Когда мои ученики перешли в третий класс, моя сестра Наталья, узнав о талантах Наташи, добровольно передала ей функции главного режиссера нашего школьного театра. На основании имевшейся в методкабинете управления образования программы «Театр» для средней школы жена разработала собственную программу факультативного курса, рассчитанную на два часа в неделю, которая была официально утверждена.
…Приближалось время сделать выбор пьесы для новой постановки. Наташа сказала мне, что мечтает поставить «Снежную королеву» Андерсена. Но я-то знал, что ребята хотят сыграть веселый спектакль. О чем и заявил жене. И тут она проявила себя как тонкий психолог. На очередном занятии с детьми, хитро улыбнувшись, сказала:
- Я решила выполнить вашу просьбу. Мы будем ставить комедию.
Когда взрыв всеобщей радости поутих, продолжила:
- Только пообещайте, что в будущем сезоне мы попробуем сделать «Снежную королеву».
Ребятам ничего не оставалось, как согласиться.
Спектакль «О Емеле-лодыре» получился очень веселым, ярким, мобильным и выразительным. И очень немногие в зале знали, что за две недели до премьеры этого брызжущего юмором бурлескного действа его режиссер после нескольких исследований и анализов узнала о своем страшном диагнозе.
Мы тогда надеялись, что курс облучения поможет. Наташа действительно почувствовала улучшение. Однако лечащий врач настаивал на операции, и в июне она была проведена в Ростовском онкоцентре. Прошла успешно. Хирург заверил, что при точном выполнении всех его указаний он гарантирует минимум пять лет жизни. А учитывая то, что операция была проведена вовремя и организм хорошо борется, возможны и более долгосрочные перспективы. Остаток лета прошел в поездках на облучение в Пятигорск, приеме лекарств и нашем обоюдном не высказыва­емом вслух ощущении, что мы «выскочили».
В сентябре жена осторожно заговорила о своем желании поставить «Снежную королеву». Близкие были против. Я понял, что все зависит от моего решения. Этот спектакль могла поставить только Наташа. Мне он просто не по силам. Но ясно было и другое: без моей активной помощи она одна не осилит весь репетиционный период. Ведь неделя хорошего самочувствия зачастую сменялась несколькими днями мучительной боли. Но все решил прямой вопрос жены: «А как ты себе это представляешь: я целыми днями сижу дома, глотаю по часам таблетки, хожу в поликлинику на процедуры?.. И так будет целый год?!» Я понимал, что такое существование стало бы для Наташи невыносимым! Ей просто необходимы были положительные эмоции!
И мы взялись за постановку гениальной сказки датского писателя. Я не вмешивался в стратегию построения спектакля. Имея теперь больше свободного времени, Наташа внимательно, с карандашом в руке, читала текст. Она не стремилась его сильно редактировать. Убирала лишь некоторые слова и предложения. Поскольку в произведении много ролей крупных и по объему текста, и по сложности их актерского воплощения, она поняла, что на большую часть ролей у нее будет по одному исполнителю. Это, конечно, создаст немалые трудности!
Той осенью я покинул начальную школу и перешел в среднее звено. Дабы я имел хоть сколько-нибудь приличную часовую нагрузку, директор Наталья Алексеевна Семенова позволила мне вести не только английский язык, но и русский с литературой в моем родном классе и в параллельном пятом. Это дало нам возможность подобрать на роли еще двух артистов.
Я не уставал тихо радоваться, глядя на творческую работу своей жены. Она не любила, когда я заглядывал в ее коричневый режиссерский блокнот. Там почти каждый день выстраивались ровные строчки ее красивого закругленного почерка. Некоторые места были аккуратно зачеркнуты. На отдельных страничках Наташа вычерчивала схемы расположения мебели и декораций. Я бился над очередной загадкой своей любимой: откуда у обладательницы абсолютно технической специальности навыки профессионального режиссера?
Наконец роли были распределены, десятки страниц текста отпечатаны (самим режиссером!) и розданы исполнителям. И началась работа над спектаклем.
Уже на читках Наташа доходчиво и ясно объясняла детям мотивы поступков героев сложной драматической пьесы Евгения Шварца, написанной по мотивам сказки Ганса-Христиана Андерсена. Сама, читая вслух текст по ролям, а делала это она великолепно, заряжала ребят нужными эмоциями. Она хотела ненавязчиво заставить детей не просто показывать своих героев, но и проживать их жизнь, осознанно совершать поступки.
Роль Герды могли сыграть две подруги - Вита Яппарова и Марина Савенко. Было решено: когда одна будет играть Герду, другая - принцессу. Во втором спектакле исполнительницы поменяются. Режиссер настойчиво объясняла юным артисткам: «Ваша задача - показать не девочку, которой всех жалко, а человека, готового пойти на самопожертвование ради близкого».
Конкурса на роль Кая у нас не было. Один Саша Лавриков подходил для этой роли. Роль Сказочника Наташа поручила Маше Ворник, объяснив, что она не должна являть собой этакого морализирующего мудреца. Мы очень рисковали, выбирая на роль Советника Пашу Егорова. Главный шут нашей труппы должен был воплотить образ неприятного, отталкивающего и расчетливого циника. Режиссер объяснила артисту, что ему нужно «заледенить» голос и выработать особую пластику движений.
Веронике Горбачевой посчастливилось играть в спектакле и добрую, заботливую Бабушку, и смелую, бесшабашную Атаманшу. Мы имели основание надеяться, что перевоплощение ей удастся. И не ошиблись!
Сейчас не помню, какие эмоции испытывала Таня Черных, получившая роль Снежной королевы - женщины холодной, властной и безжалостной. Видимо, внутри у девочки, с виду мягкой и застенчивой, был сильный характер. Свою роль она сыграла очень точно. Когда она появлялась на сцене в шикарном кипельно-белом платье (сшитый бабушкой костюм можно было предложить и профессиональному театру!), в зале явственно возникало холодящее ощущение беды.
Еще при утверждении исполнителей у нас был неприятный момент. Две наши Оли - Доценко и Эм, игравшие в предыдущих спектаклях, остались без ролей. По причине своей миниатюрной комплекции и тонкого голоса они просто никого не могли сыграть в этом спектакле. Было видно, что они расстроились. И тут Наташа сделала то, что могла сделать только она, - решила написать для девочек роли Льдинок.
Очень тщательно Наташа подбирала музыку, часами прослушивая дома отрывки различных классических произведений. Здесь ей помогали и абсолютный музыкальный вкус, и то, что она окончила музыкальную школу по классу фортепьяно.
И вот наступил день премьеры - 19 мая 2002 года. Собираемся на сцене за закрытым занавесом. В зале оживленный шум подходящих зрителей. Беремся крепко за руки и трижды произносим свою традиционную клятву: «Мы это сделаем!»
И пошел спектакль!.. Действие сразу заворожило зал. Зрители то затаив дыхание переживали за Кая и Герду, то оживленно и весело реагировали на сцены с разбойниками и события во дворце. Мы с Наташей сидели с разных сторон сцены и с радостью чувствовали, что спектакль «живет» и зрители «дышат» им. В нескольких сценах в зале возникали слезы. Сначала, когда погибают Льдинки, принявшие решение не выполнять более злую волю Снежной королевы:
Первая льдинка: Не теряй времени, Герда!
Вторая льдинка: Беги! Не думай о нас!
Герда: Но я должна знать, кто вы.
Первая: Мы всего лишь…
Вторая: …самые обыкновенные кусочки льда.
Первая: Но силы покидают нас… (Падает в снег.)
Вторая: (Падая следом за первой) Прощай, Герда! Будь счастлива!..
Герда: Нет! Нет! Вы не должны умереть! Сказочник всегда говорил нам, что тот, в ком сердце наполнено любовью, не может погибнуть!
Второй раз зрители не смогли сдержать эмоции, когда Герда, после череды злоключений добравшаяся до Кая, вдруг обнаруживает, что своими рассказами заледеневшему мальчику о знакомых для него людях и о событиях из прежней жизни она не может растопить его сердце.
Когда спектакль закончился и благодарные зрители устроили овацию нашим юным артистам и режиссеру, я осознал, что в нашем театре произошло невероятно яркое событие, которое и мы, взрослые, и юные создатели спектакля, и люди, ставшие его свидетелями, запомнят надолго. Может, навсегда. После представления всех действующих лиц и исполнителей я за руку вывел на сцену Наташу. Я видел, что ей трудно говорить. Она, счастливая, улыбалась, но в глазах блестели слезы. Кроме нас двоих, мало кто знал, что значил для нее этот спектакль!
Вскоре мы с Наташей поехали в Ростов. Встретились с хирургом, оперировавшим Наташу год назад. После обследования он сказал, что реабилитационный период прошел успешно и он гарантирует пять лет нормальной жизни. Мы вздохнули с облегчением и на радостях поехали кататься по Дону на прогулочном катере.
Наташи не стало в конце июля. Через два месяца после ее главной премьеры. Не все прогнозы врачей подтверждаются…

P.S. В этом году Наталье Станиславовне Гордеевой исполнилось бы 60 лет. Инженер по диплому, она стала педагогом и режиссером по призванию. И еще она обладала редким даром - делать людей счастливыми.

Ессентуки, Ставропольский край