… должен предоставить федеральный бюджет, 44 млрд – изыскать регионы и 15 млрд – это внебюджетные средства. Итак, образование получает дополнительное финансирование. Это хорошо? Вроде, да. Но почему-то грустно…

Как известно, благими намерениями вымощен путь в ад. «Как же так?» – скажете вы. – «Где-то ведь построят новые школы, где-то закупят новое учебное оборудование, разовьют современную образовательную среду и повысят квалификацию учителей. Разве это плохо?». Это просто прекрасно.

Но давайте вспомним. В 2006-2008 гг. был реализован первый Приоритетный национальный проект «Образование». Ввели оплату за классное руководство, НСОТ, стимулирующие выплаты, осуществили комплексный проект модернизации региональных систем образования, перешли на нормативное подушевое финансирование, создали базовые школы и стали подвозить к ним учащихся на школьных автобусах. Наконец, разработали новые ФГОСы. Бюджетных средств потратили по тем временам очень много. Общество это заметило? Оценило? Педагогическое сообщество сочло, что работать в школе стало лучше и интереснее? Откройте любую публикацию, посвященную образованию, и вы в 99% случаев прочтете, что с образованием в России хуже некуда и вообще… Вот в Финляндии или Сингапуре – там образование, действительно, хорошее, а у нас… Далее идет перечень проблем, коих немерено. Можно, конечно, себя успокоить: не было бы ПНПО – было бы с образованием еще ужаснее. Это, с одной стороны, а с другой, во всем мире не довольны образованием, реформируют его постоянно. Словом, на общем фоне, жить можно.

Однако вернемся к воспоминаниям. В 2011 году была разработана Стратегия 2020. Формально ее реализация в образовании обошлась без национального проекта. Но на деле майский указ 2012 года по повышению заработной платы педагогическим работникам всех уровней образования представляет собой очень дорогой и фактически бессрочный национальный проект. Среднюю учительскую зарплату до средней зарплаты в соответствующем регионе должны были поднять еще до конца 2012 года (сейчас об этом мало кто помнит), но битва за нее продолжается и по сей день, при этом в некоторых регионах она до сих пор не выиграна. В результате за прошедшие 5,5 лет более 1,3 трлн рублей потрачено только на зарплаты учителей! А есть еще воспитатели дошкольных образовательных организаций, преподаватели и мастера производственного обучения организаций среднего профессионального образования, врачи, медсестры, работники учреждений культуры и соцзащиты – средняя зарплата должна была быть поднята всем указанным категориям работников социальной сферы. В результате региональные бюджеты влезли в огромные долги, экономики многих субъектов Российской Федерации вошли в кризис, а почти 2/3 учителей (речь сейчас только о них) считают, что прошлый майский указ Президента России не выполняется, а Росстат фальсифицирует данные. Более

того, появилась точка зрения, что на пути из федерального в муниципальные бюджеты деньги частично разворовываются. А поскольку в России практически все верят, что воруют у нас повсеместно, то реакция властей состоит в очевидном: ужесточать контроль, проводить больше проверок, собирать больше отчетов. В связи с этим бюрократическая нагрузка на школы и учителей растет и будет расти независимо от того, перейдут ли школы в ведение регионов или останутся у муниципалитетов. При этом опять-таки общественность продолжает считать, что качество школьного образования у нас падает (и уж точно не повысилось).

Словом, надо реализовывать новый национальный проект по образованию. При этом в апреле 2018 года НИУ ВШЭ и кудринский Центр стратегических разработок в очередной раз говорили о необходимости бюджетного маневра (про него речь идет со времен Стратегии 2020, но повышение заработных плат работникам социальной сферы к нему не отнесли). В докладе НИУ ВШЭ и ЦСР были даже посчитаны объемы бюджетных средств, необходимых для улучшения положения в системе образования: согласно этим расчетам требовалось дополнительно в среднем 750 млрд рублей в год. Уже тогда я писала, что никаких дополнительных 750 млрд рублей в год на образование не дадут. Так и вышло.

По нашим расчетам (Центра экономики непрерывного образования РАНХиГС), для того чтобы в 2024 году ситуация в системе образования хотя бы не ухудшилась по сравнению с 2018 годом надо, чтобы доля бюджетных расходов в ВВП выросла, по крайней мере, до 4,4% с нынешних 3,6%, а лучше – до 4,6%. При реализации национального проекта в принятом сейчас виде (по деньгам, не по содержанию) указанная доля вырастет в 2024 году только до 3,7% ВВП. И это, несомненно, повод для грусти, хотя в каких-то местах нашей системы образования ситуация станет немного лучше, но в других она, к сожалению, ухудшится. Но и это не самое грустное. Самое грустное, что власти и на федеральном уровне, и в регионах будут считать, что они сделали для системы образования очень многое, национальный проект реализовали, о достигнутых успехах отчитались… а наш образовательный воз, где был, там, вероятнее всего, и останется.

Об авторе:

Татьяна Львовна Клячко – директор Центра экономики непрерывного образования Института прикладных экономических исследований РАНХиГС, доктор экономических наук

Фото Вадима Мелешко