​Татьяна ГУЛЯЕВСКАЯ, учитель информатики средней школы №212 Новосибирска:

- Про единый государственный экзамен рассуждают и спорят не один год. Полагаю, что к единому мнению общество вряд ли придет. Сама я познакомилась с этим видом итогового оценивания в 2004 году, когда область вошла в экспериментальную апробацию. Через десяток лет можно уже подвести мой личный итог общения с ЕГЭ. Система образования получила инструмент для единой оценки итоговых знаний учащихся, что является неплохим результатом. Качество КИМов возросло, прозрачность процедуры отладили. Федеральный центр имеет возможность оценивать и сравнивать результаты по единым параметрам. Одним из плюсов экзамена является независимость этой процедуры: учителя школы, где учится ученик не влияют на ход и результат экзамена. Наверное, это один из самых больших плюсов этой системы. Глядя на современное отношение к школе, можно полагать, что при прежней системе экзаменов учителя зачастую оставались бы виноватыми во всех результатах школьников, особенно в отрицательных.

Один из постоянных спорных вопросов, связанных с ЕГЭ – это подготовка к нему. Уже много лет специалисты всех уровней доказывают нам, что не нужно к экзамену готовиться, нужно просто учить детей. Вот я и учу один раз в неделю в 10 – 11 классе, правда, некоторые мои коллеги учат по восемь – десять часов в неделю. Но мы же просто учим, а не готовим, да? Так какая разница, сколько часов? Вот и участие учителей в процедуре проведения экзамена по сути не является обязательным, но так это по сути… Видимо, нельзя создать сеть независимых центров аттестации и не привлекать к этому процессу учителей. Нельзя давать учителям и возможность выбирать, участвовать в этом или нет. Вдруг откажутся. Скажу честно, если бы мне дали выбор, не раздумывая, отказалась бы. Возможно, кто-то из моих коллег согласится с удовольствием, возможно, кто-то без удовольствия, но за прибавку к зарплате. А так у нас у всех есть стабильная система, о который мы с удовольствием до сих пор спорим.

Светлана ЯРОСЛАВЦЕВА, директор Русской классической гимназии №2 Томска:

- Помню начало эксперимента - в 2001 году в школе, где я была директором, впервые был проведен ЕГЭ по математике. Какой была радость, что моя маленькая школа оказалась второй в городском рейтинге! Это был первый рейтинг, составленный по результатам внешней оценки качества освоения предмета. Это потом мы поняли, что тотальные рейтинги по результатам ЕГЭ не всегда объективно отражают ситуацию с качеством образования в школе - слишком разные условия у образовательных учреждений.

Но в 2001 году это был прорыв, несмотря на несовершенство контрольно-измерительных материалов, сбои компьютерной техники и множество технических ошибок.

Прошло 16 лет. Я вижу, как все эти годы совершенствовалось всё: и КИМы, и технологические схемы, и система безопасности. Каждый мой учительский год начинается со знакомства с новой демоверсией экзамена по русскому языку и литературе. ЕГЭ уже не угадайка, требует системных знаний по предмету. Но… По закону подготовка к ЕГЭ ведется на уроке. Русский и математику сдают все. А литературу, историю - трое - пятеро. На уроке учитель честно проходит программу. Но освоение стандарта по предмету и подготовка к ЕГЭ на 80-100 баллов – вещи разные! По литературе ЕГЭ – это создание аналитических текстов литературоведческого характера (это если ученик ориентируется более чем на 80 баллов), а с остальными ребятами на уроках мы знакомимся с творчеством писателей с доминантой на духовно-нравственный анализ. Так чем мне заниматься на литературе? Готовить к ЕГЭ или к жизни? Вот здесь к услугам выпускников целая армия репетиторов – практически отдельная отрасль. Я-то понимаю: задача средней школы вовсе не научить всех по всем предметам на сто баллов. Но как убедить в этом родителей? Ведь 90 процентов из них не рассматривают иного варианта для своих чад, кроме высшего образования.

Постепенно ЕГЭ решает и одну из важных проблем: возможность поступления способных выпускников в столичные вузы. Наш Гоша Донченко, получивший 280 баллов, учится на бюджете в МГУ и живет в общежитии неподалеку от университета. Таких выпускников гимназии десятки и в Москве, и в Питере.

ЕГЭ – это всего лишь способ внешней оценки качества образования. Технология, не более. И, на мой взгляд, содержание школьного образования слабо связано со способом его проверки. Как учитель, я должна просто честно и качественно научить ребят своему предмету, познакомив их с форматом экзамена. А участвовать в бесконечной гонке за максимальными баллами и нести ответственность за чьи-то амбиции - это слишком тяжкий крест.

Андрей ПАРХОМЕНКО, учитель музыки средней школы №5 города Муравленко, Ямало-Ненецкий автономный округ, лауреат Всероссийского конкурса «Учитель года» - 2015:

- Изначально к ЕГЭ относился резко, и он того стоил. Сегодня ЕГЭ движется в сторону нормального экзамена по типу экзаменов в советской школе. Стоило ли несколько поколений выпускников делать «подопытными кроликами», чтобы убедиться в необходимости устных и письменных ответов? Думаю, что нет. Моя дочь неплохо сдала ЕГЭ, но поступала в творческий вуз, и, в конце концов, ей это только помешало, так как она составила конкуренцию абитуриентам мужского пола с более низкими баллами по ЕГЭ, но более необходимых на режиссерском курсе для реализации курсовых показов.

Сегодня, думаю, главное в ЕГЭ - это возможность отследить реальные результаты образовательной деятельности каждого учащегося, но, с другой стороны, ЕГЭ - это «костыль», так как объективная оценка знаний, умений и навыков (это по «старорежимному») ребенка в повседневной жизни школы фактически уничтожена. Необходимо продолжить усовершенствование ЕГЭ наряду с возвращением права учителя ставить неудовлетворительные оценки без «стопки» сопроводительных документов. Кстати, ЕГЭ дает возможность выпускникам поступить в столичные вузы. А как быть с региональными высшими учебными заведениями? Закрывать? Но, именно они могут готовить кадры с учетом местной специфики и потребности в специалистах определенного профиля. Другое дело, что модернизация, о которой так много говорили, так и не началась, а значит, и потребности в специалистах особой нет. Таким образом, возможность поступить в столичный вуз является лишь весьма призрачным шансом «зацепиться» в Москве или Питере... То есть, вопрос о целесообразности ЕГЭ остается для меня открытым.

Вера ТРУХАЧЕВА, учитель биологии школы №98 Воронежа:

– Я никогда не испытывала отрицательного отношения к ЕГЭ, была некоторая настороженность, потому что к его введению необходимо подготовить детей. Это и психологическая подготовка в школе и семье, и хорошее знание предмета. А самим ребятам нравится поступать по результатам ЕГЭ, им это удобно, потому что достаточно отправить документы в интересующие вузы и ждать результата. Мои выпускники таким образом поступали в медицинские вузы Санкт-Петербурга и Москвы. Единственная просьба к разработчикам ЕГЭ – не усложнять год от года задания КИМов, а хоть немного приблизить их к школьному уровню. К сожалению, получается так что, если ребенок хорошо знает биологию среднего уровня общеобразовательной школы, этого недостаточно, чтобы хорошо сдать ЕГЭ. Чтобы получить высокие баллы, нужны репетиторы и углубленный уровень, мне кажется, это несправедливо по отношению к обычным нашим умным и старательным детям.

Ольга ИЛЛАРИОНОВА, директор Татановской школы, село Татаново, Тамбовская область:

– Мое отношение к ЕГЭ действительно изменилось. Если сначала было непонимание того, что хорошего принесет новая форма сдачи экзаменов детям, то теперь сомнения отпали. Сейчас единый госэкзамен проходит в штатном режиме, стали видны все плюсы. Сама процедура проведения и КИМы год от года улучшаются, а детям стало намного удобнее: достаточно один раз сдать экзамены и отправить результаты в вуз, а потом, после успешного поступления, можно проводить летние месяцы в свое удовольствие, а не сидеть все лето за книгами и не переживать.

Педагоги выработали технологию подготовки к ЕГЭ, и это не натаскивание, а углубленное изучение, именно подготовка, потому что экзамены становятся более глубокими, серьезными, например, появилась устная часть в ЕГЭ по иностранному языку, и тут уже надо думать, уметь говорить. Считаю, что отменять ЕГЭ не следует, надо лишь корректировать подходы и улучшать форму там, где это требуется.

Светлана ЧУХЛЕБОВА, учитель английского языка, Санкт-Петербург:

- По поводу ЕГЭ по английскому языку: экзамен не отражает реального положения вещей, то есть умеет ли ученик общаться, доносить свое мнение до собеседника на английском языке, понимает ли смысл иноязычной речи, делает ли правильные выводы из написанного, услышанного, увиденного. В моей практике были случаи, когда ученики, прожив в Англии несколько лет, свободно общаясь на английском языке, слабенько сдавали ЕГЭ. К тому же, экзамен, по-моему, слишком долго длится. Если вспомнить советские времена, достаточно было одного часа на человека, чтобы выяснить, достаточно ли он грамотен, умеет ли общаться, слышать иноязычную речь, адекватно реагировать, читать. По-моему, ЕГЭ по английскому языку очень растянут по времени, и нет необходимости в таком количестве заданий.

Сергей КОРНИЛОВ, ведущий эксперт Предметной комиссии по обществознанию и старший эксперт Предметной комиссии по истории Государственной экзаменационной комиссии Санкт-Петербурга, учитель истории, заведующий Центом информатизации образования школы № 318 Фрунзенского района Санкт-Петербурга:

- В течение всего существования экзамена мне удалось участвовать как в проведении, так и в проверке экзаменов. На протяжении почти 10 лет произошли значительные изменения, как в процедуре проведения, так и в содержании ЕГЭ. Все это время споры о ЕГЭ ведутся постоянно и на всех уровнях. Очень часто критики ЕГЭ говорят об экзамене, как некой «угадайке». Это отчасти было справедливо по отношению к первоначальному варианту ЕГЭ. После значительных изменений в структуре экзамена, задания, где просто можно угадать правильный ответ, практически исчезли. Для того чтобы успешно сдать экзамен, например, по истории или обществознанию, надо глубоко знать предмет, уметь связно излагать свои мысли и аргументировать свое мнение. Для написания сочинения по обществознанию надо знать, кроме обществоведческих дисциплин, и историю, и литературу, желательно хорошо ориентироваться в общественно-политической, правовой и многих других сферах современной жизни. Простой зубрежки не хватит для успешной сдачи экзамена, это бытующее в обществе мнение давно стало мифом. Очень важно, что есть возможность сдать экзамен по месту жительства, а учиться в любом высшем учебном заведении России, это делает этот вид контроля привлекательным. Разумеется, не стоит забывать и о существовавшей коррупции при сдаче вступительных экзаменов в вузы. Не секрет, что зачастую поступали по звонкам или за деньги. ЕГЭ позволяет избежать таких проявлений при поступлении. Теперь юноши и девушки могут, сдав один раз ряд экзаменов, пробовать поступать в несколько университетов сразу, им не надо больше участвовать в экзаменах в каждом вузе отдельно. Это, несомненно, снижает нагрузку на выпускников, ведь раньше они сдавали 5, а то и больше, экзаменов в школе, и по 3-4 экзамена в каждое выбранное учебное заведение. Минимум 8 экзаменов только чтобы окончить школу и поступить только в один вуз. Нагрузка на молодых людей была значительно больше чем сейчас.

В настоящее время появляется информация о введении дополнительных обязательных экзаменов для выпускников, вот эта идея представляется лишней. Уже сейчас основной этап начинается в мае и завершается в начале июля, любой новый обязательный экзамен еще больше растянет эту процедуру, а подготовка к обязательному экзамену отвлечет выпускников от подготовки к нужным им экзаменам. На данном этапе введение новых обязательных экзаменов, на мой взгляд, нецелесообразно.

В целом, введение ЕГЭ имеет больше полюсов. ЕГЭ расширяет возможности получения высшего образования и делает поступление прозрачным. И конечно, есть много возможностей для его совершенствования и развития. Это надо продолжать делать. ЕГЭ не идеал, но это лучший из возможных вариантов в настоящее время.

Мария Н., учитель русского языка и литературы, Великий Новгород:

- Мое мнение было негативным, и таковым оно и осталось. Основные претензии - - к части С. Определить мысль, заложенную в предложенном отрывке, часто весьма проблематично. Порой дети предлагают варианты трактовки основной мысли, которые действительно подходят, но формулировка составителей ЕГЭ вариациям не подлежит.

Литературное произведение – очень тонкая материя. Это не деловой текст, в котором четко заложена та или иная мысль. Поэтому я уверена, что требование выделить мысль в отрывке в части С ЕГЭ по русскому языку и сама форма такого задания препятствует правильному пониманию детьми сути литературных произведений. Учитель вынужден целый год или даже несколько лет натаскивать учеников на правильное выполнение данного задания. За этот период дети, к сожалению, начинают негативно относиться к написанию любого вида сочинений.

Лидия К., учитель английского языка, Новгородская область:

- ЕГЭ по английскому языку труден настолько, что сдать его (заметьте - я не говорю «сдать на хорошо или отлично» -- просто преодолеть необходимый барьер) могут только дети, занимающиеся с репетитором, причем эти же дети должны обладать способностями выше среднего. Сверхсложная и сама программа по английскому языку. Это предмет, обучение которому в сельской школе является профанацией. Мы вынуждены учить не по программе, а учить тому, что дети способны понять.

По отзывам коллег знаю, что для сдачи ЕГЭ сложнейшими для детей являются также экзамены по истории и литературе. Это связано с тем, что требуется знание большого количества дат и событий. Оправданы ли такие требования? Я считаю, что нет. Подобные данные можно найти в справочниках. Запоминать их вовсе не нужно. От детей мы должны получить на выходе из школы другое – умение сопоставлять, делать выводы, ориентироваться в основных понятиях, анализировать события и явления.

Надежда КНЯЗЕВА, учитель начальных классов школы №137 Красноярска, «Учитель года-2013» Красноярского края:

- В нашей стране очень сложно получить объективную оценку своих знаний. Все ученики хотят казаться умнее, а учителя хотят, чтобы их ученики казались умнее. Лазеек для этого на любом этапе итоговой аттестации (в 4, 9, 11-м классах) предостаточно, несмотря на ужесточающиеся меры организаторов. Это же Россия!

ЕГЭ от учителей начальных классов далеко и… близко. Подготовка к нему начинается рано. Всероссийские проверочные работы – тот же ЕГЭ, только для малышей. Недавно вели разговор с учителями начальных классов из разных регионов, переживших ВПР. Опять пытались помочь детям! А зачем? Во-первых, жалко детей, во-вторых, администрация по головке не погладит за низкие результаты, сколько бы ни убеждал ее, администрацию, руководитель Центра мониторинга качества образования НИУ ВШЭ Виктор Болотов, что суть здесь в простом выяснении «средней температуры по больнице». Весь четвертый год обучения превращается в подготовку к ВПР: тесты, архивные задания прошлых лет, натаскивание в чистом виде. Дети ждут, родители ждут, учитель отмечает крестиками оставшиеся дни в календаре. Событие года – ВПР!

Возможно, для некоторых детей такой рубеж – тот самый «волшебный пендель», которого не хватало в предыдущие годы, высшей степени мотивация. Почти как в одиннадцатом классе. Для родителей – повод нанять репетитора для подготовки к ВПР. Для учителя – причина отвлечься от творчества и посвятить время отработке навыков.

Справедливости ради надо сказать, что нынешние задания по математике, русскому языку и окружающему миру составлены в форме реальных жизненных задач. Это в духе международных исследований PISA. Например, решение задачи состоит в том, 
чтобы посчитать сдачу после покупки продуктов или посещения кафе, вычислить длину маршрута от дома до школы, разобраться в спортивной таблице. Да и оценки рекомендуется выставлять очень по-доброму: за 13 из максимальных 18 баллов можно получить пятерку. Вроде бы учителя начальных классов стали спокойнее относиться к этому испытанию. Если бы не слухи: а вдруг диктант будет диктовать чужой голос из аудиоустройства?

Фото автора из архива "УГ"