Сравнение не натянуто. Прилепин не кабинетный писатель. Он как военный корреспондент прошел Чечню и написал нашумевший роман «Патология». И во фронтовом (а не в прифронтовом, как многие публицисты) Донбассе бывал бессчетное количество раз. «После 15-ой командировки в Донбасс перестал их считать», - говорит Захар.

Пресс-конференция в президентском зале международного информационного агентства «Россия сегодня» задумывалась, как известный «бенефис» Прилепина – прозаика, по делу обласканного всеми самыми престижными премиями России («Большая книга»,«Национальный бестселлер», «СуперНацБест», «Ясная Поляна»…), журналиста, участника популярных политических теледебатов, но превратилась в предельно доверительный мужской разговор автора книги и ее главного героя – главы самопровозглашенной Донецкой Народной Республики Александра Захарченко. Это была необычная презентация. Автор книги и ее главный герой сидели рядом и общались с читателями и журналистами. Мужики говорили «за жизнь», а книга служила лишь поводом для серьезного разговора.

Кто-то из журналистов попытался пошутить: «Надо было назвать книгу «Захар о Захаре», но Прилепин деликатно пресек остряка: «Я сам даю названия своим книгам…», подчеркивая, что не место и не повод фамильярничать с главой ДНР. Захаром Александра Владимировича Захарченко называют только самые близкие люди. А еще – Батя. Или – Глава.

На людях Прилепин и Захарченко обращаются друг к другу на «вы», но в жизни, конечно, на «ты». Только на «ты». По жизни они стали друзьями – война цементирует отношения на веки.

Наверное Прилепин лукавит (впрочем, несознательно), когда говорит, что не собирался писать книгу о Донбассе, о ДНР, а просто, как журналист, как военкор ездил по востоку Украины и «подслушивал» разговоры горожан, таксистов, продавцов, мужиков на блокпостах, раненных в больницах, пленных – с той и с другой стороны… Впечатления дня записывал в тетрадь. Писатель не перестает быть писателем даже во сне.

Прилепин скитался по Донбассу с лета 2014-го года. Даже в административном аппарате ДНР поработал. Отслеживая новости, понял, что далеко не вся информация попадает в российский и уж тем более в украинский эфир. И тогда в нем «взорвался» писатель: «Не могу молчать!».

«Складывается новая государственность. Она живая. Она еще не зацементированная. Она складывается на глазах. Какие-то важные вещи уходят, и через пару лет о них не будут вспоминать. Поэтому я решил не откладывать дело в долгий ящик и засесть за книгу. – Говорит Прилепин, чуть волнуясь, чуть заикаясь от стремления успеть сказать все, что наболело. - Решил рассказать об этом сегодня и сейчас».

Писатель взял отпуск (что, конечно, очень условно) и засел за письменный стол. Через месяц книга была готова. Еще через месяц появилась на прилавках книжных магазинов тиражом в 12000 (!) экземпляров. И, как утверждают в АСТ, была тут же сметена с прилавков. Будет дополнительный тираж.

Что лично для себя нового вынес из книги (точнее из рукописи) ее главный герой Александр Захарченко? Ни много, ни мало – абсолютно новое ощущение жизни, реальности, войны, земляков… И самого себя.

«Когда за ночь я прочел рукопись, то утром был уже другим человеком. – Говорит Александр Владимирович. – Посмотрел на свою жизнь со стороны. У нас с Захаром не было специальных интервью для книги. Мы просто вместе жили, воевали, общались с людьми… Мы вращаемся в своем мире, у нас свои реалии. Времени для осмысления происходящего часто не хватает. Территория Донбасса велика, одно перемещение занимает много времени. А книга Захара открыла вещи, которые заставили и на себя посмотреть иначе. Замыкаясь в себе, мы не видим много важного. А эта книга обеспечила прорыв».

Захарченко – человек военный. Он привык к четкой армейской терминологии. Многие враги посчитают за счастье его уничтожить. Попыток было немало. Из нескольких таких ловушек глава ДНР и писатель Прилепин выбирались вместе.

Сам писатель рос вместе с книгой. Менялись его представления о людях востока Украины. Какие-то ценности переоценивались. Какие-то впечатления уточнялись. А что-то и вовсе стало откровением. Впрочем, как и для нас, журналистов. Например?

Например, развеялся миф о том, что революцию на Майдане делали люди, так называемого среднего класса. Люди обеспеченные. В основном, продвинутая интеллигенция, ориентированная на Запад. А вот революцию на Донбассе, мол, замутили «ватники», «люди второго сорта», городской охлос, позавидовавший успешности киевлян. Признаться, и меня посещало похожее трусливое предположение.

«Вблизи все оказалось совершенно не так! – Горячо утверждает Прилепин. - Это тот же средний класс Донбасса, что вписано в их человеческую характеристику, только с обостренным чувством патриотизма. Они были зачастую даже более успешны столичных, хоть я и ненавижу это слово «успешны». Очень многие из них потеряли деньги, бизнес, рисковали жизнью… Для меня это были открытия культурологического, человеческого толка. Я эти открытия каждый день для себя совершал и понял, что уже не могу молчать».

Итак, первое открытие писателя Прилепина – социал-дарвинисткий подход к событиям на востоке Украины, которым козыряют многие политологи, не проходит. Не проходит в принципе.

«На Донбассе замечательная интеллигенция, которая и воевать умеет, и в обычной жизни чувствует себя отлично. Если хотите, успешно, хотя я (повторюсь) терпеть не могу это слово».

Серия личных открытий заставила Прилепина сесть и написать правду о войне в Донбассе. Свою выстраданную правду.

К слову, об интеллигенции Донбасса. Когда шла война (собственно, обстрелы территории ДНР не прекращаются до сих пор), в самый ее разгар, в Донецке не переставал работать, давать спектакли местный театр. Воинское подразделение взяло более двухсот актеров и обслуживающего персонала театра на довольствие. Из двух банок тушенки, выделенных ополченцу, одна отдавалась театру.

«Под обстрелом известный певец чинил линию электропередач, - сурово уточнил Захарченко. – Культура пошла в народ в самом прямом смысле слова».

Донбасс (Донецк, в частности) – даже не прифронтовая, а самая что ни на есть фронтовая зона. Зона немалого риска. В представлении обывателя Донецк должен быть завален руинами, утопать в помоях, тучи мух пируют на трупах собак и кошек, попавших под шальные пули или рассвирипевшие колеса тяжелых машин…

«Вы видели, какой у нас город? – С известным вызовом и гордостью спросил у нас глава ДНР. – Фантик от конфеты каждый постесняется выбросить! Чистота, какой и до войны не бывало. Нет мусора. Нет грязи. Остановку разбомбили - тут же приезжает бригада и вставляет стекла. Дворник заметает осколки. Это принципиально важно для горожан».

А вот судьбоносная фраза, которую в пылу полемики высказал герой Донбасса Александр Захарченко. Она дорого стоит. «Чтобы раз и навсегда закрыть вопрос о том, есть ли на Донбассе российские войска, отвечу – нет, и не было! Если бы были, мы бы сейчас не здесь, а в Киеве сидели. – Захарченко сделал паузу. Оглядел зал и твердо добавил. – За нами не российская армия. За нами вся Россия!».

Показалось, многие хотели зааплодировать после этого признания главы ДНР, но посчитали овации неуместными.

Еще одно человеческое и писательское открытие Захара Прилепина. Войну на Донбассе со стороны ополченцев считают войной 35-40-летних. Да, наверное, мужикам среднего возраста воевать сподручнее – и навык есть, и здоровья хватает, а безголовая лихость молодости, к счастью, уже выдохлась. Но это половина, если не четверть правды. Воюют и «старики». Солдаты и офицеры, прошедшие школу советской армии.

«Впервые я был на обмене пленными в начале сентября 2014 года. – Рассказывает Прилепин. - Привезли автобус украинских пленных и автобус пленных ополченцев. Так вот, их пленные – крепкие поджарые молодые парни лет 20-25-ти, военные, а ДНРовцы сплошь все седые пожилые мужики. 27-ми из 30-ти из них было точно от 50-ти до 70-ти лет. Это все было зримо. Это были советские старики. Мы их доводили до границы, я с ними беседовал».

Хорошо известен случай, когда водитель обычной газели вывозил раненных из-под обстрела, получил три пулевых ранения, но довез горожан до больницы. И скончался. Ему было 74 года. Дед умер за рулем.

«Это та часть поколения нашей страны, для которой слова честь и Родина не пустой звук», - резюмировал Захарченко. – Мы были правильно воспитаны. Причем не государством, а семьей. А вот предыдущее поколение мы, к сожалению, упустили».

В Донбассе разрушено 73 храма. По многим из них били прямой наводкой.

«На Донбассе купола церквей – темные. Гораздо темнее, чем в большой России, здесь.

Темное золото, будто бы замешенное с углем. Едешь на машине по Донецкой народной республике – и видишь: то здесь, то там вспыхивает темный купол.

Очень много разрушенных православных храмов. Наверное, надо пояснить, что стреляют по ним с той стороны – артиллерия, минометы или танки Вооруженных сил Украины (ВСУ).

Порой храм стоит на открытом пространстве, его видно издалека, как единственный головастый цветок на поле.

- Это не случайное попадание, - говорит мне мой спутник. – Часто осмысленно били именно в храм», - пишет в своей книге Захар Прилепин.

«Один монастырь два раза брали в рукопашную. Когда люди пришли и увидели, что враги сделали с алтарем, тут даже неверующие начинают верить», - сурово уточнил глава ДНР.

Захарченко модно сравнивать с Че Геварой. Его так и называют – «Че Гевара Новороссии». Красиво, но насколько точно? Мол, Донбасс – это Куба тех пламенных лет.

Захар Прилепин оценил сравнение, но внес принципиальное уточнение. «Это на Кубе должны сегодня говорить, что огненный дух у нас, как на Донбассе. Хотя с точки зрения культурной, литературной, исторической, конечно, прямая ассоциация есть. Повторяю, что самое главное происходит сегодня именно на Донбассе».

«Меня поразил не только удивительный стоицизм жителей Донецка, но и демократизм атмосферы в целом. – Не устает удивляться Захар Прилепин. - Здесь не страшно сказать за столом, что ты, например, за единую и неделимую Украину. Никто тебе за это голову не оторвет. И блоггеры открыто могут критиковать руководство ДНР. Попробуй сказать что-нибудь против Порошенко в Киеве!».

Злые языки прочат Донбассу будущее… Приднестровья. Мол, это будет квазигосударство, которое так никто и не признает. Что по этому поводу думает глава ДНР? И будет ли перелом? А если будет, то в какую сторону?

«Перелом будет. И в ту сторону, в какую Киев заслужил. – Отрубил Захарченко. – У каждого остались от войны и личные ощущения, когда убивали беременных женщин, отрезали головы детям, расстреливали церкви…

Менталитет донбассца в корне отличается от киевского. На каждые десять тысяч тонн угля приходится одна шахтерская жизнь. Если мы ставим цели, то мы, либо побеждаем, либо умираем. Мы победим! И духовно, и физически».

А сравнение Донбасса с Приднестровьем хромает на обе ноги. Приднестровье – замкнутое пространство. У него нет границ с Россией, а Донбасс имеет с Россией внушительную границу. Это, во-первых. Во-вторых, в Донбассе огромный промышленный потенциал. Донбасс до сих пор обогреваем углем Киев. Без Донбасса Киев зимой замерзнет.

«Мы воюем не против народа, а против маленькой кучки, которая незаконным путем захватила в 14-м году власть, и теперь дурит всем головы. – Сказал глава ДНР. - А будущее наше будет светлым. Оно будет достойным того труда, который каждый из нас вложит в результат. И будущее наше будет вместе с российским народом».

Любопытная цифра. По сравнению с мирным 2013-м годом на территории Донбасса, которую контролируют ополченцы, угля добыли на 100000 тонн больше, чем в 2016-м. О чем это говорит? О силе воли, характера, духа шахтеров и жителей Донбасса. Об их оптимизме и вере в свое будущее. В будущее Новороссии.