В гимназии я побывала вместе с первым заместителем межрегиональной организации профсоюза Санкт-Петербурга и Ленинградской области Иваном Кайновым. Ирина Михайловна Денисова, руководитель мемориального музея истории гимназии, начала свою экскурсию в малом актовом зале, где традиционно в конце января проходит выставка детских рисунков, посвященных блокаде Ленинграда. Здесь представлены копии рисунков детей военного времени, подлинники которых хранятся в государственном музее истории Санкт-Петербурга, и работы современных школьников.
Обширная фотодокументальная экспозиция, посвященная 215‑летней истории гимназии, включает интересные сведения времен Великой Отечественной.
1‑я Образцовая школа Октябрьского района - под таким названием гимназия работала до начала войны в 1941 году. Уникальный документ, который сохранился в музее гимназии в подлиннике, - «Проект на санитарно-технические работы по подготовке школы на Плеханова, 27, под эвакогоспиталь», - свидетельствует о том, что решение об организации госпиталя было принято еще до войны: документ под грифом «Совершенно секретно» датирован 28 апреля 1941 года.
Сама школа в годы Великой Отечественной была переведена в другое помещение - дом со львами на Исаакиевской площади. Здесь, в школе №239, располагавшейся в бывшей дворянской резиденции князя Александра Лобанова-Ростовского, во время войны учились дети из 8 школ Октябрьского района.
События блокадного времени запечатлела в своих дневниковых заметках учитель Ксения Владимировна Ползикова-Рубец, которая преподавала в 1‑й Образцовой школе Октябрьского района историю. Позже этот дневник лег в основу книги «Они учились в Ленинграде», выпущенной в 1954 году и посвященной школьникам блокадного города.
Записи начинаются с воспоминаний о выпускном бале 1941 года. А 23 июня Ксения Владимировна напишет: «Сейчас у всех одна работа, как можно скорее оборудовать госпиталь». Не удивительно ли, что уже 22 июня 1941‑го учителя и школьники помогали выносить из классов парты, а на их место заносили кровати?! На следующий день, 23 июня, в школе был развернут один из первых госпиталей города. В нем потом работали многие ученики, выпускники и учителя школы.
19 сентября 1941 года в здание попала бомба, убив пять человек и ранив 11. Об этом событии осталось несколько письменных свидетельств, одно из них принадлежит Наталье Борисовне Бендриковой, которая в эвакогоспитале работала санитаркой: «Пришла домой после ночного дежурства. Поспала, а проснувшись, решила подскочить в госпиталь, чтобы помочь девочкам в самое напряженное обеденное время.
Обрадовались моему приходу очень. Напарница сразу сунула мне огромный чайник и отправила на кухню за кипятком. Но… вдруг передумала, решила, что сделает это сама и заодно перекурит. Не знала, что это «вдруг» будет стоить ей жизни. Через 10-15 минут раздался страшной силы удар, потрясший все здание. В одно мгновение были выбиты огромные окна первого этажа. Пол, кровати с лежащими на них ранеными, были засыпаны мелкими осколками стекла. Увидев расширенные от ужаса глаза забинтованного с ног до головы танкиста, я, не осознавая себя, повторяла одно и то же: «Успокойтесь, все хорошо, мы живы, все хорошо».
Бомба попала точно в здание, непосредственно рядом с операционной, перевязочной, разрушив совсем кухню. Были вторично раненные и убитые, и среди них моя напарница, которая поменялась со мной судьбой».
Из музейного архива можно узнать, что в честь 240‑летия Ленинграда раненым бойцам в госпитале читали лекции «Ленинград - наша национальная гордость». А в коридорах вывешивали белые простыни для проведения кинопоказов. Иногда после уроков школьники приходили в госпиталь, чтобы устроить концерт для раненых.
А школа в доме со львами продолжала работать. В своем дневнике 13 ноября 1941 года Ксения Владимировна Ползикова-Рубец записала: «К урокам готовлюсь по-новому… Ничего лишнего. Скупой, ясный рассказ. Детям трудно готовить уроки; значит, нужно помочь выучить их в классе. Не ведем никаких записей в тетрадях: это тяжело. Но рассказывать надо интересно. У детей столько тяжелого в душе, столько тревог, что слушать тусклую речь они не будут. И показать им, как тебе трудно, тоже нельзя».
Порой учителям по нескольку раз в день приходилось спускаться в бомбоубежище вместе с детьми и продолжать занятия там.
В музее сохранилась тетрадь по тригонометрии ученицы 10‑го класса Ольги Тырса. Обычная тетрадь, аккуратно заполненная, если бы не даты: декабрь 1941 года. В один из самых тяжелых месяцев блокады девушка продолжала не только посещать уроки, но и выполнять домашнюю работу.
Ольге, младшей из трех дочерей известного художника Николая Тырсы, не удалось пережить блокаду, в апреле 1942 года девушка умерла от дистрофии четвертой степени.
Учителя в блокаду тоже часто умирали от голода. Паек был очень скудный, постоянное чувство голода изнуряло. Чтобы ничто не напоминало о нем во время уроков, педагоги установили для ребят такое правило - не говорить о продуктах, еде и о том, что хочется есть.
Отдельный стенд в экспозиции посвящен биографиям известных выпускников, которые внесли значительный вклад в сохранение города и Победу. Здесь что ни портрет, то история. Юрий Александрович Пантелеев командовал Ленинградской военно-морской базой, в 1953 году стал адмиралом. Семен Семенович Гирголав, генерал-лейтенант медицинской службы, в годы войны был заместителем главного хирурга Красной армии. Профессор Ленинградского государственного университета, академик Сергей Александрович Жебелев возглавил оставшиеся в блокадном городе учреждения Академии наук СССР. Ему в буквальном смысле слова пришлось спасать ленинградскую науку, заботясь о самом насущном, например о том, чтобы ученые получали продовольственные пайки; заниматься сохранением библиотек. Сергей Александрович умер в блокаду в конце 1941 года.
Памятная доска с именами учеников школы, которые погибли в Великую Отечественную, - это пока не закрытый список: поиск новых имен продолжается.
- Мы всегда говорим о том, что история не остановилась, она продолжается. Сегодня ее делаем мы, - подвела итог своего рассказа руководитель музея Ирина Денисова.
Новый этап в жизни школы, ныне Второй Санкт-Петербургской гимназии, начался в январе 1946 года, когда обучение в ней было возобновлено.