Фронтовые письма Василия Степановича Русакова как свидетельство духовного становления бойца

 

А письма
В треугольничках солдатских!
Они для нас
До сей поры полны
И мужества, и доброты, и ласки,
И грозного дыхания войны.
Г. Серебряков

 

Кто может рассказать моему поколению о войне? К сожалению, все члены нашей семьи, принимавшие участие в Великой Отечественной войне, ушли из жизни раньше, чем я родился. Но я знаю, что живу в мирной стране благодаря моим прадедам и прабабушкам, а также тысячам тех, кто ушёл воевать, когда Родина была в опасности.

Читая книги о военных событиях, я часто думаю о том, что сделали для Победы мои предки. Бабушка и мама  часто рассказывают мне о них. Но мне кажется, что лучше всего характер человека могут раскрыть его письма, ведь в них слышен голос самого солдата. Я думаю, что солдаты, писавшие с войны письма, были искренними в своих чувствах, ведь они адресовали их самым близким людям, делились с ними самыми сокровенными мыслями. Поэтому исследование фронтовых писем, я полагаю, позволяет не только познакомиться с личностью их автора, но и понять, как война меняла человека, определяла его ценности, формировала характер.

Объектом моего исследования стали письма моего прадеда, прошедшего всю войну. В семейном архиве сохранились всего 7 писем (2 открытки и 5 писем), которые Василий Степанович Русаков писал с фронта своей старшей сестре Елизавете. Невозможно без волнения читать эти желтые ветхие странички, написанные 70 лет назад. Три письма из уцелевших датированы 1941-м годом, ещё три – 1942-м, а последнее написано зимой 1945-го.

Эти письма – тонкая нить, связывающая мою семью с Василием Русаковым, которого давно нет в живых.

Ценность этих писем заключается в том, что в них содержатся свидетельства участника военных действий, то есть достоверность этого источника не подлежит сомнению. Исследование писем тем интереснее, что в нашей семье сохранились красноармейская книжка и военный билет В.С. Русакова, что позволяет сопоставлять письма Василия Степановича с документами, в которых зафиксированы фронтовые передвижения бойца, его ранения и боевые отличия. По письмам же можно проследить отношение самого солдата ко всему происходящему с ним.

Девятнадцатилетний Василий Русаков был призван 18 августа 1941 года Кировским районным военкоматом города Иваново и отправлен в Москву. Об этом он сообщает в письме от 22 августа 1941 года: «В дороге ехали мы, кировцы, весело, и в 6 часов утра мы прибыли в Александров и в 18 часов приехали в Москву». Василий радостно пишет о том, что он и его товарищи живут «военной жизнью», и в самом начале письма, обращаясь к сестре, младший брат пишет с некоторым превосходством: «И желаю тебе массу пожеланий в твоей гражданской жизни».

В это время, осенью 1941-го, ивановские призывники находятся в 3-м московском учебном стрелковом  полку, где Василию, вчерашнему слесарю Сосневской отделочной фабрики, пришлось изучать военное дело. В письме от 28 сентября он, немного иронизируя над собой, делится с сестрой: «Учение у меня идёт хорошо, начала развиваться умственность, и дело пошло много легче, пока имею только хорошие и отличные отметки». Плотный учебный график, видимо, не позволял красноармейцу Русакову писать много: «Писать больше нечего, живу боевой жизнью. Да и сама Москва живёт по-боевому».

О том, насколько опасным было положение Москвы осенью 41-го, можно судить по письму моего прадеда, датированному 20 октября 1941 года. «Вы, наверное, слыхали, что над нашим жизненным центром нависает эта коричневая сволочь – фашизм», - пишет он Лизе, оставшейся в Иванове. Но в строках его письма чувствуется не только не боль, но и гордость за столицу: «Я пока что нахожусь в нашей красной столице Москве»; «В настоящее время находимся на обороне нашей столицы». Тревога Василия за судьбу Москвы и надежда на достойный отпор немецким войскам ощутима даже в описании погоды: «Погода стоит, можно сказать, начало зимы, вот сейчас идёт снег, вчера то же самое. А снег – это хорошее дело, ещё бы морозику градусов на 30, чтобы эта фашистская свора узнала, что такое русская зима и что такое русские глубокие снега. Вот тогда со снежком да с морозцем ему и будет порка». По письму Василия Степановича можно судить о настроениях в армии, о том, насколько неотвратимой была страшная битва за Москву. Уже по этому письму видно, что молодой боец душой болеет за судьбу предстоящего сражения.

Среди писем Василия Русакова, дошедших до нас, следующее написано лишь в январе 1942 года. В нём он оправдывается перед сестрой за своё молчание и убеждает её в том, что «связи с родными терять не думает». Возможно, он не писал в это время писем, так как, судя по красноармейской книжке, 7 ноября 1941 года он принял военную присягу и был переведён в 9-й стрелковый полк особого назначения. И хотя сам Василий еще не воевал, уже в письме от 29 января 1942 года чувствуется совсем другое настроение солдата. Василий рад первой серьезной победе советских войск: «Враг же бежит, его гонят и уничтожают». Несколько строк уделяет Василий и описанию Москвы, хотя жалуется на то, что «в город по увольнительной не пускают, только что по служебным делам». Он искренне рад переменам в жизни столицы: «Москва живёт по-старому, спокойно и сурово. Правда, сейчас стало много спокойней. Народу на улицах и площадях стало больше». Это историческое свидетельство мне намного дороже, чем сухие факты в энциклопедиях о Великой Отечественной войне. Сдержанная радость бойца – свидетельство того, что враг был отброшен от столицы, что планы фашистов потерпели крах.

В письмах Василий делится с сестрой своими достижениями. 10 февраля 1942 года он пишет: «Мне присвоено звание снайпера, я принят в ряды ВЛКСМ, скоро утвердят на командира отделения». Уровень образованности Василия, возможно, не позволил ему выразить здесь все свои чувства, но за этими скупыми строчками – возмужание солдата, осознание ответственности, готовность воевать. В это время прадед  получает вторую военную специальность - телефонист кабельных линий.

Отправляясь на фронт 13 июля 1942 года, Василий Русаков пишет сестре записку, полную решимости. В нескольких предложениях чувствуется дух настоящего защитника Отечества: «А теперь еду на фронт защищать свою родину. Своей снайперской пулей будем разить врага без промаха». Возможно, здесь сказывается массовая психология людей военного поколения, ведь многие патриоты были настроены не менее решительно, чем В.С. Русаков, но я горжусь тем, что мой прадед был рад настоящей боевой задаче на Центральном фронте. Служба в тылу завершилась.

Писем прадеда за 1943-1944 годы в нашей семье нет. Мне сложно судить о том, почему так случилось. Но из документов, сохраненных прабабушкой, я знаю, что Василий Степанович Русаков освобождал в составе I Белорусского фронта Белоруссию и Литву. В апреле 1943 года прадед был награждён медалью «За боевые заслуги». 18 декабря 1943 года был ранен, остался в строю. Потом стал командовать отделением связистов и был награждён орденом Славы III степени.

Самое большое письмо из дошедших до нас написано Василием Степановичем 30 января 1945 года. В начале письма кратко обозначено место: «Фронт». Это и понятно, так как в годы войны была усилена военная цензура. В силу этого в письме Василия Степановича нет указания о дислокации его батальона, но он сообщает сестре: «Я сейчас воюю, как тебе известно, в логове фашистского зверя. Бьём немца на его земле». Доподлинно известно, что в это время прадед воевал не в самой Германии, а в Восточной Пруссии.  Характерно, что, говоря о боях на прусской земле, он употребляет речевые обороты, которые свидетельствуют о значительной идеологической работе, проводимой в советских войсках: «логово зверя», «расплата», «мы суровые судьи». Советская пропаганда в войсках явно сказывается на характере этого письма. Целый абзац посвятил прадед теме мщения: «Мстим и мстить будем. Суд начался, мы суровые судьи и исполнители приговора, который вынес народ, Родина и наше правительство. Исполним его в точности, как в приказе 220, как приказал Сталин, так и будет». Упоминая приказ №220 от 7 ноября 1944 года, Василий Степанович проявляет свою политическую зрелость. Он негодует по поводу того, что «понаграбил гад со всей Европы», что враг «угоняет жителей, чувствует над собой расплату». Конечно, три года войны на выжженной и разрушенной фашистами земле дают право Василию Степановичу на ненависть к врагу. Характерно и то, что к 1945 году погибли на фронтах два его родных брата и муж сестры. Возмужавший в боях сержант имел все основания сказать о врагах: «Ну, ничего, всё равно доберемся до живых». Медаль за взятие Кенигсберга, благодарность командования за овладение Браунсбергом свидетельствуют о том, что воевал Василий Степанович как герой.

Но мне хочется отметить милосердие моего прадеда. Письмо словно поделено на две смысловые части. В первой из них Василий пишет о возмездии, а во второй – о русском сердце, которое неожиданно дрогнуло при виде немецких детей: «Вот сегодня мороз, большой мороз. И сердце русское, вот до чего оно мягко. Вот сегодня шли фриценята, вот они лежат на полу, спят. Смотришь на них и думаешь: ведь вот твои фрицы наших били, а вот на вас и рука не поднимается… Их вот  пять детей и всё девочки, видать, мальчиков гонят дальше». Так открывается внутренний мир автора письма. Эта часть письма многое определяет в характере русского солдата. Стремясь отомстить врагу, он не хотел сводить счёты с мирным населением, не мог убивать немецких детей. Знал о фашистских зверствах на своей земле, но не захотел поднять руку на безоружных людей. И в этом, возможно,  самая большая его сила.

К письму пришита нитками маленькая фотография. Двадцатитрехлетний сержант с суровым лицом и орденом Славы… Я горжусь не только наградами моего прадеда, но и его человечностью.

 

Использованная литература

Письма В.С. Русакова сестре Е.С. Гольцевой (г. Иваново, ул. Фрунзе, школа №11).

 

Сергей Антоневич, ученик 6  класса лицея №33 города Иваново

 

Бойцы вспоминают минувшие дни… (Эвакогоспиталь №3076)

За окошком дышит холод.
Ветер воет на луну...
Помещенье нашей школы
Занял госпиталь в войну.
Здесь легко обосновались
предвоенные слова.
А палаты назывались:
третья - "Б",
восьмая - "А".
(Роберт Рождественский)

В годы Великой Отечественной войны наш город Иваново принял тысячи раненых. В первые месяцы войны в Иваново шли десятки эшелонов с теми, кто нуждался в медицинской помощи. Госпиталями стали гостиницы, школы, общежития вузов и техникумов, промышленные предприятия. По количеству коек в госпиталях Ивановская область занимала 4-е место в стране. Нужны были не только помещения, нужны были врачи, медицинские сестры, санитарки, просто сильные руки, которые разгружали бесконечные вагоны с ранеными. А мужчин в годы войны в тылу было очень мало…

Здание школы, где я учусь, тоже отдали под госпиталь. Из-за близости  железнодорожному вокзалу здесь решили разместить именно хирургическое отделение, чтобы раненых было недалеко везти. Так уже в июле 1941 года в школе №32 был организован эвакуационный госпиталь № 3076.

«Начальником госпиталя был подполковник медицинской службы Д.Г. Сперанский, его замполитом – майор Фёдоров. О.Н. Алеутская была врачом, В.Н. Козырева – субординатором (младшим врачом)» [Балдин К.Е. Иваново, 2008. С.60]. Но кроме врачей, жизни тысяч раненых спасали медсестры, санитарки, чьих имен мы, сожалению, не знаем.

Но ведь именно медицинским работникам принадлежит огромная заслуга в том, что нашу армию пополняли те, кого сумели вылечить в тылу. «Неоценим вклад в Великую Победу медиков – врачей, сестёр милосердия, санитарок фронта и тыла, учёных. Благодаря их мужеству, отваге и героизму было возвращено в строй 72,3% раненых и 90,6% больных бойцов» [История здравоохранения Ивановской области. Иваново, 2011. С. 124].

Мне хочется рассказать о том, насколько человек может быть благодарным своим спасителям.

В школьном музее есть немало материалов об истории госпиталя, но меня особенно заинтересовало письмо Владимира Николаевича Пушкина, написанное в 1990-е годы и адресованное Алексею Петровичу Ширгаеву.

Автор письма – фронтовик, получивший ранение в бою в конце 1943 года и лечившийся в эвакогоспитале №3076. Будучи уже старым, перенесшим тяжелую травму человеком,  В.Н. Пушкин написал в Иваново письмо, в котором просит найти хоть кого-нибудь из тех, кто в годы войны выхаживал наших солдат в госпитале.

Владимир Николаевич пишет А.П. Ширгаеву, что в 1990 году посетил Иваново, потом попытался найти медиков через газету "Рабочий край", но никто не отозвался.

В своём письме Ширгаеву Владимир Николаевич пишет, что «всю жизнь жил самым светлым воспоминанием о прекрасных, добрых людях – работниках госпиталя». После сильной контузии Владимира Пушкина «едва-едва живого через эвакогоспитали эвакуировали в тыл на лечение». С сердечной благодарностью пишет фронтовик о тех, кто сопровождал раненых в пути: «И как бы я ни был плох физически, все же помню, что между Осташковом и Ивановом медсёстры, некто Полина и Дуся, самоотверженно боролись за наше спасение. При этом облегчали наши мучения душевной теплотой. Они навсегда остались в нашей благодарной памяти». Трудно представить, что эти строки написаны спустя полвека после войны. Какими заботливыми должны были быть руки медиков, если человек пронес память о них через всю жизнь!

Память солдата  сохранила и то, как встречал наш город защитников Родины. «На вокзале нас встречали шефы, жители Иванова, сами чудовищно измученные голодом и изнурительным трудом, что свойственно тогда было всем нашим людям, особенно в тылу, на трудовом фронте. И все мы понимали, что это из-за длительной и беспримерно разрушительной войны. Тогда было очень мучительно не только на фронте, но и в тылу». Мне кажется, эти строки – живое свидетельство того, как наш народ шёл к победе. Голодные люди в тылу были готовы делиться с бойцами всем, лишь бы солдаты скорее шли на поправку. В.Н. Пушкин пишет: «Ивановцы, измученные голодом и изнурительным трудом, всё же каждому из нас, искалеченному фронтовику, руками школьников преподнесли подарки в виде печенья. Такова любовь Народа к своим защитникам, и в дальнейшем мы постоянно это чувствовали, лечась в ивановских госпиталях». Слово «народ» Владимир Николаевич пишет с большой буквы, тем самым выражая восхищение теми, кто обладал душевной щедростью.

В Иванове Владимира Пушкина определили в госпиталь, который был в здании нашей школы.  «Госпиталь 3076 был в здании 32-й школы, где было хирургическое отделение, где тогда я лежал». Автор письма повторяет, как сильно благодарен всем тем, кто его вылечил, выходил и бережно заботился о нем. Это были ивановские медсестры. «Они ярко живут в моей душе, но имена их почти за полувековую давность забылись. Сохранилось в памяти только имя медсестры неврологического отделения госпиталя 3076 Юлии Кирилловны». Конечно, молодой солдат, который день за днем возвращался к жизни, мог не знать по именам врачей, а вот медсестры, которые были ближе к раненым, ему запомнились на всю жизнь. Владимир Пушкин  хотел узнать судьбу этих прекрасных, по его словам девушек и женщин.

Фронтовик пишет: «Дорогие, родные медсестры Полина и Дуся, в середине войны работавшие на санитарном поезде между Осташковом и Ивановом!
Дорогая, родная медсестра неврологического отделения госпиталя 3076 Юлия Кирилловна!
Дорогие, родные ивановцы, шефы, в то время взрослые и школьники, встречавшие на ивановском железнодорожном вокзале фронтовиков, прибывших лечиться в ивановские госпиталя! Прекрасные люди из того далекого, но постоянно мне близкого военного времени! Если это письмо дойдет до вас и если вы в нем опознаете себя, то, пожалуйста, отзовитесь мне».

Анализируя письмо бойца, которому вернули жизнь в Иванове, мы видим, как пылко и искренне благодарит старый солдат жителей Иванова. Я горжусь тем, что живу в городе, который в памяти защитника Родины остался светлой страницей его жизни. Я горжусь тем, что в моей школе спасали сотни раненых на фронте солдат. Я горжусь моими земляками, которые, не жалея себя, дни и ночи трудились, чтобы победить врага. При этом ивановцы сумели сохранить добрые сердца и  заботливые руки, которые, как мы видим, кто-то помнил всю жизнь.

 

Использованные материалы

1. Письмо В.Н. Пушкина А.П. Ширгаеву.

2. История здравоохранения Ивановской области. Иваново, 2011.

3. Балдин К.Е. Школа-птица. Очерки истории школы №32 г. Иваново. Иваново, 2008.

4. http://www.ivanovo1945.ru/doc/gosp_ivanovo.html

 

Алина Волкова, ученица 8 класса гимназии №32 города Иваново