В последнее время  все зависит от того, как посмотреть на ту или иную ситуацию.  Пять месяцев назад, когда Кудоярова арестовали, все СМИ обозвали его чуть ли не главным коррупционером столицы. Никого не смутило, что еще не завершено расследование, не состоялся суд. Неделю назад, когда Андрей Владиславович умер в СИЗО от обширного инфаркта, те же самые СМИ уже написали прямо противоположное - дескать, невиновного человека арестовали, посадили в тюрьму как злостного преступника, хотя преступление-то было незначительное. И тут тебе уже правозащитники активизировали свои действия, и Общественная палата РФ встревожилась, и  уголовное дело по факту смерти (ч. 2 ст. 109 УК РФ  -  причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей)  завел Следственный комитет, и уже  обнаружились виноватые следователи, судьи, даже  Президенту  РФ грозят сообщить о беспределе при рассмотрении дела. Словом, скачут десять тысяч курьеров, и каждый с вестью о том, как плохо поступили с  заслуженным человеком.

Пять месяцев народ,  интересующийся исключительно жареными фактами, порадовался, что  коррупции положен конец, что наша доблестная полиция ведет бескомпромиссную борьбу  за бесплатное государственное образование,  ведь стражи порядка задержали человека, которому  за содеянное грозит  тюремный срок в 12 лет (ч. 3 ст. 30 и ч. 5 ст. 290  - покушение на получение взятки).   Зазвучали  пугающие цифры - 72 миллиона рублей  прошло через благотворительный фонд «Друзья школы №1308»,  600 тысяч рублей обнаружено в сейфе директора, 890 тысяч - на  банковской карточке его жены-учительницы, обнародованы жуткие факты - оказывается, семья директора собирается строить коттедж в ближайшем Подмосковье. Ну просто леденящие душу народа  факты, причем интересно,  что никого не волнуют особняки и яхты, купленные  новоявленными олигархами  на неизвестно откуда взявшиеся миллиарды долларов. А вот то, что директор школы, оказывается, может купить  дом в пригороде, переполошило всех.

Есть стереотип: педагог должен быть бедным энтузиастом, не претендующим ни на какие блага в жизни. Тезис, что и говорить, спорный, потому что ежели он живет в мегаполисе, получает хорошую зарплату, то может себе и кое-что позволить. Но тут, конечно, важно не то, какую зарплату получает директор школы, а какими деньгами он располагает и пользуется на благо своей семьи, занимая должность. Я не идеалистка и вовсе не считаю, что все работники сферы образования сплошь бескорыстны: как и в любой другой сфере, тут люди разные, и представления о нравственности у каждого человека свои. Но меня совершенно не устраивает то, что одной черной краской мажут сразу всех без разбора, на основе одного факта делают  обобщения, не лучшим образом влияющие на положение учителя в обществе. Ведь разговора о том, что родителям не нужно помогать школе материально, нет. Все сводится  лишь к тому, как они помогают - добровольно или по принуждению, причем принуждение, как правило, никогда доказать не удается, и торжествуют домыслы. Конечно,  проще объявить взяточником обычного педагога,  собирающего рубли на благоустройство школы, нежели разбираться с делами тех, кто приобрел на далеко не зарплатные деньги коттеджи, яхты, получил доступ к недрам и  знай себе качает из них миллиарды на радость ближним.

Обвиняя педагога,  правоохранительные органы успешно отчитываются о борьбе с коррупцией. Вышестоящие  начальники ведь не будут разбирать, каких коррупционеров постигла кара, им важна статистика (сколько!), а со статистикой борьбы все хорошо, не случайно борцы с ней быстро делают  карьеру.  Андрея Кудоярова априори сочли опасным преступником. Это сегодня всех вдруг взволновало то, что человека посадили на полгода,   а у него, оказывается (причем как-то вдруг и только сегодня), хроническая гипертония и больное сердце. А еще недавно  на справки врачей, которые приносили  адвокаты Андрея Владиславовича,  никак не реагировали  судьи Никулинского районного суда Петр Мальцев и Алексей Бобков,   председатели судебной коллегии по уголовным делам кассационной инстанции Мосгорсуда Марина Комарова, Галина Хотунцева и  Лариса Мартынова.  Они считали, что такой «опасный» преступник должен сидеть в тюрьме.

Преступник в самом деле должен сидеть в тюрьме, но в какой мере директор  школы был тем самым преступником, которого  разумно держать в тюрьме до суда в течение  почти полугода? Зачем его там держать? Вполне вероятно,  раз Кудояров не признал себя виновным, ему «помогали» заключением в СИЗО  это признать, начать «сотрудничать со следствием», хотя непонятно, что в результате этого сотрудничества должно было выясниться еще. Деньги в фонд директор собирал не сам лично.  Папа одного из выпускников рассказывает: «По нашей родительской инициативе был создан фонд «Друзья школы  №1308». В этот фонд по мере возможности каждый мог отправить средства безналичным перечислением. Всеми поступающими взносами управлял попечительский совет  фонда, куда имели право входить исключительно родители детей. Фонд  регулярно отчитывался в письменном виде  о потраченных средствах перед общим родительским собранием школы. Администрация во главе с директором составляла нам заявку на необходимые траты в интересах школы, все выплаты совершались только в безналичном виде  с уплатой в бюджет всех необходимых налогов.  Такая совместная работа очень скоро дала свои результаты. Школа преобразилась, появились современное компьютерное оборудование, специализированные классы, зимний сад с комнатой релаксации и даже свой автотранспорт. Родители видели, что все идет исключительно во благо их же детей».

Из этого следует логичный вывод: деньги собирали не для того, чтобы набить карман директора, а чтобы потратить их на благо школы. Школа действительно стала одной из лучших в Москве,  родители говорят: «С ростом популярности школы и соответственно объема пожертвований вышестоящее школьное начальство  стало прозрачно  намекать на то, чтобы средства также шли и в другие места, не только на нужды нашего учебного заведения. Причем желательно в наличной форме, и тогда у  нас «не будет проблем».  Попечительский совет, естественно,  отказал «доброхотам», официально сославшись на устав фонда, который прямо запрещал иное использование собранных денег, кроме как на школу №1308.  Начались нескончаемые проверки. Мы отчитались за каждую копейку родительских денег». Может быть, все дело в том, что директор не откупился?

Возникновение дел, подобных делу Кудоярова, нынче происходит  чрезвычайно просто: правоохранительные органы находят каких-то родителей, замешанных в неблаговидных поступках, именно они и становятся провокаторами - приходят к директорам и подбрасывают деньги. Когда нет родителей, появляются люди со стороны, готовые стать провокаторами. Судя по всему, разработана четкая схема, когда правоохранители снабжают провокаторов мечеными деньгами и видеокамерами, а  те в большинстве случаев буквально  навязывают эти деньги директорам, снимая все происходящее на пленку. После этого   полицейские тут как тут:  обвиняют, монтируют записи так, как нужно для доказательства вины,  заставляют признаваться в  несуществующих пороках. Районные суды выносят обвинительные приговоры даже  тогда, когда  есть нестыковки или  не хватает убедительных доказательств вины директоров.

Провокатором  в случае с Кудояровым  целенаправленно выступил родитель -  солидный представитель какой-то строительной фирмы, заснявший процесс на пленку. Запись выставили в Интернете как доказательство вины директора, но там нет  слов Кудоярова с предложением заплатить за прием ребенка, нет и момента, когда он эти деньги берет в руки. Об этом постоянно говорит провокатор, а  Андрей Владиславович отсылает   этого человека к охраннику и завхозу: дескать, если ты жертвуешь деньги на помощь школе, то мы их используем на ремонт туалетов.  Адвокат Кудоярова Владимир Козин  утверждает, что уголовное дело в отношении умершего было именно  провокацией: «Человек сам предложил деньги на ремонт школьных туалетов, во взятке не было надобности, так как к моменту передачи денег  его ребенок уже был зачислен в первый класс». Член попечительского совета школы №1308 Елена Рябуха тоже считает, что уголовное дело в отношении директора школы сфальсифицировано, в интервью Русской службе «Голоса Америки»  она рассказала: «На выходе из школы лежат бланки  для пожертвований. Этот человек самостоятельно заполнил бланк для взноса в фонд школы, потом  пришел к директору с наличными денежными средствами.    Из кабинета директора мужчину, пытавшегося дать взятку, выдворили, тогда  тот решил передать конверт с деньгами через охранника школы. Однако охранник отказался это делать, после чего  мужчина не ушел, а стал пересчитывать денежные средства из конверта. В это время в школу ворвались сотрудники правоохранительных органов. Передачи взятки как таковой не было. Директора даже в кабинете не было, он курил на заднем дворе школы».

В Западном округе, как ни в каком другом округе Москвы, живут весьма состоятельные люди, для которых десять тысяч рублей в месяц не деньги. Они ставят задачи государственным школам, как частным, и денег на это не жалеют. Управление образования ЗАО  во главе с бывшим начальником  Валентиной Бадил прекрасно знало о том, на что и сколько денег сдают родители в такие фонды, но его, судя по всему, это устраивало, так как школы выглядели по-столичному и  туда можно было возить именитых гостей. Например, на одном из совещаний директоров Андрей Кудояров рассказал, что установил систему видеонаблюдения за 200 тысяч, что деньги на это дали родители,  но никого из окружных чиновников это не озадачило, ибо они ставили Кудоярова в пример другим. (Как говорят в школе, деньги в сейфе директора предназначались на приобретение второго автобуса.)  О тех, кто не брал пример, говорили однозначно: «Не умеет работать с родителями!» Читайте: не может собрать с них деньги.  60 наград различного уровня, которые получил Кудояров за десять лет директорства, говорят о том, что его деятельность начальники одобряли. Но теперь он  жертва, а те, кто не принимал никаких мер, в стороне.

Есть еще один существенный вопрос: а зачем директорам богатых столичных школ при огромных бюджетных вливаниях в систему образования нужны еще и какие-то родительские деньги, во много раз меньшие, чем бюджет школы?  Все началось в 90-е годы, когда учителям платили маленькую зарплату и из фонда им доплачивали. Затем в фонд собирали деньги, чтобы оплатить услуги охранников. Бывший мэр Москвы Юрий Лужков несколько лет подряд говорил, что бюджет столицы на это денег не даст, что это дело родителей, но в конце концов такие деньги выделили. Сегодня всех измучил 94-й закон, когда все можно приобретать только по конкурсу, фонд позволяет делать это без всяких конкурсных процедур и покупать ровно то, что действительно нужно, то, что имеет высокое качество, а не просто стоит меньше. На деньги фондов покупают маркеры для интерактивных досок, моющие средства для поломоечных машин,  содержат бассейны, приобретают автомашины и автобусы.   При этом идет ужасное смешение представлений о том, что школа может себе позволить на бюджетные  и  на внебюджетные средства, например, порой непонятно, какие кружки должны работать бесплатно, а какие  - платно,  за какие секции платит  город, а за какие должны платить родители. Поэтому благотворительность нередко  отождествляется с платной образовательной деятельностью, в результате правоохранители и считают коррупцией то, что коррупцией не может быть признано. 

Еще недавно в столице говорили, что без помощи родителей школа не выживет. Нынче в систему образования  правительство Москвы вкладывает беспрецедентные средства: полтора триллиона стоит одна только программа развития образования на следующие пять лет, выделены огромные деньги на приобретение техники и ремонт, возрастает зарплата педагогов. В родительских средствах потребности теперь вроде бы нет. Но сегодня многие учебные заведения решают для себя вопрос о статусе: стать ли им автономными или остаться бюджетными. Если они станут автономными, то процесс сбора родительских средств, видимо, продолжится,  все будет решать наблюдательный совет,  он-то и сможет, как нынешний благотворительный фонд, принимать решение о сборе родительских средств, об оказании платных образовательных услуг - по статусу положено. Если сегодня не проанализировать  ситуацию со сборами и поборами, то мы еще долго будем свидетелями «борьбы с коррупцией», которая выбьет из рядов эффективных менеджеров еще не одного Кудоярова. Думаю, такая борьба нам не нужна.