Оказавшись на очередном распутье, я чаще всего просто называю город или местность. Разноязычные ответы, указывающие направление (чаще всего прямое), - это и насущная потребность, и своеобразная забава, которая разнообразит мои дорожные велосипедные будни. «Просто» и «прямо» - в польском языке это почти синонимы (по крайней мере, в отношении дороги). Это уже почти жизненное кредо. Иди прямо, живи просто, и тебе будет всегда сопутствовать удача. «Ту друа!» - с наигранным артистизмом пропоет француз, легким воздушным взмахом ладони обозначая прямой путь. Хотелось бы, конечно, и так проехать-прожить. Но увы, увы… Больше всего мне нравится ответ итальянца. «Дритто!» - бодро и уверенно вскидывает руку курчавый загорелый весельчак, будто указывает не только прямое направление, но и такой же победный путь в жизни. От итальянского «дестра» («поворот направо») веет родной славянской стариной («десница» - «правая рука», «вектор силы и святой правды»). Узнав же, откуда я, итальянец потрясает над головой большим пальцем, повторяя: «Браво, браво!» Это воодушевляет. Женщины не менее эмоциональны. «Мама миа!» - срывается из их уст, и в памяти тут всплывает бабушкино умилительное: «Матинко моя!»
«Налево пойдешь… Направо повернешь… Напрямик ломанешься…» - долго колебался сказочный герой, раздумывая, куда направить своего коня. Там потеряешь, тудой не с руки, сюдой душа не лежит - сердце беду чует. В конце концов сворачивал на дорогу, счастливый исход которой, несмотря на разные приключения, был предрешен. Засыпала няня над книжкой, засыпал и я. Предрешен был и мой путь. За меня его выбирали другие. Но пролетело детство, и сказка кончилась. Витязь ускакал совершать подвиги по своей выбранной дороге, я же застыл на распутье перед каменными скрижалями: «Налево пойдешь… Направо повернешь…» Жизнь прожить - не поле перейти. Там одна прямая и ровная дорога. На жизненных же перекрестках часто приходится делать мучительный выбор. Так долго продолжалось, пока меня не одолела охота к перемене мест.
Все дороги ведут… Куда тебе захотелось, очень надо и даже куда совсем нет желания и не очень надо, туда и ведут шляхи, магистрали, проселки и прочие протяжения. Всяких-разных «ростиков», «видног», «отбоев» и прочих дорожных ответвлений мне встречалось немало на всех широтах. Характерная черта европейских дорожных развязок с лучиками дорог по кругу - аккуратные четко округлые курганчики-«рондо», которые превращены в своеобразные альпийские горки и украшены разнообразными памятниками. В кустах посредине одного такого «рондо» я даже как-то собирался поставить палатку. Но не рискнул. Европа такого славянского зухвальства (украинское словечко, по-русски «дерзость») не потерпела бы.
На дорогах Западной Украины издалека бросаются в глаза фигуры. Так тут называют расцвеченные рушниками и трепещущими на ветру ленточками высокие деревянные кресты. Их, как правило, устанавливают на перекрестках. Именно здесь, по народным верованиям, собиралась всякая нечисть, которая могла сбить путника с толку, направить не по той дороге.
Где бы я ни колесил, ни один походный день не обходился без «распутных» раздумий. Однако, удивительное дело, они не напрягали и не удручали меня, более того, часто встряхивали, возбуждали любопытство, подбадривали азартом поиска, игрой. Выбор пути начинался задолго до самого путешествия. Едва в голове только тенькала мысль об очередной экспедиции, я тут же заглядывал в свой изрядно потрепанный старый школьный географический атлас. Потом, конечно, приобретал современные подробные карты. По ним уже и прокладывал маршрут. В дороге, прикидывая, как сократить путь, где лучше свернуть, на какой достопримечательности остановить выбор, с картой сверялся постоянно. Она для меня и букварь, и Библия, и поэма, и захватывающий детектив. Нередко карта - единственное «чтиво» на сон грядущий.
Дорога как ходоков, так и велосипедистов (они, правда, тоже своего рода пешие люди, как про них в народе говорят, спина и то, что ниже, едут, а ноги идут) в лицо не знает, а вот дорожный люд обязан знать о дороге все. На европейских магистральных дорогах, как и в обыденной жизни, все выверено, размерено, уточнено, обставлено и расцвечено разрешающими и запрещающими знаками. Однако и тут я нередко после тщетных попыток разобраться в их пусть азбучных, но для меня не совсем вразумительных истинах, однако чаще всего из-за задора, любопытства, нужды в общении уточнял направление у местных жителей. И не важно, на чем останавливал выбор, ведь расспросы о дороге - это еще и возможность больше узнать о крае, названиях его гор, балок, рек, населенных пунктов. Без их живой «народной» расшифровки официальная топонимика суха и нема, а дорога однообразна и скучна. К тому же в жестах и напутствиях и колорит языка, и меткие словечки, и национальный характер, и свежие с пылу с жару мысли.
И однажды я понял, что выбор пути - естественное и привычное состояние путника в незнакомой местности. И нередко сам этот выбор составляет смысл и цель дороги. И не важно, зачем и куда она ведет. Ведь, как утверждал основатель даосизма мудрый китаец Лао-цзы, у хорошего путешественника нет точных планов и намерения попасть куда-то. «Я путешествую не для того, чтобы приехать куда-то, но для того, чтобы ехать. Главное - это движение» - а это уже европеец Роберт Льюис Стивенсон, наделивший в детстве меня своими писательскими «сокровищами» на всю жизнь.
Энергия, активность, движение - безусловно, но еще и выбор этого движения, направления, места, куда ступить, на что направить взор и мысль. От выбора в жизни зависит многое. Однако не стоит отчаиваться, если этот выбор затягивается и даже приходится выбирать из двух зол меньшее. Ведь нередко и сам процесс выбора уже вполне полноценная жизнь, которая может принести пользу и доставить удовольствие. Даже когда перебираешь - харчами, обстоятельствами, возможностями, выгодой, приоритетами, знакомствами, мыслями. «Больше думай и тогда решай», - советовал один мыслитель. Думай - значит выбирай. «Семь раз отмерь, один раз отрежь», - говорят по этому поводу в народе. Семь раз выбери, один отрежь. Перебор? Недобор? Не тот и не туда выбор? Не беда. Вольному воля, ходячему - путь. И что особенно важно и ценно - свобода и право выбора этого пути.