком, взбивать масло? Актер без сцены беззащитен. Теряет свой иммунитет. Навалились болячки. Одна за другой. Не успеваешь отбиваться…

Как-то моя подруга Наталья Сысоева подарила мне огромную тетрадь в клетку. Протянула ее со словами:

– Выходи из «комы». Пиши!
– Что? – не поняла я.
– Роман.

Так началась работа над моей четвертой книгой. На первом листе тетради написано – «Моим коллегам – актерам» и дата: 2 мая 2002 года, четверг. «После дождичка в четверг, когда камушки растают…». Прошло десять лет.

Вот она, законченная рукопись романа «Амнезия. Исповедь актрисы в письмах, монологах, диалогах». Дело за малым – издать. О чем этот роман? В двух словах: о непростом пути от Храма светского, театрального, к храму Божьему.

И все же главной опорой, волшебной палочкой-выручалочкой во всех перипетиях жизни Наины Хониной был и остается ее преданный зритель. Моя собеседница поведала трогательную историю, которую грех не пересказать. Как-то проходила она мимо цветочного киоска, неподалеку от кинотеатра «Звезда». Вдруг слышит: «Товарищ Мария Стюарт, не проходите мимо!». Обернулась, а ей молодой красавец-продавец букет алых роз протягивает: примите, мол, в знак признательности. Взяла, конечно, но потом старалась обходить киоск стороной, дабы не разорить щедрого поклонника.

Если учесть, что «Мария Стюарт» к тому времени уже не шла в театре, то эта уличная сценка казалась особенно забавной и приятной. Года через два в районе Речного вокзала ситуация повторилась с поразительной точностью: «Товарищ Мария Стюарт…». Несколько повзрослевший цветочник опять подарил любимой актрисе огромный букет, на этот раз белых хризантем.

Прошло еще несколько лет. Наина Хонина оказалась по печальной необходимости в областной больнице, где ей пришлось встречать свой день рождения. Соседки по палате решили поздравить именинницу и отправились на Горбатку за цветами. Вернулись с двумя букетами: один составлен из семи алых роз, а второй – из несчетного количества разноцветных тюльпанов (не букет, а целая клумба).

«Откуда?» – удивилась Наина Владимировна.

«Мы попросили продавца помочь нам подобрать цветы для актрисы, у которой день рождения, – объясняют нарушительницы больничного режима. – А он говорит, мол, я только одну актрису знаю – Хонину. Так это она и есть, отвечаем. Он обрадовался, и передал вам эти тюльпаны, добавив зачем-то: «Для товарища Марии Стюарт…».

…В нашей беседе Наина Владимировна горько пошутила: «Я – редкостная актриса», в том смысле, что редко выхожу на сцену: пару раз в месяц. В этой самоиронии чувствуется характер человека и творца Наины Хониной, удивительной актрисы, действительно, редкостной.

Досье:

Наина Владимировна Хонина, Народная артистка РСФСР, доцент Тверского курса училища им. Щепкина, автор романа «Она была актрисою…», за который ее удостоили литературной премии имени М. Е. Салтыкова-Щедрина. Кавалер ордена Дружбы народов, Почетный гражданин Твери и Тверской области.

Наина Владимировна сыграла более 100 ролей. Она прожила на сцене 55 лет и 120 жизней. Она умирала 17 раз: сходила с ума, горела в самолете, бросалась в реку, ее убивали любимые. Свою девяностую жизнь закончила истинно по-королевски, положив голову на плаху… Она мать 22 сыновей – один из которых Иосиф Сталин, десяти дочерей и бабушка трех внуков.

Из 34 мужей многие известны всему миру: Барон фон Мюнхгаузен, всесоюзный староста Михаил Иванович Калинин, поэт Александр Пушкин, царь Федор Иоаннович.

2013, Тверь. Виктор ЧУДИН