За себя и за того парня
Шестнадцатилетнего Владимира вместе с матерью сразу призвали в трудармию в Омск. Дети, старики, женщины долбили землю, прямо под открытым небом устанавливали станки - строили танковый завод. Когда мерзлую землю не брал даже лом, жгли старые покрышки, чтобы земля в этом месте оттаивала. Работали от зари до зари, выполняя и перевыполняя план. «Одну норму за себя, вторую - за товарища, ушедшего на фронт» - девиз жизни в то время.
Однажды получили письмо от материной сестры, которая тоже была в трудармии, под Омском. Она просила о помощи единственного мужчину, оставшегося в семье. «В деревне Пристань остались две маленькие дочери да чужой дед, прибившийся по дороге. Хата давно не топлена - нечем. Помоги, Володя, Христом Богом молю», - написала тетка.
Владимир отпросился с работы, поехал в чужую тогда Пристань, нашел лошадь, напилил и вывез дрова. Не раз в своей жизни он помогал тому, кто рядом, считая, что иначе нельзя. Еще в далекой Саратовской области, где он родился и вырос, когда через нее пошли эшелоны с эвакуированными в Белоруссию, учительница рассказала, что в поездах голодные люди. Пацаны рыбачили сутками, сменяя друг друга, чтобы хоть немного отдохнуть. Собирали яблоки, груши и двухведерными корзинами везли на вокзал. Там прямо на платформе их матери разжигали костры, готовили уху, чтобы накормить проезжающих.
- Как нас благодарили, обнимали совсем чужие люди! - вспоминает Владимир Иванович и вытирает слезы. - Хотя какие ж они чужие? И люди наши, и беда была общей, и жизнь.

Воспитание чувств
В 1945 году Владимира призвали на службу в армию. Как отличника и спортсмена взяли в морской флот на остров Русский. За два месяца, еще недавно совсем не зная русского языка, стал отличником боевой и политической подготовки. И вдруг проверка. Первый вопрос: а как сюда попал Герк? Специальный приказ Берии - немцев во флот не брать. Вернулся в колхоз. Старший конюх, фронтовик, попросил оставить старательного парня в конюшне. Постепенно 300 лошадей, на которых в колхозе сеяли, пахали, стали ответственностью Герка. Познакомился с его сыном Александром Алтуниным, Героем Советского Союза. Считает, что эта встреча определила судьбу.
До войны тогда еще не герой, а просто хороший парень Сашка Алтунин, окончив восьмилетку, работал в колхозе счетоводом. После поступил в военное пехотное училище, с началом войны стал заместителем командира минометной роты. Был дважды тяжело ранен. В марте 1944 года стрелковый батальон под командованием Алтунина в ходе Львовско-Сандомирской операции в течение 40 дней вел кровопролитные бои, удерживая плацдарм. За эту операцию капитану Алтунину и присвоено звание Героя Советского Союза. После Победы прибыл домой на побывку, израненный и больной, не терял силы духа.

Школа жизни
В Пристанскую школу Таврического района Владимир Иванович Герк пришел работать в конце 60‑х. Был ударником коммунистического труда, работая в мастерской, но вызвал первый секретарь райкома партии: нужен, сказал, учитель немецкого языка, а ты всегда там, куда требует страна.
Уникальный специалист, способный в считанные минуты собрать и разобрать самый сложный агрегат, установить поломку по звуку, Владимир Иванович вдруг понял, что школа - это его мечта. Поступил заочно в Московский педагогический институт - приемную комиссию очень впечатлили результаты экзаменов. За три года с отличием окончил шестилетнюю программу. Тридцать два года отдал школе. Среди его учеников много учителей, в том числе и иностранного языка. Наталья Андреевна Хомякова, нынешний директор Пристанской школы, - его ученица. «Уроки Владимира Ивановича всегда были разными, - говорит она, - но всегда одинаково добрыми, интересными».
Владимир Иванович теперь старейший житель Пристанского поселения, занимается краеведением. Вместе с женой Людмилой Владимировной, 37 лет отработавшей учителем начальных классов, организовывали первый школьный музей. К сожалению, Людмилы Владимировны уже нет. Но память о ней бережно хранит ее супруг. Как и о своем дедушке, уникальном специалисте, минном мастере, как и об отце, служившем в Ачинской дивизии, в главном штабе Василия Блюхера. С удовольствием рассказывает об истоках теперь уже родного Пристанского, его основателях, братьях Романтеевых, о первых учителях села Кичигиных. И о многом другом может поведать только Владимир Иванович Герк, человек беспокойного сердца и большой истории.

Омск