Культура или канализация? Минфину важнее последнее

Кажется, получил наукоград статус – и расцвела наука. На самом деле все не так радужно: почему-то вместо новейших разработок и открытий государство финансирует реконструкцию коммунальной структуры городов. Почему так происходит, мы попросили объяснить заместителя министра промышленности, науки и технологий РФ Андрея КУЛАГИНА.

– Финансирование наукоградов идет не только по их программам. Все федеральные институты, которые там находятся, финансировались и до и после получения статуса. Кроме того, есть дополнительные источники финансирования через гранты: как через российские государственные фонды, так и через негосударственные. Есть поддержка научных школ, есть строчка в бюджете в поддержку уникального научного оборудования, которого много в наукоградах. Поэтому нельзя все сводить только к деньгам, выделяемым на программы развития наукоградов. Но, к сожалению, из-за позиции Министерства финансов эта строка идет по 21-му разделу – поддержка бюджета других уровней. Ведомство считает, что деньги, выделяемые на программы наукоградов, можно использовать только на поддержку коммунальной инфраструктуры и ни в коем случае не на научную деятельность. Три года мы боремся с Минфином, пытаемся объяснить, что это бессмысленная ситуация: развитие наукоградов должно идти не за счет отремонтированного водопровода, а за счет инновационных проектов. На средства, поступившие в местный бюджет из-за их реализации, и надо поддерживать коммунальное хозяйство, но из федерального бюджета финансировать ремонт канализации бессмысленно. После обсуждения проблемы на совещании у президента в январе 2003 года Минпромнауки и Минфин в этом вопросе стали находить общий язык. Но средств от этого больше не стало. И хотя в бюджете строчка финансирования наукоградов растет самыми быстрыми темпами – в 2003 году было 310 миллионов, а в 2004-м – уже 500 миллионов, – она все равно не успевает за количеством наукоградов, которым присваивается статус.

Говоря о статусе, о научных проектах и инновационном развитии, нельзя забывать другую, не менее важную сторону жизни наукоградов. По большому счету наукограды – не только научные проекты и разработки, это еще и культурная среда. Возможность не просто получить образование, а постоянно общаться в такой среде дает очень хороший результат с точки зрения выращивания нового поколения, обладающего не только технологическими знаниями, но и высокой культурой. Все наукограды создавались как центры, куда стекалась интеллектуально развитая молодежь. И это сформировало определенную интеллигентную среду. Когда туда стали приходить люди, не обладающие таким уровнем интеллигентности и культуры, они волей-неволей подтягивались. Взять, к примеру, школу в Томском академгородке. Ее построили для детей научных работников. В этом же образовательном учреждении учились и школьники из близлежащей деревни со всеми характерными проблемами. Надо было видеть, как эти дети тянулись к культуре и сколько из них впоследствии стали научными работниками, кандидатами, докторами наук. Так что наукограды – не только источник новых научных идей и разработок, но и культурного роста России. Но есть одно но. Все наукограды создавались как города мононаучного направления. Например, Пущино – город биологов, Дубна – город физиков-ядерщиков. Совершенно очевидно, что не все дети биологов захотят стать биологами. Чтобы получить профессию, им придется уехать из родного города, оторваться от семьи и привычной среды. К сожалению, до сих пор вузы в наукоградах создавались в основном по тому же направлению науки, что и научные организации. Думаю, что поступать так и дальше у нас нет права. Мы должны в каждом наукограде создать высшие учебные заведения самого широкого профиля, чтобы каждый выпускник школы мог получить то образование, которое он хочет. Эта проблема во всех наукоградах должна решаться обязательно.