Впрочем, как и все другие фильмы братьев Фаррелли, ставших известными после выхода в 1994 году комедии «Тупой и еще тупее». В создании «Зеленой книги» Бобби Фаррелли не принимал участия. Фильм несколько отличается от совместных работ братьев, в нем меньше фарса, что ли, и больше уклона в сторону драмеди.
Начало 60‑х. Вышибала Тони Болтун Валлелонга (Вигго Мортенсен) теряет работу, после того как избивает крупную шишку. Бедовому парню не привыкать к превратностям судьбы, так что он стремглав бросается на поиски работы. Случай подкидывает Дона Ширли (Махершала Али), известного афроамериканского пианиста-виртуоза, который запланировал турне по югу США. Добавляет перцу ситуации тот факт, что сам Валлелонга бытовой расист. Но, как настоящий мужчина, он выбирает между перспективой оказаться на содержании красавицы-жены (Линда Карделлини) и побыть месяцок-другой водителем и телохранителем Дона Ширли второй вариант. Для того чтобы выжить на юге, еще помнящем мир до 1861 года, наши герои берут с собой «Зеленую книгу» - дорожную карту, где указаны все места, где черные могут появляться.
Важнейший для Америки жанр роуд-муви, а в данном случае его разновидность бадди-муви (фильм о дружбе), как нельзя лучше подходит для раскрытия характеров, динамики повествования и развития истории, а также насыщения ее фирменным юмором.
История с сегрегацией, как маятник, ей свойственно впадать в крайности - от воинствующего расизма до абсурдной толерантности, когда на роль Белоснежки берут чернокожую женщину, или в фильме о спасении мира обязательно должен присутствовать афроамериканский супергерой. Питер Фаррелли, естественно, избегает подобной участи. Обоим героям предстоит избавиться от предрассудков и обогатить собственную картину мира.
Неординарность ситуации в том, что «бремя белого человека» берет на себя вундеркинд Дон Ширли. Сын ямайских эмигрантов, он в два года открыл в себе способности к музыке. Когда Дон подрос, его отправили в СССР, в Ленинградскую консерваторию, где он впитал Стравинского, Чайковского, Скрябина, Рахманинова, Прокофьева. Освоив джазовую школу, Ширли создал уникальный стиль. В фильме он показан утонченным до рафинированности - брезгует курочкой из KFC, даже прозвище Болтун, прилипшее к Тони, осуждает: «Тебя прозвали лгуном, а ты радуешься!»
Валлелонга - на контрасте: своего не упустит, не чужд мелкого воровства, обжорства, скабрезного юмора. Что там говорить, если любимый Валлелонгой Литтл Ричард кажется Дону грубоватым и дикарским. В конце концов Ник Валлелонга в сердцах выпаливает: «Да я больше чернокожий, чем ты, если хочешь знать!» В общем-то, на этом перевертыше и держится нерв фильма, слом стереотипов даже кажется несколько нарочитым: утонченный афроамериканец, не переваривающий рок-н-ролл, и европеец, впитавший черную культуру.
У товарищей, бороздящих просторы юга, больше общего, чем кажется на первый взгляд. Валлелонга - потомок итальянских эмигрантов, сводящий концы с концами, в материальном плане он зависим от любых катаклизмов капиталистической системы. Лирическое отступление: я восхищен талантом Вигго Мортенсена, который за всю свою карьеру кого только не играл - и француза, и австрийца, и датчанина, и даже русского! А Махершала Али в свою очередь в «Настоящем детективе» играл роль, изначально прописанную под белокожего актера.
Дон Ширли, благодаря таланту выхвативший счастливый билет, обеспеченный материально, на самом деле тотально одинок. Его не принимают ни белые, ни черные, за пределами концертного зала он уязвим. Для европеоидов он все та же мартышка, а для чернокожих собратьев - недора­зу­ме­ние, некто, разорвавший все связи с собственной расой: ни напиться с собирателями тростника, ни поиграть в их грубые и веселые игры. Балансирует на грани душещипательности и некоторого очевидно показного трагизма сцена в поле. Дон и Тони останавливают машину по каким-то своим надобностям, выходят, а там чернокожие, в поте лица добывающие свой хлеб, которые роняют свои мотыги и застывают в позе соляных статуй, глядя на белого водителя, обслуживающего их брата по цвету кожи.
Фильм идет почти два часа, но его нескучно смотреть. Есть внятные конфликты, если очевидные цели героев: одному надо денег подзаработать, другому - совершить опасный тур, который, как выяснится позже, даже менее рентабелен, чем выступления в том же Нью-Йорке. Есть второстепенные персонажи, подливающие масла в огонь. Один из них - Олег (Димитар Маринов), кто-то вроде тур-менеджера, близкий друг Дона Ширли, кажется, ревнующий его к Валлелонге. Вот у него сразу не складывается общение со строптивым итальянцем, вдобавок он докладывает боссу обо всех проступках водителя. Украл сувенирный камешек в придорожном магазине? Получи выговор. И так далее.
Повествование довольно традиционно структурировано: условно фильм разделен на временные и пространственные отрезки, где за единицу принят очередной город, где Дону предстоит выступить. Тур нужно успеть закончить к Рождеству, о чем сам Валлелонга, рвущийся к семье, очень переживает, что тоже добавляет остроты истории. Подобный прием я не раз встречал в том же «Элвисе и Никсоне» с Кевином Спейси и Майклом Шенноном, но раз он работает при умелом использовании, так почему бы и нет?!
И немного о скандалах, непосредственно связанных с выходом фильма. На церемонии награждения Вигго Мортенсен в шутку сказал про Махершала Али: «Этот нигер», что вызвало бурю негодования. А родственники покойного Дона Ширли осудили фильм Питера Фаррелли, окрестив его «симфонией лжи». Морис Ширли, брат Дона, заметил, что тот никогда не разрывал отношений с родственниками, вопреки представлению, создаваемому фильмом. Эдвин Ширли, племянник Дона, заметил, что те на самом деле не стали близкими друзьями. Оказывается, Ник Валлелонга, один из авторов сценария фильма, еще 30 лет назад предлагал Дону снять подобный фильм, но получил категорический отказ. Махершала Али уже принес семье прототипа своего героя извинения.
И тут позволю себе комментарий: в принципе невозможно представить, чтобы когда-нибудь байопик и реальная жизнь героя, особенно ее восприятие родственниками, примирились друг с другом. Фильм строится на условности, на законах драматургии, режиссер игрового кино, если он профессионал, не имеет права идти на поводу у факта, потому что это верный путь к плохому сценарию и, как следствие, провалу. Да и сама история, еще до того как ляжет в основу сценария, проходит тысячу искажений (пресловутый эффект Расемона). Родственники в тур не ездили, так что достоверно знать всей картины они не могут, фильм основан на мемуарах Ника Валлелонги, а у того как пить дать было свое видение истории, отличное от видения Дона.
Так что рекомендуем идти в кинотеатр, наслаждаться просмотром и формировать собственное видение.