Старая версия сайта
12+
Издаётся с 1924 года
В интернете с 1995 года
Топ 10

​Когда бывает счастлив Северный полюс. Участники VII молодежной экспедиции боялись одного – не дойти до заветной цели

Учительская газета, №21 от 27 мая 2014. Читать номер
Автор:

«Семеро смелых» – так теперь называют трех девчонок и четырех мальчишек, ставших участниками седьмой молодежной экспедиции «На лыжах – к Северному полюсу!» под руководством известных путешественников Матвея Шпаро и Бориса Смолина. В этом году отважной команде, к которой присоединился Уполномоченный по правам ребенка при Президенте РФ Павел Астахов, выпало немало испытаний. Приходилось идти по тонкому льду и плыть в Северном Ледовитом океане. Стартовав от дрейфующей станции «Барнео», расположенной на 890 с. ш., за 8 дней ребята преодолели 180 километров и 18 апреля подняли российский флаг на вершине Земли. Но приключения не закончились.

Уже по традиции с полюса команду на вертолете забирает создатель и руководитель Клуба «Приключение» Дмитрий Шпаро с группой журналистов. В этом году в их число попала и я. Вылететь за экспедицией мы планировали ранним утром 19 апреля и уже через сутки вернуться вместе с ребятами в Москву. Но в небесной канцелярии были другие планы. Лишь днем погода позволила нам отправиться в Мурманск, а там задержала на целых два дня.Ждем погоды у Баренцева моряНервно сидим «на чемоданах» в гостинице аэропорта.- В Нагурском ветер 16 м/c, низовая метель. Вылет откладывается, – каждые полчаса разводит руками командир экипажа Ан-72.В Нагурском, на Земле Франца-Иосифа, где расположена самая северная погранзастава России, нашему самолету необходима дозаправка. А низовая метель означает, что, как бы ярко ни светило солнце, при посадке видимость плохая и лететь крайне рискованно.В гостинице нас успевает перехватить коллега Павла Астахова – уполномоченный по правам ребенка в Мурманской области Борис Коган, чтобы передать юным полярникам подарки – пасхальные куличи. Мы обещаем доставить их в целости и сохранности.В ожидании вылета ведем разговоры о том, кто и зачем ходит на Северный полюс. Допустим, с такими экстремалами, как Матвей Шпаро и Борис Смолин, все понятно. Они без Арктики жить не могут, а в 2007 году даже отправились на вершину планеты полярной ночью, угодив в Книгу рекордов Гиннесса. Но для чего идти на полюс, например, такому чиновнику, как Павел Астахов?Дмитрий Игоревич приводил разные аргументы и вспомнил историю о том, как Клуб «Приключение» в 2006 году принимал участие в организации полярного похода на собачьих упряжках для правящего князя Монако Альберта II. «На вершине планеты князь попросил свою свиту оставить его на пару минут, сказал, что хочет пообщаться с полюсом наедине. О чем они разговаривали? Не знаю. Нужен ли Северный полюс Альберту II и нужен ли Альберт II Северному полюсу? Думаю, да. Может быть, Северный полюс счастлив, оттого что на нем побывал князь Монако. Никто из лидеров стран там больше не был. Он первый и единственный».Узнаю интересные факты про «Барнео» – оказывается, дрейфующий лагерь Русского географического общества открывается только на один месяц в году, с конца марта по конец апреля. В этот короткий сезон и проходят все экспедиции на полюс. До этого в Арктике долгих 180 дней царит полярная ночь, а потом солнце, наконец-то появившись из-за горизонта, устраивает настоящий ледоход, и оставаться там дальше просто опасно.В новостях неожиданно сообщают, что у команды юных полярников, заблокированной снежной бурей, кончаются продукты и горючее для обогрева палаток. Складывается впечатление, что детей надо срочно спасать. Матвей Шпаро, который по спутниковому телефону выходит на связь с отцом, успокаивает: с ребятами все в порядке, топлива и продуктов хватает, в настоящий момент команда на полюсе печет блины.Ребята и их наставники терпеливо ждали, когда погода наладится и мы сможем вылететь за ними. Но на Большой земле за юных героев уже всерьез начали тревожиться. К тому же 22 апреля покорителей полюса ждал в Кремле президент. А к нему, как к директору школы, лучше не опаздывать. В итоге вертолет с дрейфующей станции «Барнео» 20 апреля отправился за экспедицией без нашей команды, ожидающей вылета в Мурманске. Лишь на следующее утро мы отправились за ребятами, чтобы уже доставить их в Москву.В Нагурском к самолету нас выбежали встречать четвероногие друзья – большие добродушные дворняги. Как говорят пограничники, они предупреждают о появлении на заставе белых медведей, которые, случается, заглядывают в гости.Куда ни глянь – все белым-бело, как будто мы не на посадочной полосе, а в чистом поле. Понизу стелется снежная пелена, подгоняемая ветром. Хочется достать фотоаппарат, чтобы запечатлеть и дворняг, и наш самолет, но руки боязно вынимать из варежек.- А приходилось летать в опасных условиях, когда неясно, чем это закончится? – спрашиваю одного из членов экипажа.- Конечно, вот сейчас, например.Шутка это или нет, по невозмутимому лицу летчика понять было невозможно.Сильные ощущенияМеньше чем через два часа после вылета из Нагурского мы на «Барнео». Выйдя из самолета и оглядевшись, замечаю, что я «в тренде». Еще в Мурманске моя экипировка от Клуба «Приключение» – огромная красная куртка и неуклюжие на вид ботинки 44-го размера – несколько смущала, особенно на фоне горнолыжных костюмов коллег-журналистов. На «Барнео» в точно таких же куртках и ботинках щеголяли все!Вокруг – белая пустыня, усеянная снежными барханами. О том, что мы находимся на дрейфующей льдине, догадаться невозможно. Между тем ее толщина не превышает 1,5 метра, а внизу 4 километра воды. Эта цифра не желает укладываться в голове.Наши юные полярники сияют счастливыми улыбками, будто и не утомила их Арктика своими капризами.- Трудно было? Не то слово! – с восторгом заявляют ребята.- Тяжелее, чем вы представляли?Все семеро кивают головами.- Я думала, будет как на тренировочных сборах в Карелии, – тепло и солнце светит, – говорит Алена Карпенко из Новокузнецка. – В итоге нас встретили холодище и сильный ветер. Несколько дней мела метель. Идешь, а идущего впереди не видно. Тому, кто вел группу, приходилось смотреть на GPS каждые пять минут.- Не ожидала, что будет так много торосов и что они будут такими огромными, – подхватывает Ксения Герман. – Не обойти ни слева, ни справа! А разводий сколько! Пройдем километра 4 – и снова вода. Сначала, завидев полынью, думала: «Когда же мы переплывем хотя бы одну?» Но потом они встречались на пути то и дело. Штук по восемь в день.Из-за ближайшего сугроба показывается Павел Астахов. С ходу интересуюсь:- Как ощущения?- Сильные. Самое яркое впечатление в моей жизни после армии. Все проваливались в трещины, все побывали в воде. Оказывается, если проваливаешься не целиком, а, скажем, по колено, одежду не сушишь. Вода быстро замерзает, и дальше идешь в ледяном панцире. Страшно, когда ломаются льды и с треском надвигаются на тебя. Шум стоит, как от самолета. А однажды мы увидели круглую радугу. Это был самый тяжелый день нашего похода. И когда она появилась на небе, ребята поняли, что все будет хорошо. Как признали опытные полярники, в этом году была самая тяжелая навигация. Некоторые группы перебрасывали через воду. А мы ни разу не вызвали вертолет. Все ребята друг друга поддерживали и спасали. Мы победили самих себя, а это самое сложное.Виктор Серов, экспедиционный лидер «Барнео», подтверждает: этот сезон был действительно непростым. Всего на полюс стартовали 11 экспедиций. Повезло не всем. Американской группе в нескольких километрах от заветной точки преградило путь широкое разводье. Команда вызвала вертолет. Четырех человек из разных экспедиций, в том числе одного китайского туриста, пришлось эвакуировать с обморожениями.Я невольно испытываю гордость за наших ребят, которые ни разу не попросили о помощи.Как Никита стал руками АхурамаздаСвой путь к полюсу молодежная команда под руководством Матвея Шпаро и Бориса Смолина начала 10 апреля. Путешественники проходили по 20-25 километров в день, но при этом могли не приблизиться к полюсу, а отдалиться от него. Предательский встречный дрейф днем и ночью «съедал» добытые с трудом километры.На второй день всех серьезно заставил поволноваться Ахурамазд Муминджанов из Сургута.- Очень холодно было, за минус 30, – рассказывает Матвей Шпаро. – Ахурамазд ненадолго снял варежки и обморозил руки. Смотрю – кончики пальцев абсолютно белые. Отогрели всей командой. Пытаемся понять, как быть дальше. Я спросил у ребят, кто из них готов стать руками этого парня. Вызвался Никита Некрасов из Новокузнецка. И все те мелкие вещи, которые необходимо сделать во время путешествия голыми руками – застегнуть молнию на куртке или лыжное крепление, открыть термос, – за него делал Никита. Ахурамазд свои варежки больше практически не снимал. Я боялся, еще один грамм неприятностей, и он попросит вызвать вертолет. Словами я любого ребенка могу убедить преодолеть себя, дойти до Северного полюса. В общении с Ахурамаздом, так как он не слышит, у меня такого ресурса не было. Если бы он сдался, я был бы полностью обезоружен. Но он молодец, терпел.- Все ребята оказались сильные, – добавляет Павел Астахов. – Маленькие, юные, но сильные духом. На шестой день пути я предложил тест: десять позиций, которые условно можно сделать прямо сейчас: встретиться с президентом, попасть домой, вызвать вертолет, принять ванну, дойти до Северного полюса… Что вы выберете? Когда подвели итог, у всех ребят на первом месте оказался Северный полюс.Бегом до макушки ЗемлиПервым помощником у взрослых был кадет и динамовец Николай Зайцев. На пути команде встречалось много торосов, трещин, которые никак не обойдешь. Николай помогал другим ребятам вытаскивать застревавшие сани со снаряжением. И взял на себя роль дежурного – каждое утро вставал раньше всех и разжигал примусы.- В палатке минус двадцать. Тяжело вылезать из обледеневшего спальника, когда все еще спят, браться за холодные баллоны с бензином, – признается Николай. – Но понимаешь, что надо перебороть себя, перебороть этот холод, чтобы экспедиция продолжалась. Ребятам надо было встать, позавтракать и выдвигаться на маршрут. А если встать позже, чем запланировано, время сбивается и день укорачивается.Под конец маршрута команда почти сутки шла к полюсу, остановившись для отдыха только на два часа. Как пояснил Николай, этот марш-бросок был сделан специально для того, чтобы не пропустить заветную точку.- В первые дни дрейф нам не помогал, а отбрасывал назад или в сторону. А в конце льды, наоборот, подкидывали нас к Северу. Если бы мы не сделали этот последний рывок, остановились на ночлег, то, проснувшись, могли бы оказаться уже за полюсом, а назад против дрейфа потом было бы тяжело идти.- Когда мы бежали, отсчитывая последние метры, и видели перед собой крошащиеся льды, то понимали, что за ними – вода, – продолжает Павел Астахов. – И если мы не сделаем этот рывок, полюс окажется посреди полыньи. А как на полюс попасть, если он в воде, посреди океана? Матвей Шпаро, честно говоря, поразил меня своими расчетами. Он постоянно вычислял, под каким углом нам надо идти, чтобы «обмануть» дрейф. Без знания этих формул ни за что на полюс не попадешь.Самое страшноеТот момент, когда экспедиция оказалась на макушке Земли, был, конечно, самым радостным для всех ребят. А что в походе было самым сложным и страшным?Ксения Герман:- Я больше всего испугалась в первый день, когда поняла, что забыла свой спальник на «Барнео». А когда вертолет доставил нас к точке старта и улетел, оказалось, что одна моя лыжа осталась в вертолете.К счастью, у руководителей были двойные спальники, которые можно разделить пополам. Одну часть отдали Ксюше. А вот гиду съемочной группы телеканала «Россия-24», сопровождавшей экспедицию, в итоге пришлось идти на полюс в одной лыже и одном ботинке. Такого рекорда Книга Гиннесса, пожалуй, еще не знала.Карина Каусова:- Я очень переживала, когда шла с GPS, вела команду. Когда мне в руки дали навигатор, даже коленки от страха подкосились. Думала, не смогу, надо скорее отдать другому, уж очень большая ответственность. Еще и сказали: «Дорогу прокладывай по ровной поверхности». Я испугалась еще сильнее. Но Матвей, видя, что я волнуюсь, успокаивал. Потом на Северном полюсе два дня была буря, пришлось посидеть на льдине, мне так грустно было. Я подошла к Матвею и попросила, чтоб он позвонил маме и сказал, что у меня все хорошо. За тысячи километров я чувствовала, что мама прыгает до потолка.Александр Петров:- Непросто оказалось идти во время пурги. Я вел группу и в какой-то момент осознал, что сил больше нет, но продолжал идти, понимая – дело не мое личное. А страха не было, с такими руководителями, как Матвей Шпаро и Борис Смолин, я чувствовал себя в безопасности, и команда была очень хорошая.Николай Зайцев:- Когда мы подходили к разводьям, я боялся, что мы можем остановиться и не достигнуть Северного полюса. На третий день мы встретили широкую полынью, которую не могли преодолеть вплавь. Пришлось ее обходить. В какой-то момент она начала загибаться на юг, так что мы просто развернулись от полюса и пошли в обратную сторону. Я думал, все, на этом конец. Здесь и завершится наша экспедиция. Но, к счастью, мы обнаружили переход и перебрались на другую сторону. Наши руководители находили выход из любой ситуации.- Слова Николая могли прозвучать как комплимент младшего старшим, – замечает Дмитрий Шпаро. – Но это не совсем так. Когда Матвей позвонил мне и рассказал, как они проходили очередную переправу, даже я удивился. Было 100 метров. Первые 80 метров – тонкий лед. А дальше – открытая вода. Надо плыть в гидрокостюмах. Это нетрудно. Но до этого места нужно еще дойти. А в океане все постоянно меняется. Если ты начал что-то делать и делаешь долго, времени может не хватить. Твои действия могут оказаться неправильными. Поэтому переправа по времени, по нервному напряжению очень жесткая. Они идут 80 метров, облачившись в гидрокостюмы, на лыжах. Подходят к пределу льда. И дальше плывут. Но как при этом с лыжами-то быть?- В этот момент у нас была организована челночная переправа, – поясняет Борис Смолин. – Мы гоняли санки туда-сюда с помощью веревки. Ребята бросали в них лыжи, палки и дальше по желанию могли плыть сами или схватившись за санки.Эти сто метров команда преодолевала более 4 часов!Идти по едва замерзшему льду, который в любой момент мог проломиться под ногами, было страшно, признается Николай. Но страшнее всего было не дойти до заветной цели.В московском аэропорту Шереметьево команду в 5 часов утра встречала внушительная толпа журналистов. И конечно, многих интересовал вопрос: зачем вести детей на Северный полюс, если это сопряжено с такими трудностями?- Ребята сами очень хотели туда попасть, – ответил Павел Астахов. – Это нужно им прежде всего. Им нужно ходить в сложные походы, нужно доказать, что они могут победить себя. Мы никогда не начнем растить героев, если не будем давать возможность ребятам проявлять свои лучшие качества. У нас не было ни одной ссоры. В таких сложных условиях все негативные качества, которые налипают на тебя, как мусор, как шелуха, атрофируются, исчезают. Потому что там понимаешь: если ты выгонишь человека из палатки, не дашь ему рукавицу, не поделишься шоколадкой, он просто может погибнуть от этого. Все очень просто: хорошо – плохо, черное – белое, да – нет. В таких условиях надо побывать каждому, в том числе и ребенку.фото из архива экспедиции


Читайте также
Комментарии


Выбор дня UG.RU
Профессионалам - профессиональную рассылку!

Подпишитесь, чтобы получать актуальные новости и специальные предложения от «Учительской газеты», не выходя из почтового ящика

Мы никому не передадим Вашу личную информацию
alt
?Задать вопрос по сайту