Я присутствовала на ЕГЭ постоянно, кроме последних двух лет, когда работникам образования запретили становиться общественными наблюдателями. Сейчас я вхожу в число экспертов экзаменационных работ. Хорошо помню начало, когда Воронеж в числе первых включился в эксперимент по проведению единых государственных экзаменов. Тогда мы сидели организаторами в аудиториях, а общественных наблюдателей даже еще не было, я была организатором в школе № 47. Больше всего запомнилось то, что никого из работников школы в пункте проведения экзаменов не было. На входе в школу стоял милиционер, в руках у него белел список с нашими фамилиями и паспортными данными. Пропускали только по паспортам и только организаторов, ни одного постороннего в школе не было. В аудиториях были открыты двери, организаторы друг друга не знали, равно как и детей, которые сдавали экзамены. Было довольно трудно, так как нельзя было ни отвлекаться, ни заниматься какими-то посторонними вещами, и мы при открытых дверях несколько часов сидели молча и наблюдали за детьми. Но все было организовано настолько четко, что я тогда сказала себе: ЕГЭ – это то, что надо. Ребенок остается один на один с КИМами, никто не отвлекает его и не помогает, и все, что он знает, он напишет и в итоге получит заслуженную оценку. Сотовых телефонов в сегодняшних масштабах тогда еще не было…

Но потом пошли изменения. Директор школы уже смог находиться в своей школе во время экзаменов, потому что он за все отвечает, значит, должен быть на месте. И уже на всех милиционеров не хватало, и появились какие-то охранники, а потом и посторонние люди. Другими словами, планка понизилась. И если сначала дети относились к сдаче экзаменов очень серьезно, слушали все, что им говорили, и усердно готовились, то теперь многое по-другому. Сейчас дети знают, что их родители постараются и все сделают для того, чтобы их ребенок сдал ЕГЭ успешно. Мне ежегодно поступают предложения с просьбой помочь той или иной девочке или мальчику получше сдать ЕГЭ, например, по химии. Я этим никогда не занимаюсь, а причину этого себе и другим объясняю так: сегодня ты поможешь этому выпускнику сдать получше экзамен, а через шесть лет придешь к этому врачу и сам удивишься, откуда же такой непрофессиональный врач взялся и почему медицина такая плохая! Мы сами создаем таких горе-врачей и других «специалистов», начиная с подсказок на ЕГЭ.

Да, наверное, учителей можно обвинить в том, что они берутся подсказывать выпускникам или даже решают за кого-то их работы. Но ведь им же кто-то приносит этот КИМ заранее! Об этом тоже не надо забывать. И еще о том, что каждый год в Интернете появляются решенные работы, причем не утром в день сдачи экзамена появляются, в чем потом упрекают школьников с Дальнего Востока, а заранее, за два дня до экзамена, как было в этом году! Причем тут школьники и учителя?

ЕГЭ – зеркало нашего общества, и никакие общественные наблюдатели ситуацию не спасут. В западных странах есть специальные центры сдачи ЕГЭ, и экзамены можно сдавать несколько раз, будучи не выпускником, а еще во время учебы. И это правильно. Потому что необходимость в списывании отпадет сама собой, а школьник будет понимать свою ответственность, ходить и сдавать ЕГЭ столько раз, сколько потребуется для удовлетворительного, с его точки зрения, результата.

Об авторе

Ирина Соломоновна Москалева, заслуженный учитель России, учитель химии гимназии № 2 города Воронежа, член Воронежского регионального отделения Всероссийского педагогического собрания.