Из городов и сел неблизких,

Когда такой наступит час,

Приходят люди к обелиску.

Стоят и подолгу молчат.
Сюда их тянет, как на исповедь,

Живая боль далеких лет.
И как рентгеном,  их пронизывает

Звезды пульсирующий свет.
И прошлое, как день вчерашний,

Встает пред ними наяву.
Пока живые помнят павших,
С живыми павшие живут.

                      (Анатолий Гребнев)

 

 

Введение

Война в Чечне.  Услышав эти слова,  каждый  из  нас  настораживается,  выражение лица  меняется,  становится  суровым.  Слова  об этой  войне  отдаются  болью  в душе.  Уж  слишком  дорогой  ценой  для  России  решался этот  вопрос.  Конфликт федеральных властей с бывшим президентом Чеченской  республики Джохаром Дудаевым перешел в вооруженную стадию летом 1994 года, когда российские спецслужбы начали оказывать активную поддержку (в том числе оружием)  местной оппозиции.  Пиком этой активности стал неудачный штурм Грозного 26  ноября 1994 года, в котором  принимало участие несколько десятков танков,  управляемых  российскими  военными.  Часть из них погибли,  26 попали в плен.

Несмотря на проведение переговоров на разных уровнях, в том числе личную встречу министра  обороны РФ Павла Грачева с Джохаром Дудаевым,  российские власти  склонялись  к  тому,  чтобы  навести порядок в республике с помощью  армии.  29  ноября 1994 года  Совет  безопасности  РФ  принял  решение  о  вводе  войск в Чечню.  О том,  какой  трагедией  обернется  эта  кампания,  тогда  никто  не  мог  себе  представить.  Три  группировки  войск – Владикавказская,  Моздокская и Кизлярская – пересекли  границу  Чечни  11 декабря 1994 года.  Военное  положение  в  регионе  объявлено  не было.  Командующим  группировкой (с 20 декабря)  был  генерал-лейтенант  Анатолий  Квашнин.

К  началу  боевых  действий численность  вооруженных  сил  составляла  15  тысяч  бойцов  регулярной  армии и 30-40 тысяч  ополченцев,  до ста танков  и  120 бронемашин,  артиллерийские системы (в том числе порядка 30 реактивных  систем  залпового  огня БМ-24 «Град»). 

Российская  группировка  насчитывала 14 972 человека, 102 танка,  593  бронемашины.

По мере  приближения  к чеченской столице сопротивление  сепаратистов возрастало.  31 декабря армейские части вошли в Грозный,  где из-за отсутствия управления,  взаимодействия,  грубых  ошибок в боевом  планировании они  понесли  серьезные  потери в живой силе и технике.  Так,  практически  полностью была уничтожена  131-я (майкопская)  мотострелковая  бригада  сумевшая  прорваться в центр  города и там  блокированная   боевиками.

В течение  января 1995 года  российские войска вели  ожесточенные бои  за Грозный,  одновременно в Чечню  стягивались  боеспособные  части  со  всей  страны – вплоть  до  батальонов  московской  пехоты.  Потери  при  штурме  города  составили  около  полутора  тысяч  убитыми, 5 тысяч  раненными, было  уничтожено  60  танков,  большое  количество  другой  техники.

В  марте  были  освобождены  прочие  крупные  города  Чечни  -  Гудермес,  Аргун,  Шали.  К концу  апреля 1995 года  большинство  населенных  пунктов  равнинной  части  оказались  под  контролем  федеральных  сил.  Боевики  перешли  к  партизанской  тактике.

Уже  в декабре  в  наш город  начал  приходить  «Груз-200».  Это  был  шок  не  только  для  родителей,  но и для  всех  граждан.  В  первые  дни   военных  действий  начала поступать  информация о боевых столкновениях подразделений  федеральных  сил  с  отрядами  сепаратистов.  Родители  военнослужащих,  чьи  сыновья  оказались в зоне вооруженного  конфликта,  пытались  получить  информацию  об  их  судьбе,  однако,  в  штабах часто  слышали:  «В  списках  убитых и раненых  не  значится». А некоторым  родителям  пришли  извещения  о  том,  что  их  сыновья  пропали  без  вести. Это  оставляло  надежду.  И  тогда  в  Чечню  начали  выезжать  матери  и  отцы,  чтобы  разыскать  своих  сыновей – живых  или  их  останки.  Большинство  из  матерей  оказались  в  Назрани,  где  находили  у  местных  жителей теплый  прием  и  участие.  Отсюда  женщины  продолжали  осуществлять поиск.  Однако чаще  всего  материнский  поиск оканчивался  безрезультатно.  Сыновей  отыскать  не  удавалось. Они  возвращались  домой  ни  с  чем.  И  снова  возвращались  в  Чечню  на  поиски.  О том, что видели, они не любят рассказывать.  По  минным  дорогам,  по  горам,  по  развалинам  чеченских  сел  и  городов,  под  прицелом  всевозможного  оружия,  в  окружении,  под  бомбежками,  несколько  месяцев  безвыездно, с такими же, как они  сами,  не  потерявшими  надежду  найти  своих  детей, матерями,  тольяттинки  пробыли  в Чечне.  Они  боролись  с  войной  в  самом  ее пекле. 

Наша  поисково-исследовательская  группа  посчитала  своим  долгом  рассказать  об  этом  молодежи  города.  Свою  работу  мы  назвали  «Роковая  ошибка».  Рок - в словаре  Даля  значится  как  «судьба,  фатум,  фортуна,  колесо  фортуны,  участь,  удел,  доля,  жребий,  планида,  будущность».  Мы  решили  написать  о  военнослужащих  города  Тольятти,  попавших   в  роковое  стечение  обстоятельств.  Таким  образом,  нами  была  обозначена  проблема.

 

Предмет  исследования: жизнь  и  подвиги   военнослужащих  города Тольятти,  на  которых  пришло  извещение о том, что они  пропали  без  вести.  История  их поисков.

 

Объект  исследования:  подвиг  матерей,  искавших  своих  детей в Чечне. Подвиг  военнослужащих, на которых  пришло  извещение о том,  что они  пропали  без вести.

 

Существует городская  общественная  организация  родителей,  дети  которых  погибли в Чеченской  республике. Цель  создания  этой  организации - увековечение  памяти  погибших  сыновей,  патриотическое  воспитание  молодежи  города  на  примере жизни  и  подвигов военнослужащих города Тольятти,  принимавших  участие в боевых  действиях в Чеченской республике.

 

Цель работы:  подготовить  информационный  материал  о  военнослужащих города Тольятти,  о  которых  пришла  информация, что они  пропали  без вести  в период  первой волны  войны  в Чечне.  О  подвиге  их  матерей,  которые  годами  искали  своих  сыновей  живыми  или  их  останки.

 

Задачи:

- провести  встречи  с  матерями, которые  выезжали  в Чеченскую  республику  с целью  поисков  своих  сыновей. Взять  у  них  интервью;

- найти  информацию  из  разных  источников  о  боевых  действиях  в Чечне,  о  военнослужащих, на которых  пришло  извещение, что они  пропали  без  вести,  их  жизни  и  подвиге;

- обработать  собранный  материал  и сделать  презентацию.

 

План работы:

- встречи  с  родителями  погибших,  сослуживцами;

- интервью; 

- поиск  материала в библиотеке, Интернете, СМИ;

- уроки Мужества;

- торжественные  линейки;

- экскурсии;

- классные часы.

 

Методы:

1. Встречи,  интервью,  опрос.

2. Сравнение (данных  архивных документов  и  повествование  родителей и родственников  погибших).

3. Анкетирование  сослуживцев  погибших – очевидцев  сражений.

 

Гипотеза  исследования:  анализ  документов  и  рассказы  матерей, которые  выезжали в Чеченскую  республику  на  поиски  своих  сыновей  свидетельствуют  о  достоверности  данных  фактов.

 

Новизна  работы  заключается в том,  что  в  нашем  городе  обо всех  военнослужащих,  на  которых  пришло  извещение как  о  пропавших  без вести, еще  никто не писал и поисково-исследовательскую  работу  обо всех сразу никто не проводил.

 

Научно-практическая значимость работы:  Мы  просмотрели  СМИ  города Тольятти за  последние 10 лет, и выяснили, что  обо всех  погибших   в  Чеченской республике  военнослужащих, на которых  пришло извещение о том, что они  пропали  без вести    еще  никто не писал.  Имеется  информация  только  об  Александре  Ануфриеве и  братьях Микряковых  Александре  и  Алексее.  Совершенно  нет  данных  о 124-й судебно-медицинской  лаборатории  Северо-Кавказского  военного  округа,  которая  ведет  работу  по  идентификации  останков  погибших.

 

Предполагаемый  результат:  данная работа  и презентация  могут быть  использованы  при  проведении классных часов, уроков Мужества, экскурсий.

 

Основная  часть

Многие  родители,  которые  получили  извещение о том,  что  их  сын  пропал  без вести,  пройдя  всю  Чечню  вдоль и поперек и  не  найдя  сына,  отправлялись  в  город  Ростов-на-Дону.  Здесь  располагается  124  медико-криминалистическая  центральная  лаборатория,  куда  были  доставлены  все  неопознанные  останки  погибших  военнослужащих  в  этой  кровавой  войне.  Вагоны  были  набиты  телами   российских  солдат.  Многих  уже  невозможно  было  опознать:  разорванные  снарядами,  обгоревшие,  обглоданные  собаками.  Ведь  целых  20  дней  Джохар  Дудаев  не  разрешал  забрать  тела  погибших  солдат.  Они эти  20  дней  лежали  там,  где  их  настигла  смерть.  Ростов не в состоянии  был  справиться с этим  нескончаемым  потоком  смерти.  Кроме  вагонов,  на  территории госпиталя  стоял  еще  палаточный  городок.   Палатки  тоже  оказались  сплошь  забитыми  телами  погибших. Собрав все свое мужество,  матери  осматривали  вагоны  и  палатки.  Осматривали  каждого мальчика. Не  найдя  здесь  своего  ребенка,  матери  возвращались  в Чечню.  В  январе  невозможно  было выйти  на  улицы  Грозного  из-за  сильнейших  обстрелов. Матери  ходили  по  подвалам, где жили  местные  жители,  показывали  фотографии сыновей,  спрашивали,  не  хоронили ли их. Но ведь  хоронить  под  бомбами  не  было  возможности. Многие, отчаявшись, возвращались  домой.  Но  спустя  некоторое время снова  выезжали  в  Чечню на поиски.  В Ведено была больница,  где  лежали  чеченские  ополченцы,  и  российские  солдаты.  Многие  матери  помогали  ухаживать  за  ними.  Не  найдя  своих  сыновей,  объединились  и  написали  письмо  в  Государственную  Думу.

Из  письма  в  Комитет  Государственной  Думы  по  обороне  от   матерей,  чьи  дети  без  вести  пропали в Чечне:

«На  наших  глазах в течение года  происходит  обмен военнопленных,  но  обменивают  в  основном тех, кто  попал в плен недавно,  и  никто уже не вспоминает о наших детях,  пропавших  при  новогоднем  штурме  Грозного в ночь на 1 января 1995 года.  Поэтому, мы, матери,  вынуждены сами  искать  своих  детей…

…А  две  матери – Л.Мартынец и В.Федотова и двое  отцов – А.Горбань и Ю.Осипенко  сами  пропали  без  вести  в  Чечне.
…Но  никакие  испытания  не  остановят нас.  Мы  будем  искать  своих  сыновей  до  тех  пор,  пока  не  найдем.  Мы  не  бросим,  не  забудем их, как  это  сделало  Министерство  обороны.  Мы не можем  предать  своих  детей».

На  парламентских  слушаниях в Государственной  Думе на розыск  без  вести  пропавших было  выделено 200 миллионов  рублей,  из  них  только  30  миллионов – на  генетические  исследования.  В 124-й  судебно-медицинской лаборатории города Ростова-на-Дону  матерям  объяснили, что  этого  хватит  на  проведение  всего  пяти  экспертиз.

Некоторые  депутаты  видели  выход в том,  чтобы  захоронить в братской  могиле всех  воинов, которые  находятся  в  124  лаборатории.  Матери  были  возмущены  таким  кощунством.  Каждая  из  них все  еще  не  теряет  надежды  найти  своего  сына.  Живого  или  мертвого  -  найти!  И  тогда, 22 матери,  в  том числе  и  Ануфриева Галина Ивановна  -  наша  тольяттинка,  направились в Москву в Министерство  обороны,  чтобы  окончательно  решить  вопрос  о  месте  захоронения  останков  погибших  на  воинском  мемориальном кладбище. 

Экспертно-консультативный  Совет  Комиссии  при  Президенте  Российской Федерации по  военнопленным,  интернированным и пропавшим без вести,   довел  до  Правительства Российской Федерации и Министерства обороны  настоятельное  требование  матерей о захоронении  неопознанных останков  погибших  военнослужащих на Государственном  военном  мемориальном кладбище  на  территории  Московской области.

На  основании  распоряжения  Правительства Российской Федерации было  принято решение о создании воинского  участка  на  территории Богородского  кладбища  Ногинского  района  для  захоронения  неопознанных  останков погибших  военнослужащих.  В  период с 25 сентября 2000 года по 4 декабря 2001 года были  проведены  захоронения 266 неопознанных  останков  погибших  военнослужащих.  Но  работа  по  идентификации погибших  продолжалась, ее  проводили   Специальный  отдел  штаба Тыла  Вооруженных  Сил  России  и  16-й  Государственный  центр  судебно-медицинских  и  криминалистических экспертиз  Северо-Кавказского  военного  округа (город Ростов-на-Дону).  Из  266  захороненных  были  установлены  личности 129 человек.  По  желанию  родителей  останки 81  воина  перезахоронены  на  Родине  погибших.

На  сегодняшний  день  еще  144  воина  остаются  неопознанными.

Ежегодно 25  сентября по  инициативе Московского  областного  отделения  Всероссийской  общественной  организации  ветеранов  «Боевое братство» проводится  День  Памяти  погибших  с  приглашением  родственников  пропавших  без  вести  военнослужащих  из  64  регионов  России.

Министерство обороны предполагало  овладеть Грозным одним воздушно-десантным полком за сутки. Но на операцию потребовалось три месяца. Некогда красивый город   Грозный  был превращен в руины. Потерь среди жителей города  во время ожесточенных боев никто не считал, и для скольких россиян и чеченцев Грозный стал общей могилой, сказать трудно.

В штурме Грозного первой  волны  войны в Чечне  принимали участие  38 тольяттинцев. 17 из них погибли. Среди них и те ребята, о которых пойдет  речь в нашей поисково-исследовательской работе.

Вот имена  тех  тольяттинцев,  которые принимали участие в штурме  Грозного  и  живыми  вернулись  домой:

1. Андреев Алексей  (сослуживец Кутырева Алексея).               

2. Бабенко Алексей  (сослуживец Кутырева).

3. Бритов Андрей (сослуживец Кутырева).

4. Балашов Виктор (сослуживец Кутырева).

5. Иванов Вячеслав  (сослуживец Кутырева).

6. Ивошин Игорь   (сослуживец братьев Микряковых).

7. Выхованец Олег.

8. Куликов Олег  (сослуживец братьев Микряковых).

9. Купцов Сергей (сослуживец братьев Микряковых).

10. Карпов Владимир (сослуживец братьев Микряковых и Ануфриева).

11. Коновалов Михаил  (сослуживец Ануфриева Александра).

12. Мальгин Федор (сослуживец братьев  Микряковых).

13. Матяшин Сергей (сослуживец братьев Микряковых).

14. Макаров Юрий (сослуживец Ануфриева Александра).

15. Сухорученко Виталий  (сослуживец Кутырева).

16. Терентьев Алексей (сослуживец Кутырева).

17. Чернышов Евгений (сослуживец Кутырева).

18. Пасечник Александр (сослуживец Каханович и Курепина).

19. Амосов Андрей  (сослуживец Каханович и Курепина).

20.  Лакин Алексей  (сослуживец Каханович и Курепина).

21. Геянов Алексей  (сослуживец Каханович и Курепина).

22. Чайкин Сергей (сослуживец Проскурякова Леонида).

23. Жилнов Евгений (сослуживец Проскурякова Леонида).

 

Мы  провели  исследовательскую работу, в результате которой  было  выявлено: Сергей Купцов,  долго  выходивший  один  из  окружения  боевиков ,  был  ранен.   По  возвращении  домой,   умер  через  полтора   года  от  ран, полученных  в этом  бою.

Ивошин Игорь, Куликов Андрей, Выхованец Олег были  взяты в плен боевиками.  Прошли  весь  ад  плена.  Были  освобождены федеральными  войсками  через  9  месяцев  пленения. 

Куликова  Андрея  в числе 13 российских  солдат   при  помощи  представителей  Красного Креста  обменяли  на  пятерых  боевиков, которые  были в плену  Российской Армии.   

У  Ивошина  Игоря  по  возвращении домой  было  сильно  подорвано  здоровье.  Родители  были  очень   обеспокоены  состоянием  его  психического  состояния, поэтому, чтобы  парню  ничего не напоминало о прошлой  жизни,  сменили  место  жительства.

Геянов Алексей, уже вернувшись  с  Чечни, через  два  года  попал  в  автокатастрофу.  Был  сильно  изувечен.  Сейчас  находится  на  инвалидности.  Его  здоровье  сильно  подорвано.

 

Мы провели встречу с одним из участников этого кровопролитного боя – тольяттинцем Владимиром Сергеевичем  Карповым. 

Это боевой товарищ наших тольяттинцев, погибших ребят Микрякова Александра, Микрякова Алексея, Ануфриева Александра, оставшийся волею судьбы в живых после страшного испытания. «Штурм Грозного» - под таким названием оно войдет в военную  историю на Северном Кавказе. Только  погибшие ребята были в первой роте, а Владимир во второй  под командованием  полковника Перепелкина Эдуарда.

Родился Владимир  12 декабря 1975 года в городе Тольятти. 

Отец, Карпов Сергей Иванович, работает слесарем в ТЭВИС. Мать, Карпова Вера Николаевна,  работает няней в детском саду.

Здесь же, в Тольятти, Владимир учился в школе №78. Учился хорошо. Все предметы ему давались легко. Больше всего нравились уроки физической культуры. Будучи здоровым и развитым ребенком увлекался самбо, гандболом, лыжным спортом, хорошо  катался на коньках, любил играть в футбол. После школы поступил в технический  лицей №36 по специальности «Станочник широкого профиля». Технику он любил с детства, поэтому  осваивал премудрости работы на станках с удовольствием. После лицея, придя на работу в цех, где проходил преддипломную практику, чувствовал себя как дома. Все до мелочей ему было знакомо,  и в рабочий коллектив влился сразу. Бригада его уже знала и приняла радушно. Но долго работать не пришлось – призвали в армию.  Первые 4 месяца прослужил на Тоцком полигоне, потом 5 месяцев в Черноречье, в мотострелковом 81 полку. Жили дружно, шутили, смеялись, не унывали, держались друг за друга.  Построили себе баню.  Хотя знали,  что  затишье это не к добру.  Отметил с ребятами крепким чаем с печеньем  свое 19-летие. Пели под гитару. Ничего так  не сплачивает коллектив, как  хорошая боевая солдатская  русская песня. Пели песни, которые сочинили ребята уже здесь, в Чечне.

 

Ползет мой «бронник», весь в пыли,

И цель близка, вон там, вдали,

Стоит моя бригада.

Еще чуть-чуть, еще рывок,

И старшина прострелян в бок,

Но мы не дались гадам.

 

Любовались несравненной природой Кавказских гор.  Там и воздух какой-то другой, не такой, как в России.

11 декабря 1994 года в 7-00 началось выдвижение федеральных сил к границам мятежной республики.  Фактически этот день является началом войны в Чечне. К концу декабря по данным разведки, Дудаев сосредоточил в Грозном до 40000 боевиков, до 60 орудий и минометов, 50 танков, около 100 БМП и БТР, около 150 зенитных средств. Первоначально штурм Грозного был назначен на 5 января, но 30 декабря в 19-00 поступил приказ о готовности для выхода в 5 часов утра 31 декабря по боевому плану.

Федеральные силы выступили с рассветом, около 7 часов утра. Первыми пошли разведчики. Никакого сопротивления не было. Но чем ближе к центру, тем чаще встречались мины, преграды и огневое сопротивление. 81 полк вместе с другими подразделениями  должен был штурмовать Грозный. К этому времени на востоке был взят Гудермес. Затем на западе после полуторамесячного топтания за несколько дней была сломлена оборона боевиков  по линии Бамут – Асиновская - Серноводск. Север республики был занят давно. Таким образом,  Грозный блокировали с севера и запада.  С востока его еще прикрывал Аргун, до которого немногим больше 10 км. Вся территория южнее Грозного, несмотря на бомбежки и артобстрелы, находилась под контролем боевиков. Горные районы тоже контролировали они. Чтобы  завладеть Грозным, следовало освободить от боевиков Урус-Мартан и Шали. Здесь  сосредоточилось по данным  разведки более  1000 боевиков  и  наемников-иностранцев, которые поклялись удерживать свою позицию всю зиму. За неделю до штурма Грозного был освобожден  Аргун.  Его защищала группировка известного полевого командира Руслана Гелаева, который до этого не смог удержать Гудермес.  В этих боях более половины боевиков было уничтожено.  Несли большие потери и федеральные войска. Город был сильно разрушен. Особенно  высотные дома. Перед штурмом  столицы Ичкерии,  мирным жителям  дали возможность покинуть город. Почти все население ушло. Остались только те, кому некуда было идти, и которые передвигаться были просто не в состоянии. А это, в основном,  люди  пожилого  возраста. Нашим  солдатам  было  жалко  этих людей, и они зачастую  отдавали  им  свои  пайки. Карпов Володя на  БМП с ребятами вошли в Грозный  со стороны Ставропольского района и Старой Сунжи. Надо отдать должное силам оппозиции чеченского народа, которые наряду с федеральными войсками воевали бок о бок с дудаевскими наемниками. Их помощь  федеральным  войскам  была очень  значима.  Потому что эти люди были на своей земле и знали каждую улицу, каждый дом. И федералы, и чеченцы понимали, что без помощи  друг другу  Грозный освободить от дудаевцев будет нелегко.

В одном из интервью  Бислану Гантомирову был задан вопрос: «Вы лично командуете боями оппозиции. Не страшно ли вам, гражданскому человеку, брать на себя ответственность за исход операции, за судьбы людей?». Он с гордостью ответил: «Я взял в руки оружие в 1993 году, когда дудаевская гвардия расстреляла городское собрание. Год мы воевали самостоятельно. Потом к нам на помощь пришли федералы. Я стал командующим объединенными силами оппозиции.  Два раза мы штурмовали Грозный, так что мне все это уже знакомо.  Я считаю себя истинным чеченцем, и хочу, чтобы мой народ жил спокойно. Не хочу, чтобы  истинных чеченцев отождествляли с бандитами и боевиками. Чеченский  народ - самый  гордый и смелый.  Но  сейчас  нас  унижают  дудаевцы и его наемники. Мы говорим  на русском языке. Это наш второй язык. Мы всегда смотрели на дружественную страну – Россию, а не на Турцию, не на Эмираты.  Мы всегда будем жить с Россией».

Владимир  в составе штурмовой бригады продвигался  с ребятами на БМП  к  дудаевскому дворцу. Но возле института  в процессе боя  их машина  загорелась. Сдетонировали два боеприпаса.  Механика ударило  гильзой в плечо и грудь. Пришлось  тушить  машину.  Тушили  одеждой и  подручными  средствами.  Медлить было некогда. Потому что  могли  сдетонировать другие боеприпасы. Все понимали, что  их жизнь  висит на волоске.  Но ребята  действовали  молниеносно.  Когда потушили – двинулись дальше. К вечеру второго января,   выбив  боевиков из основной части города,  вышли в поле на окраине. Потом  встали в частном секторе между Домом печати и консервным заводом. На консервном заводе шел бой, а в городе то здесь, то там  слышались   перестрелки, где шли уличные бои.  Боевики  прятались в подвалах домов и оттуда вели огонь. На четвертый день боя начались зачистки.  Собственно, это такой же бой.  Только  боевики уже прикрывались мирными  жителями.  Жалко  мирных  людей,  которых  погибло очень много в ходе боя. На четвертый день  помогали  эвакуировать  раненых  и  погибших. Усталость  была  смертельная.  Без  сна,  без питания – только  воды  успевали  хлебнуть  между  боями. Успешно освободили шестой микрорайон, затем третий и четвертый. 

В  начале февраля  Грозный,  наконец,  заняли  федеральные войска.  8 февраля с Моздокского аэродрома пришла колонна  МЧС с полевой кухней – первая «мирная» колонна.  Кормили  не  только  солдат,  но  и мирное население.  А  до  этого – только  сухой  паек  да  вода во фляжках.  О  еде  забывали.  Не  до  этого  было.  На людей – жителей  Грозного - жалко было  смотреть.  Раненные старики, дети, женщины, которые ютились в подвалах домов без пищи и воды,  выглядели  очень жалко.  Мы понимали, что  солдатская жизнь  должна отличаться  от  жизни мирных жителей,  но  за что  страдают  эти невинные старики, дети, женщины? Ранним  утром  8 февраля на площади Минутка было  необыкновенно тихо. Ни одной живой души среди завалов,  разрушенных догорающих домов и искореженных киосков.  Картину оживляют только собаки.  Они стоят, низко наклонив головы к трупам. Трупов на улице  много. Это, в основном, солдаты,  боевики,  пожилые женщины, попавшие под обстрелы или придавленные бетонными плитами,  старики,  дети.  Массовые  захоронения – в подвалах, куда, по словам спасателей, пока нельзя пройти: входы заминированы. Примерно через полчаса на Минутку (это площадь перед Дворцом правительства) въезжает БТР с солдатами внутренних войск и саперами. День тому назад этот район оставили армейские подразделения, теперь его зачищать будут бойцы внутренних войск и саперы. Но в городе не спокойно. По подвалам и чердакам  прячутся  боевики, снайперы и саперы противника. Среди снайперов – немало женщин. Но недавно  в город перебросили нашу спецгруппу снайперов. В ней также есть женщины. Оказывается,  без женщин – никуда. Рядом с Минуткой здание комендатуры Октябрьского района. Сюда бойцы МЧС  перетащили  походную кухню,  продукты и медикаменты.  К комендатуре  вереницей потянулись люди. Они несколько дней назад  вышли из подвалов, где провели чуть ли не месяц, пока шли бои за освобождение Грозного. Среди них 13-летний Дима, который потерял родителей. Они подорвались на мине. Эмчеэсовцы собирались отвезти его в лагерь для беженцев в Толстой-Юрт.  Но в основном, люди, пережившие здесь войну и голод, из города уходить не хотят. Пешком по городу ходить опасно. На днях стеной придавило нескольких солдат. Поэтому военные подрывают то, что осталось после бомбежки и артобстрелов. В завалах ребята из  МЧС и солдаты  находят трупы. За две недели работы извлекли 11 тел. Много трупов у торгового центра на Минутке. Видимо, здесь боевики расстреливали пленных.  Потом  уже, когда бои немного  поутихли, ездили на опознание  погибших. Последний месяц перед  демобилизацией  вторая рота  дислоцировалась в станице  Червленной. Владимир  знал уже, что его скоро демобилизуют, поэтому за ним в станицу приехал отец. Сергей Иванович почти месяц находился в станице, пока сына не демобилизовали. Домой  возвращались вдвоем. За боевые заслуги и мужество, проявленное в штурме Грозного, Владимир награжден медалью «За отвагу». Домой он не ехал, а летел на крыльях счастья. Дома  не стали дверь открывать своим ключом, а позвонили. Дверь открыла мама – Вера Ивановна. Первое, что  сообразил  сказать Владимир – он просто закричал «Мама, я живой!». Он  обнял  ее такую  маленькую  и родную и долго не хотел отпускать от себя. Есть ли большее счастье для матери видеть своего сына, вернувшегося с войны живым и здоровым? Это светилось у нее на лице,  залитом слезами счастья. Долго она  не хотела выпускать сына из своих рук,  не веря еще в то, что сын живым вернулся домой. Она  все  гладила  его приговаривая: «Сыночек, живой.  Сыночка, живой!». А слезы сами текли из ее  радостных глаз. Да она и не стеснялась своих слез. Она столько настрадалась  за эти  полтора года, пока он был в Чечне, что на десятерых хватит.

Первое время Владимиру и самому не верилось, что  он  жив, здоров и без единой царапинки  вернулся  с этого ада.  Вернулся в звании сержанта. Сколько раз ему  с ребятами приходилось быть на волосок от смерти.  Но Бог его сохранил. Видно такая  судьба у него счастливая.

С большой радостью  он  вернулся на родной завод. Работа фрезеровщика ему всегда нравилась. Вообще ему нравилась атмосфера, царившая на ВАЗе. И этот родной запах пропитанной шашки, которой устлан пол. Этот запах не сравнишь ни с чем. Он окутывает  тебя, как только  пройдешь  территорию проходной.  Он родной, свой, заводской. И бригада, в которой он работает, теперь  уже – его вторая семья. Ежегодно, вот уже 15 лет,  он  активно принимает участие в  конкурсах профессионального мастерства. И всегда выходит победителем. Да и как же иначе. Ведь он – станочник широкого профиля. Знает все  станки, как свои пять пальцев. Он уже по шуму может определить любую неисправность станка. Это приходит не сразу, а с опытом, со временем.

В свободное от работы время любит читать  книги – в основном детективы. С большим удовольствие читает книги о боевых действиях на Северном Кавказе. Часто сравнивает,  лукавит автор или сам принимал участие в этой бойне. Боевые действия в Чеченской республике, наверное, навсегда останутся в его памяти.  Разве  забудешь это?

 

Бои в Грозном продолжались до 7 марта 1995 года. 23 августа 1996 года генерал Лебедь А. и начальник штаба Чеченских вооруженных формирований А.Масхадов подписали соглашение о прекращении огня. Начался вывод федеральных войск с территории Чечни. 31 декабря 1996 года последние подразделения российских войск покинуло Чечню. За 2 года по данным Министерства обороны погибло 3006 человек, в МВД – 1238 солдат и офицеров. А осенью 1999 года на этой же территории вспыхнула вторая война.

Еще не все боевики уничтожены на земле Северного Кавказа. Те, которые  прятались в ущельях, пещерах  периодически  совершают вылазки  и стараются  напакостить, как можно больше. Они  убивают и похищают людей, подрывают объекты социального назначения. При этом  часто подрывают и себя. Они понимают, что  час их пробил. Потому что воюют то они против  своего же народа. А этого  люди им никогда не простят.

В боевых действиях с Чечней с города Тольятти погибли 52 человека. Учащиеся нашей школы посчитали своим долгом организовать городской общественный музей военнослужащих, погибших в горячих точках. Мы собрали материал обо всех погибших. Сейчас ребята из поисково-исследовательской группы  поставили перед собой цель найти всех тольяттинцев, которые  принимали участие в боевых действиях в горячих точках и вернулись домой. А таких у нас в Тольятти более 4000 человек. Мы понимаем, что это работа ни одного года. Но её мы уже начали.

Когда закончится война,

Приду домой и сброшу с плеч суму…

Вот мой причал.
Окончена дорога.
Я камуфляж от пыли отряхну

И закурю,  задумавшись  немного.
Сибирский край, родная сторона,
До слез в глазах все близко, все знакомо,

И нервы, как звенящая струна,

Обмякнут вдруг у стен родного дома.

И долгий путь, Чечня, бои

И раны, что на теле и в душе,
Они теперь как будто не мои…
Не значат ничего они уже.

Когда закончится  война…

Когда закончится война?

                                  (Роберт Хант)

 

А  теперь  мы  поведем  речь  о  двух  военнослужащих города Тольятти, попавшими в роковое  стечение  обстоятельств.

 

Братья Микряковы.

К концу декабря 1994 года  по данным разведки, Дудаев сосредоточил в Грозном до 40 тысяч боевиков, до 60 орудий и минометов, 50 танков, около 100 БМП и БТР, около 150 зенитных средств.

Первоначально штурм Грозного был назначен на 5 января, но 30 декабря в 19-00 поступил приказ о готовности для выхода в 5 часов утра 31 декабря по боевому плану.  Федеральные силы выступили с рассветом, около 7 часов утра. Первыми пошли разведчики. Никакого сопротивления не было. Но чем ближе к центру, тем чаще встречались мины, преграды и огневое сопротивление. К 14-00 был взят железнодорожный  вокзал, подтягивались подразделения 131 мотострелкового батальона. В 15-00 первый и второй батальоны 81 мотострелковый полк и сводный отряд 201 МСД, блокировали президентский дворец, Дудаев бросил на восстановление положения свои лучшие силы. Обстрел прекратился только к 12 часам ночи. Наступил новый 1995 год. Для многих  18, 19 - летних  ребят он уже не наступил.

В этих боях  принимали участие и наши  земляки-тольяттинцы: гвардии младший сержант, командир БМП первого батальона 81-го Петраковского дважды Краснознаменного  орденов Суворова, Кутузова и Богдана Хмельницкого мотострелкового  полка Микряков Александр Валерьевич и гвардии рядовой, наводчик-оператор БМП первого батальона Петраковского дважды Краснознаменного орденов Суворова, Кутузова и Богдана Хмельницкого мотострелкового полка Микряков Алексей Валерьевич.

 

Казалось мне, что я сказала все,

Но никогда не выплакать мне сердце…

И мальчики, истерзанные  смертью,

С чужой войны уходят в поднебесье,

И мне до них не докричаться песней…

О память  неизбывная моя!

О Господи,  кругом одни кресты!

Но сколько новых звезд ты  зажигаешь.

Их именами павших называя

И никогда их не забудешь ты,

Прости их, Боже, мальчиков моих,

Чужим грехом их душ не оскверняя…

                                      (Марианна Захарова)

Саша и Алеша  родились в один день  24 июня 1975 года. Саша появился на свет  чуть раньше и был тяжелее брата почти на килограмм.  За жизнь  более слабого Алешки врачи  долго и всерьез опасались. Но он выжил, и с тех пор  мальчишки были неразлучны. Они были не близнецами, а двойняшками. Жить друг без друга не могли. Всегда и везде были вместе. Саша был  светловолосый, по характеру добрый и молчаливый, почти на голову выше Алексея. Брат же – темноволос и  характером иной – «заводной» и веселый. Он был неугомонным.  Его  заливистый красивый смех постоянно слышался  дома.  Так  смеяться  мог только  Алеша. Его  шаловливые  глаза  всегда  выдавали  его  добрую  и  веселую  натуру.  Он  был  мастером  на всякие  проделки.  В семье Микряковых было трое детей.  Старший брат Сергей двумя  годами старше  Алеши и Саши.  Саму Ираиду Алексеевну жизнь не баловала.  Ее, осиротевшую в 10 лет,  воспитывала бабушка.  Всего в жизни пришлось добиваться самой.  Поэтому ребят старались так воспитывать.  Чтобы  могли постоять за себя.  Чтобы  сильными были.

- Бывало,  подерутся с кем-нибудь мои мальчишки, - вспоминает Ираида Алексеевна, - придут домой поцарапанные, в крови, а я их за дверь выставлю и скажу: «Идите, и сумейте постоять за себя». Сама поплачу, жалко мне их, но им вида не показываю. Вообще ребята были неизбалованные, не доставляли больших хлопот.

Все обязанности по дому  были  распределены заранее. Кому за продуктами идти, кому  в доме прибирать. На семейном совете решали все  финансовые вопросы – кому и что в первую очередь покупать.  И еще Ираида Алексеевна старалась, чтобы сыновья доверяли ей во всем.  И всеми своими проблемами делились. Так получалось, что у мальчишек от нее  секретов не было. Даже про первую свою сигарету выкуренную матери ребята рассказали. Правда, при этом шестиклассники Саша и Алеша добавили,  что курение  здорово им не понравилось.  Общим у братьев было то, что не могли они жить друг без друга.  Начиная со школы, когда ходили в один класс, с пионерлагеря, где непременно хотели в один отряд попасть.

- Помню, - говорит  Ираида Алексеевна, -  в пятом классе мальчики в пионерлагерь поехали.  Их, как назло, разъединили. Слишком велика была разница в росте, никто их за двойняшек не принимал. На другой день позвонили вожатые и попросили Алешу забрать, потому что он целый день проплакал. Я поехала, разобралась. Они снова были вместе, и все стало на свои места. Словом, разлучить их было невозможно.

Пути их разошлись только после  девятого класса.  После окончания девятого класса  школы №37 Алексей поступил в автомеханический техникум, где учился на специальности «обработка материалов на станках и автоматических линиях» по квалификации техника-технолога. После техникума  устроился  работать в КВЦ ВАЗа  фрезеровщиком.  А Александр окончил 11 классов средней школы, и с сентября 1992 года начал осваивать профессию слесаря по ремонту автомобилей в ПТУ-36.  После ПТУ-36  работал в МСП ВАЗа оператором  автоматических линий.  Он завершил обучение в лицее раньше, чем Алексей, поэтому Сашу призвали в армию тоже раньше, но их мама Ираида Алексеевна с трудом, но все-таки упросила подождать с призывом одного из братьев и не разделять их даже в армии. До начала декабря 1994 года Александр и Алексей успели отслужить 9 месяцев под Самарой, в Черноречье, в 81 полку. Оба брата служили на одной БМП (боевая машина пехоты). Правда Саша был в должности командира машины и в звании сержанта, а Алексей был стрелком-наводчиком. 12 декабря Ираида Алексеевна навестила их в части. Никто не предполагал, что это их была последняя встреча. 13 числа их отправили в Моздок. А 29 числа они уже были под Грозным.  За несколько дней до этого от ребят было послано домой письмо. Как оказалось – последнее. Взволновали Ираиду Алексеевну странные Сашины слова в письме  «…не знаю уж, на чистоту, придется еще увидеться или нет, ну ты не волнуйся, береги себя, не болей…», а также кадры из Грозного, показанные по телевидению в первые дни нового 1995 года.  Она  позвонила в информационный  центр в ПриВО,  где ей сообщили, что в списках убитых ее детей нет, а через несколько дней,  сообщили, что нет их и в списках живых.  Она  обзванивала все инстанции, вплоть до Москвы, но никто не мог дать ей точной информации о ее детях.  Всеми правдами и неправдами Ираида Алексеевна вылетела в Моздок. При вылете ее пытались снять с самолета. Помог пилот, насмотревшийся уже на слезы  матерей и спрятавший ее в надежном месте. Пропуска у Ираиды Алексеевны не было, и это сильно затрудняло поиски. В Моздоке  пришлось вести настоящее собственное расследование. Прошел слух, будто одна медсестра перевязывала какого-то парня, а он все говорил, что ему назад надо, а не в госпиталь. Будто брат у него остался. По описанию парень на Сашу был похож… В Моздоке ее не пропускали. На очередном посту, стоя на коленях в липкой грязи, она упросила полковника пропустить ее дальше. Сила материнской любви победила - и поиск сыновей был продолжен. Продолжен, не смотря на то, что комендант Моздока силой хотел выставить ее из города. Ираида Алексеевна по крупицам собирала информацию о своих сыновьях. Потом нашлась и медсестра, которая парнишку того перевязывала.  Но это оказался не Саша.  Ираида Алексеевна так и уехала ни с чем.  Остались в памяти только палатки, стоящие в грязи, да стонущие от боли изувеченные солдаты. Уже позднее, в февральское перемирие сослуживцы первой роты, приехавшие на опознание в Ростовский госпиталь, нашли сначала Сашу, потом Алешу.  12 февраля стало известно о смерти Саши, и она сразу вылетела в Ростов. Александр был похоронен 18 февраля. Вскоре из Ростовского госпиталя был привезен и Алеша. Матери сообщили об этом 22 февраля.  Хоронили Алешу  на следующий день – 23 февраля. Только  одному Богу известно, как Ираида Алексеевна смогла перенести  смерть своих сыновей и не сойти с ума. Жизнь для нее померкла.  Солнце для нее перестало светить.  Она его просто не замечала. Да она  никого и ничего  не замечала. На нее отовсюду  веяло  смертельным  холодом. Ее сыновей нет.  Их нет  совсем. Нет,  и не будет. Уже  никто  и никогда  не  будет  так  заливисто и красиво смеяться в ее доме, как это  делал Алеша.  Уже никто так не будет играть на гитаре,  и петь, как это любил делать Саша. «Заходит» сердце и «перехватывает»  дыхание, когда за тоненькую ниточку  повествования распутываешь этот клубок боли, продолжая рассказ о двух братьях, погибших честно выполняя свой воинский долг, защищая конституционные права России, и оставаясь до конца верными данной присяге.

Информация  о последних часах жизни  Саши и Алеши была собрана Ираидой Алексеевной от очевидцев тех событий, от свидетелей случайных встреч и от однополчан, от тех, кто был  плечом к плечу с ее сыновьями в те трагические события, развернувшиеся в канун нового 1995 года, в городе Грозном. Одними из них  были Ивошин Игорь и Купцов Сергей из Тольятти. И вот что ей удалось узнать. На въезде в Грозный братьев разъединили. Саша с пехотным взводом,  пошел на захват железнодорожной станции  и  вокзала. А Алеша на своей БМП, в составе штурмовой группы, выдвигался по направлению к президентскому дворцу. Брошенные   штабными генералами в неподготовленную атаку,  18-летние ребята  попали в настоящий ад.  Без карт, разведки, боевой подготовки, медицинского сопровождения  тяжелые танки и боевые машины пехоты въехали на улицы и тесные кварталы совершенно незнакомого города.  И танки в городе совершенно были лишены возможности  маневра.  По ним били в упор – с подвалов, подъездов, из окон  домов. Смертоносный огонь, казалось, «изрыгался» отовсюду. Началось пекло:  горели танки, кругом одни взрывы, крики о помощи, стоны раненых, кровь и все новая и новая стрельба по выставленным на улицах «мишеням».  Кого оглушило, кого убило, кто горел в машине, кого брали в плен  хорошо  обученные боевики.  БМП,  в которой находился Алеша,  была подбита  и  загорелась.  Погиб один из членов экипажа.  Самого Алексея, получившего ранение в бедро, вытащил из горящей машины его земляк  Игорь  Ивошин. Он, сделав Алексею укол и, перевязав раненого, перенес его к фонтану.  И  сразу же после этого был  оглушен взрывом. Очнулся он уже среди боевиков, так как был захвачен в плен. Из плена он  освободился только через 9 месяцев.  А в это время Александр  вел бой на железнодорожном  вокзале. Держались ребята сутки в окружении «дудаевцев». Когда же боевики  стали  их  машины забрасывать гранатами и минами, то капитан  Д.Архангелов принял решение:  на трех оставшихся «на ходу»  БМП  прорывать кольцо  окружения и вывести оставшихся солдат,  среди которых  было много раненых. Стоя под прикрытием стены  здания, прижавшись спинами друг к другу, сержант Александр Микряков  и капитан Архангелов  прикрывали своим огнем погрузку  раненых на броню.  При  прорыве кольца  окружения  одна из машин была подбита.  Группа  солдат и офицеров попала в засаду, а это снова  кровь и смерть товарищей. По свидетельству  тех, кто был в тех трех машинах,  Саши  среди них не было. Кто-то рассказал, что ему по рации  передали о ранении Алексея. Конечно, Саша не мог бросить брата. Он,  отправив  машины с ранеными,  пошел искать брата.  Скорее всего,  он  нарвался на засаду  и  был  убит  в упор. По предположениям Ираиды Алексеевны Алексей, который  остался лежать у фонтана, скорее всего, был добит  боевиками, а возможно еще и взорван. Потому что  была  такая информация, что боевики  стаскивали раненых солдат в кучу и бросали в них гранату. Видно это был тот случай, потому что на теле Алексея было много пулевых и осколочных ранений. А тело  Саши  было  насквозь  пробито  пулями.  Видно  в него выпустили в упор всю обойму. Был пробит и его военный билет. Сейчас этот документ хранится  в музее  машиностроительного техникума. А у мамы Ираиды Алексеевны хранится два  ордена Мужества, которыми  Саша и Алеша были  награждены посмертно,  их  письма, нежные письма, которые братья присылали домой,  и  память  о  ее  двух  неразлучных  кровинушках.

 

Письмо-записка  братьев Микряковых датированное 9 июля 1995 года (переданная  одним  из тольяттинцев,  демобилизовавшимся  в этот день):

«Мама, приезжайте 9 июля за нами. У нас все нормально, не болеем. Нас перевели в 90 дивизию в 81-ый полк в 1 батальон, 1 рота.  Приезжайте к 10  часам, в этот день как раз у нового призыва будет присяга. Можете чуть-чуть попозже приехать, так как нам на этой присяге выступать. Приезжайте посмотреть и нас забрать».

 

Не смотря на то, что  в свое время  Чеченская война не сходила с телеэкранов  и  газетных страниц, боевые действия Российской армии, внутренних войск и спецназа на Кавказе до сих пор остаются во многом неизвестной, «секретной»  войной.  Ее  основные  операции  еще ждут  серьезного  исследования, ее  аналитическая  история не  написана  и  по сей день. К концу 1994  года Джохару Дудаеву, мнившему  себя  президентом  большого исламского государства  на Северном Кавказе, удалось создать свои достаточно боеспособные вооруженные силы численностью до 40 тысяч человек,  часть личного состава которых прошла не только  военную  подготовку в специально созданных лагерях, но и воевали в Афганистане, Нагорном Карабахе, Абхазии, Приднестровье. В числе чеченских воинов было  большое количество наемников и рецидивистов, укрывающихся от российского правосудия. Республика была хорошо  вооружена, только после Советской Армии  там было захвачено более 40 тысяч единиц стрелкового оружия, кроме того,  там находилось много оружия  иностранного производства, охотничьих ружей.  В Грозном было налажено производство автомата «Бориз» («Волк»). Имелось 130 единиц бронетанковой техники, около 200 артиллерийских систем, в том числе 18 установок  «Град».  Этим оружием можно было  остановить армию численностью до 60 тысяч человек. Ее  формирование находилось не только в Грозном, но и в Шали, Аргуне, Гудермесе, Петропавловском. В других населенных пунктах существовали местные вооруженные отряды, которые создавались под видом отрядов самообороны. Таким образом, Чеченская республика была готова к сопротивлению и длительной партизанской войне, которую российское командование никак не учитывало в своих планах. Поэтому  информация из первых рук,  уникальные фото и схемы боевых  столкновений  являются  бесценным  материалом  для истории.

 

Из письма капитана 81-го полка  Д.Архангелова:

 «Уважаемая Ираида Алексеевна!  Пишет Вам бывший заместитель командира первой роты капитан Архангелов.  Я лично знал и служил с Алексеем и Александром. Хочется очень много теплых слов  благодарности  сказать Вам за Ваших сыновей.

Я был в бою на железнодорожном вокзале в Грозном с Сашей 31 декабря, 1 и 2 января, когда мы прорывались из окружения. Вы можете гордиться сыновьями. Они не прятались за чужие спины.  Я  лично с Сашей перевязывал раненых в здании вокзала.

Мы последними вдвоем вышли из здания, прикрывая посадку бойцов, в том числе и раненых, на БМП.  Это  были  последние минуты, когда я видел Сашу.  Мы стояли под стеной вокзального помещения – спиной к спине.  Я  прикрывал его спину, он – мою. Когда посадили всех раненых, Саша побежал садиться на одну БМП, а я на другую. Потом мы пошли на прорыв…

Он был отличным мужиком.  Побольше бы таких на земле!  Конечно, ничто не может успокоить Ваше изболевшее материнское сердце.  Я  понимаю всю Вашу боль.  Глубоко соболезную утрате, потере сыновей. Спасибо Вам за прекрасных ребят и мужественных солдат. Пусть земля им будет пухом!

Извините, если что не так. С огромным уважением к Вам, капитан Д.Архангелов, 81-й полк».

 

Российская Федерация

Мэрия г.Тольятти

Департамент образования

08.07.2002г. № 1739

Председателю комитета

Тольяттинской городской

общественной организации,

дети которых погибли в

Чеченской Республике

Р.Н.Шалыгановой

 

Уважаемая Раиса Николаевна!

Ответ на Ваше обращение о присвоению профессиональному лицею №36 имени братьев Александра и Алексея Микряковых, погибших в Чеченской республике,  Депортамент образования мэрии г.Тольятти сообщает следующее.

Совместная работа педагогического коллектива данного лицея и Тольяттинской городской общественной организации родителей, дети которых погибли в Чеченской республике, по патриотическому воспитанию молодежи заслуживает внимания.

Учитывая мнение администрации профессионального лицея №36 и и согласие И.А.Микряковой, матери братьев Микряковых, Департамент образования мэрии г.Тольятти поддерживает инициативу о присвоении Тольяттинскому профессиональному лицею №36 имени Александра и Алексея Микряковых.

Зам. директора С.А.Пунченко

 

Самарская область

81 мотострелковый полк в\ч 465349

81-й гвардейский мотострелковый полк – преемник 210  стрелкового полка – был образован в 1939 году. Боевую биографию начал на Халкин-Голе. В годы Великой Отечествыенной войны участвовал в обороне Москвы, освобождал Орел, Львов, города Восточной Европы. За время существования части 30 военнослужащих полка стали Героями Советского Союза и 2 Героями России. На боевом  знамени части 5 орденов – два Красного Знамени, ордена Суворова, Кутузова и Богдана Хмельницкого. После Великой Отечественной войны полк дислоцировался на территории ГДР (ГСВГ), а в 1993 году, в связи с ликвидацией ГСВГ, был выведен на территорию Российской Федерации и дислоцирован в поселке Рощинский Волжского района Самарской области, войдя в состав второй гвардейской Танковой Армии.

С 14 декабря 1994 года по 9 апреля 1995 года 81-й гвардейский мотострелковый полк принимал участие в выполнении задания Правительства Российской Федерации по разоружению незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики. Личный состав полка участвовал в войсковой операции по взятию города Грозный с  31 декабря 1994г. по 20 января 1995г.

 

Материалы из прессы, созданные по рассказам Александра Ярославцева, командира  81 полка, о боевых действиях полка в Грозном с 31.12.1994 по 1.01.1995 гг.

…События разворачивались так. 8 декабря полк подняли по тревоге и начали срочно комплектовать с тем, чтобы завершить комплектацию до 15 декабря, а затем начать боевую подготовку. Из 1300 человек примерно половина пришли из «учебок». В Моздок полк прибыл 20 декабря. 21 декабря полковник А.Ярославцев стал выводить батальоны на стрельбы. К 24 декабря отстрелялись все. Выяснилось, что некоторые пушки на БТР и БМП были неисправны. Из Моздока полк выдвинулся в район аэропорта Грозного. Здесь командир полка приказал еще раз отстрелять по пять-шесть снарядов и не разряжать пушки, только поставить на предохранитель. «Мы думали, что дальше аэропорта нас не пошлют, рассказывает командир полка. – Думали, что постоим за аэропортом в обороне…  А дело обернулось совсем не так».

30 декабря 1994 года перед полком поставили задачу войти в Грозный утром 31 декабря. Накануне у командира полка полковника А.Ярославцева спросили, сколько ему необходимо времени, чтобы подготовить полк к штурму. Тот ответил, что нужно 10-15 дней.  Времени на подготовку не дали.  Не дали и письменного приказа на штурм (устный приказ отдавал генерал Квашнин…).

Полк должен был идти на Грозный во фланге федеральных сил. Обещали дать пехоту, но так и не дали.  С разведданными было совсем плохо. Впрочем, при тактике «дудаевцев», которую они тогда использовали, никакие разведданные бы не помогли.

С рассветом 31 декабря полк начал движение из аэропорта в сторону Грозного. При подходе 81 МСП к улице Маяковского  впереди показались танки. Оказалось, что это «рохлинцы».  Договорились о взаимодействии – те пошли левее Первомайской, чтобы не мешать выдвижению полка.  Настоящий бой начался на площади Орджоникидзе, но не сразу.  Первый батальон под командованием Семена Бурлакова без проблем прошел на вокзал мимо президентского дворца.  Как выяснилось позже – он попал в «мышеловку».

Из рассказа А.Ярославцева: «Сейчас, я думаю,  подкачу поближе и на себя вытащу второй батальон.  Ну, а потом буду окружать дворец. Били уже основательно… Трудно было сориентироваться, где сколько, откуда бьют?.. Невозможно просчитать варианты, ведь пехоты нет.  Или в круговую оборону вставать, или палить во все стороны.  Вот мы и стали палить, а это значит – палить до тех пор, пока тебя не сожгут…»

На углу проспектов Победы и Орджоникидзе командир полка полковник А. Ярославцев  был тяжело ранен… Рядом с ним оказался радист и начальник связи. Попросил радиста перевязать, ему страшно, но… оказали первую помощь командиру. Ярославцев сказал бойцу: «Давай-ка передавай, что я ранен… Командование Бурлакову».

Бурлакову снова придется передавать командование, уже подполковнику Айдарову – будущему командиру 81 МСП. Сначала Семена Бурлакова ранят в ногу на вокзале, а потом, при эвакуации раненых на БМП, чеченцы расстреляют всех, но Бурлакова  примут за погибшего…

Утром 1 января 1995 года командира полка Александра Ярославцева перевели в госпиталь Владикавказа…

 

Присвоение машиностроительному техникуму имя братьев Александра и Алексея Микряковых

18 февраля 2004 год. Машиностроительный техникум. Время: 14-00. Актовый  зал  полон до отказа. По проходам подставлены стулья. На галерке – стоят студенты выпускного курса. Их много.  Они тоже пришли на мероприятие, но мест в зале для них не хватило. Фотовспышки. Гвоздики. Слезы матерей, дети которых погибли в горячих точках. На сцене портреты Александра и Алексея Микряковых. Наступает торжественная часть мероприятия по случаю присвоения  звания братьев Микряковых  учебному заведению, в котором обучался Саша. Двойняшки  Александр и Алексей погибли в новогоднем штурме города Грозного в первую чеченскую компанию. Они всегда были вместе: и в жизни, и в смерти. Только хоронили их в разное время: 18 февраля хоронили Сашу, 23 февраля – Алешу. Прошло ровно 9 лет.  Память о братьях-солдатах увековечила их «альма-матер».

Выступали  друзья: одни учились с братьями в школе, другие – в техникуме. Душа компании, хороший спортсмен, человек с изюминкой – такими  остались  братья в памяти друзей.  Однополчане рассказали, что 14 декабря 1994 года 81-й полк, где служили братья, отправили в Чечню. В эшелоне ехали 1300 военных. Все они  принимали участие в штурме Грозного. В первый же день боя погибли более 100 человек. Обороняющихся боевиков было раз в 7 больше, чем российских солдат. Это противоречит любым правилам военной науки. Раненых, убитых, без вести пропавших было  очень много. Самым тяжелым было извлекать из подвалов тела русских солдат со следами пыток. Но… есть такая профессия – Родину защищать…

По мнению выступавших военных, история рассудит, кто в чеченской компании стал героем, а кто – совсем наоборот. У российского государства всегда было два столпа – армия и флот. Дмитрий Чугунков, командир взвода разведчиков, однополчанин братьев Микряковых, был немногословен. Сказал, что ребята оказались на самом опасном участке новогоднего штурма Грозного. Какие бы испытания не выпали на долю нынешних новобранцев, они должны быть достойны памяти своих земляков.

Потом говорили о важности патриотического воспитания и базовом учебном заведении АВТОВАЗа. Мама братьев, Ираида Алексеевна, плакала, отдавая в музей учебного заведения на вечное хранение военный билет Саши. Прочла стихотворение  собственного сочинении.

 

Стихи посвящены присвоению Машиностроительному техникуму имени братьев Микряковых. Их сочинила Микрякова Ираида Алексеевна -  мать братьев Микряковых  Александра и Алексея, погибших при  штурме Грозного в ночь с 31 декабря 1994 на 1 января 1995 гг.

Как счастливы мы были в семьдесят пятом

Двойнята родились в семье!

Сашком, Алешей их назвали

Писала я своей родне,

И долго принимали поздравленья

От близких, от знакомых и друзей

Сын старший часто бегал к колыбелям

«Два брата у меня», - рассказывал Сергей.

А годы шли, мальчишки возмужали,

Закончив школу, а потом лицей,

А в марте братьев в армию призвали

И мать не спит, ждет писем от детей.

А письма были: «Здравствуй, мама!

Как брат, отец и как у вас дела?

У нас, не беспокойтесь, все нормально

Целуем крепко, мам, ты не болей, пока!»

И вот декабрь – Чечня, война,

И 81 полк уже в Моздоке,

И краткое последнее письмо:

«Мам, не волнуйся, береги себя,

Прощай, мы любим тебя очень!»

И все. Все стихло, замерло.

И жизни нет, кругом темно.

Понять не может только мать:

Зачем и кто детей посмел так варварски отнять?

Они пошли туда, куда их позвала Россия

В тот новогодний девяносто пятый год,

А что их ждет и что там с ними будет,

Наверно знал один лишь только Бог.

Они с достоинством и честью

Приняли вызов злой судьбы

И слишком были молодыми,

Чтоб вникнуть в суть политиков игры.

Долг воинский отдав своей Отчизне,

Приказ военный выполнив сполна,

Они за это жизнью заплатили

Тем самым честно заслужили,

С сегодняшнего дня,

Чтоб техникум носил их имена.

И этот день,  минуты эти

Запомним с вами навсегда,

Ведь только память сильнее смерти,

Мы павших вспоминать обязаны всегда!

 

Авторы - ученики 8 класса, руководитель - Татьяна Рахматуллина, учитель русского языка и литературы средней школы №32 города Тольятти Самарской области