Версия официальная 

«Совершенно секретно. Справка N... от 26 декабря 1979 года. Академик Сахаров, являясь убежденным противником социалистического строя, на протяжении более 10 лет проводит подрывную работу против Советского государства. (…) В ущерб государственным интересам СССР Сахаров выдает представителям капиталистических стран государственные секреты, имеющие отношение к важнейшим проблемам обороны страны».

Так что же совершил «враг социализма» Андрей Сахаров – академик с мировым именем, лауреат Нобелевской премии, автор работ по управляемой термоядерной реакции, трижды Герой Социалистического труда, лауреат Ленинской и Государственной премий? Понимая всю степень авантюризма ввода Советских войск в Афганистан и то, какой бедой грозит эта война нашему народу, Андрей Дмитриевич не счел для себя возможным молчать и открыто выступил против.

Из воспоминаний Елены Боннер, жены и соратницы Сахарова: «Наши пресса и телевидение преподносили все события в Афганистане чуть ли не как праздник афганского народа. Но сообщения западных радиостанций звучали совсем по-другому... Тревожность усиливали и рассказы иностранных корреспондентов, которые приходили просить Андрея об интервью. Первое большое интервью по Афганистану Андрей дал 2 января (1980 г.) газете «Нью-Йорк таймс». Это был первый неофициальный отклик изнутри СССР на военную ситуацию. Интервью передавалось всеми радиостанциями Запада и широко обсуждалось в западной печати. Последующие дни Андрей ограничивался очень короткими беседами с осаждавшими его корреспондентами. Но 15 или 16 января дал большое, обстоятельное телевизионное интервью на Эй-Би-Си, которое было опубликовано в «Лос-Анджелес таймс» и показано по ТВ в США и Европе».                

Разумеется, было бы, по меньшей мере, странно, если б в то время первые государственные лица отнеслись лояльно к человеку, открыто критикующему политику правительства.

Выписка из протокола с заседания политбюро ЦК КПСС 3 января 1980 года:                                   

Брежнев:  Относительно Сахарова. Он ведет большую вредную для нашего государства работу.                                                                                                                      Андропов: Нужно лишить его звания Героя Соцтруда и лауреата Ленинской и Государственной премий.                                                                                                    Громыко:  Вопрос о Сахарове перестал быть только внутренним вопросом.       Андропов:  Нам нужно поселить его вне Москвы. Мы предлагаем Горьковскую область.                                                                                                           Все:  Решение принимается.

После принятия этого решения в газете «Известия» было опубликовано согласованное с Комитетом госбезопасности сообщение о высылке академика Сахарова из Москвы.

Из воспоминаний Елены Боннер: «Вечером 21-го… раздался телефонный звонок. Звонил Владимов. Он сказал, что ему только что сообщили, что на самом высшем уровне принято решение завтра арестовать Андрея, и он советует ему немедленно исчезнуть из дома. Я спросила (Андрея Дмитриевича): - Что будем делать? Он ответил: -  Ложиться спать».

На следующий день Сахарова в буквальном смысле насильно доставили в кабинет первого заместителя Генерального прокурора СССР А. Рекункова, который зачитал ему постановление Президиума Верховного Совета: «Лишить Сахарова А.Д. звания Героя Соцтруда, всех орденов и медалей, званий лауреата Ленинской и Государственной премий. Сахарову А.Д. предлагается вернуть полученные им правительственные ордена и медали и документы, подтверждающие их получение».

Из дневника Андрея Сахарова: «Рекунков зачитал решение о высылке меня в место, где будут исключены «преступные контакты с иностранцами». Отложив бумагу, сказал: «Этим местом выбран город Горький. Вашей жене разрешено сопровождать вас». Я подписался и приписал: «Ордена, медали и удостоверяющие их получение документы вернуть отказываюсь. Считаю, что мои заслуги в прошлом не аннулированы и хотя теперь эти награды и документы не имеют юридической силы, я хочу оставить их у себя...»

«…Сели в микроавтобус с занавешенными окнами, меня посадили на заднее сиденье, двое гебистов сели по бокам. Впереди шла милицейская машина с маячком. Скоро стало ясно, что мы едем в Домодедово. В самолете Ту-134 кроме нас летело еще человек 10 гебистов. ...Мы сидели рядом с Люсей (Еленой Боннер) и были счастливы, что мы вместе. При посадке в Горьком вышла заминка - не сразу вышло посадочное колесо, и мы сделали пару кругов над Горьким на низкой высоте. Они испугались!»

В Горьком академик Сахаров действительно оказался в атмосфере режима, «исключающего связи с иностранными и антиобщественными элементами». Но Андрей Дмитриевич держал связь с правозащитниками и со всем миром через свою жену. В начале мая 1983 года она отвезла в Москву последние главы «Воспоминаний» Сахарова и его статью «Опасность термоядерной войны». Но в 1984-ом Елену Георгиевну саму задержали в Горьковском аэропорту с «антисоветскими» письмами Сахарова, и суд приговорил Боннэр к пяти годам ссылки здесь же, в Горьком, в той же прослушиваемой и просматриваемой спецслужбами квартире, где они жили с Сахаровым. Начался период почти полной изоляции от внешнего мира.

Горьковская ссылка Сахарова продолжалась 6 лет и 11 месяцев. Сахаров вернулся в Москву в конце 1986 года. После его освобождения на заседании Политбюро было заявлено, что Сахаров «никогда не разглашал государственных секретов».

Жаль, что сегодня в музей не водят группы школьников и студентов. Его посещение было бы лучшим уроком истории, посвященным недавнему прошлому нашей страны.

Совсем недавно российские правозащитники отметили 92 года со дня рождения Андрея Сахарова. О том, сколько достоинства и твердости было в этом молчаливом и с виду совершенно не воинственном человеке, можно понять лишь из одной его фразы, которая была сказана во всеуслышание по возвращении из ссылки: «Я горжусь этой ссылкой в Горький, как наградой».