Мое первое чисто детское впечатление об общественной оценке учителя - необычайный авторитет в народе. Когда моя семья приехала в 1940 году в рабочий поселок Сузун Новосибирской области (я пошел в пятый класс), весь район был ещё взбудоражен награждением орденом Ленина директора школы Сахарова. Моя будущая теща Гурьева Евгения Дмитриевна тогда тоже была награждена медалью, получила её из рук М.И. Калинина вместе с библиотечкой. Ее имя все в области знали. Это была настоящая слава. Родители и ученики относились к педагогам с огромным уважением. В нынешней дискуссии о реформе образования меньше всего, к сожалению, слышен голос родителей учащихся. Между тем, родители не документальный, а живой исторический и нравственный источник оценки развития отечественного просвещения.

Вот мое самое яркое впечатление детства периода начальных классов. Подходит к концу последний, четвертый урок. Учительница достает из портфеля книжку, садится на парту - и мы замираем. Она читает нам сказки. Наверное, тогда я считал, что так должно быть везде. Потому что, когда мы оказались в средине года совсем в другой области, другая учительница продолжала погружать нас в мир сказок (надо же: сидя на парте!). Может быть, мне повезло. Но я продолжаю считать, что так должно быть и сегодня. И везде.

На педагогическом языке это называется привитием любви к чтению. Может быть, и так, хотя я сомневаюсь, что любовь можно привить.  Любовь можно пробудить. К чему в данном случае? К познанию неизведанного, необычайного, необычного. Чтение есть средство пробуждения такой любви. И мы стараемся как можно быстрее научить ребенка читать и писать. Ребенок учится и постоянно находится в области неизведанного, постоянно совершает открытия… Без детской игры воображения переварить полученные знания невозможно. Нужна подготовка детского сознания.  Живое слово учителя регулирует развитие детского воображения. Оно есть средство пробуждения любви к познанию неизведанного. Причем, незаменяемое. Никакие компьютерные игры не могут заменить учителя  в данном контексте. 

Иногда я задаюсь вопросами: что дала мне средняя школа? На каких опорах я стою? Что от них осталось? А, может быть, эти вопросы вообще неправомерны, поскольку при многопредметности дать целостный ответ нельзя? Но разветвленное древо познания есть все-таки древо... Школьное обучение систематично изнутри. Оно должно быть доступно целостной оценке, и мы нуждаемся в ней.

И вот что мне кажется наиболее существенным. У меня сохранился неослабевающий интерес к познанию достижений современного естествознания. Причем, не в смысле перебора новых фактов и  просмотра огромного потока информации о них, а в смысле уяснения основ, вытекающих из этих фактов. Понятно, что в подавляющем большинстве случаев восприятие возможно на научно-популярном уровне. А откуда берется популярный уровень прежде всего? Из школы. Подготовка к самостоятельному восприятию нового есть итоговая функция школы. В данном пункте советская система просвещения имела, пожалуй, один из самых выдающихся результатов в своей эволюции. И мне все время кажется, что в ведущейся публичной дискуссии о реформе образования указанную проблему следовало бы обсудить подробнее. Разумеется, наиболее авторитетное слово  здесь должны сказать специалисты и организаторы просвещения. Но ведь последние в этом переходе сами превращаются в составную часть общего процесса.

В данном случае нас интересует детское восприятие. Так вот: обращение к "обществоведческому" прошлому прежде всего возвращает меня к художественной литературе и к блоку исторических дисциплин. В мои школьные годы, если  не изменяет память, в программах не было  курса обществоведения как такового. Я и сегодня полагаю, что отсутствие подобной "нагрузки" было большим достижением отечественного просвещения. И еще большим достижением было то, что  формирование мировоззрения детей происходило через художественную литературу и историю. Для познания закономерностей общественного развития требуется минимум абстрактного мышления, минимум жизненного опыта, минимум критического восприятия социологической литературы. Думаю, что к такому уровню обучения средняя школа непригодна и сегодня. Но зато мировоззренческая функция преподавания художественной литературы была хорошо видна учащимся старших классов.

Системный подход к овладению знаниями - это внутренний принцип развития всякого образования, его логика. Но есть и другой подход, равнозначный. Подход проблемный. Он возникает извне,  как внешнее давление научно-технического и социального прогресса, трансформируясь во внутренний принцип развития образования. Лет 40-45 тому назад в обществе разгорелась дискуссия об опасности отставания в просвещении, в школе прежде всего, из-за отсутствия проблемного подхода в обучении. В его защиту пошла масса публикаций, диссертаций, критика положения дел в школе, поиски новых форм, нередко весьма успешных. И на каком-то отрезке времени случилась беда.

Два принципа столкнулись друг с другом. Вернее, их столкнули. Проблемный подход стал поедать подход системный. Оба принципа находятся в диалектическом взаимодействии. Если вы соединяете их механически, - просвещение пропало. Я думаю, ныне руководящие позиции в министерстве образования и науки заняли как раз "проблемщики", люди однобокие.                                                                               

Ради справедливости хотя бы пунктиром помечу то, что было откровенно плохо поставлено в прошлом школьном образовании. На мой взгляд, - это изучение иностранных языков, искусствоведение (пение, рисование) и физическое воспитание.  

Советская школа ввела преподавание иностранного языка без овладения им. Это постепенно утвердилось даже юридически в личных листках по учету кадров (записи: владею свободно, читаю и пишу со словарем и т.п.). Ликбез продолжался в высшей школе (пресловутые "тысячи") и на экзаменах кандидатского минимума. Сколько  затрачивалось времени, сил и средств для достижения нулевого результата! Нужно честное признание этого факта и нужно постараться исключить повторения пройденного. Представляется, что иностранный язык должен осваиваться на самых ранних ступенях образования. Далеко не каждая школа  готова дать необходимый уровень языковой подготовки. Следовательно, необходимо лицензирование. Далеко не каждому учащемуся доступен другой язык. Для овладения необходима разговорная среда. Именно сюда целесообразно направить репетиторство, вплоть до привлечения студентов и старшеклассников.

Сегодня, увы, можно констатировать самое серьезное отставание в физической закалке детского организма. В прошлом положение как-то сглаживалось общественным вниманием к сдаче норм комплексов ГТО, ГСО, ПВХО, Ворошиловского стрелка. Теперь проложена глубокая полоса между физической культурой и спортом. Социально-профессиональная поддержка физкультуры в школе, по сути, отсутствует. Мы лишь фиксируем, что в армию скоро некого будет принимать из-за физической неполноценности ребят. Положение таково, что нужна совершенно новая система диспансеризации детей в школах, ориентированная на выбор и закрепление способов физической закалки детского организма. Сюда примыкают вопросы домашнего труда и труда общественно-полезного, в которых столь велика роль каждой семьи.

Марти Петрович Чемоданов, доктор философских наук, профессор, дважды отец, трижды дед, 83 года

"Взгляд" записала Нина Коптюг