Сейчас у «Нацбеста», вернее у членов Большого жюри, начинается самая горячая пора. До конца марта нужно прочесть тексты, номинированные на премию, написать рецензии, определить, кто из номинантов лучше всех, и поставить «оценку». Каждый член Большого жюри «Нацбеста» имеет право дать 3 балла одной книге из длинного списка и еще одной - Q1 балл. После того как все члены БЖ выставят свои оценки, подводятся итоги, и набравшие максимальное количество баллов книги попадают в короткий список. Вот так все просто.
В этом и заключается обаяние «Нацбеста» - в прозрачности процедуры. Это основное достоинство любой литературной премии, на мой взгляд, - доверие к процедуре выдвижения, обсуждения и выбора лауреата. Все рецензии членов Большого жюри вывешиваются на сайте премии, у всех есть абсолютная свобода в высказывании своего мнения по поводу достоинств или недостатков того или иного текста. Единственное, чего не рекомендуется делать, - это говорить о своих предпочтениях до того, как будут подведены итоги работы.
В длинный список премии попали 45 книг. Некоторые книги номинировались не по одному разу - номинаторы также свободны в том, какую книгу они «подадут» в этом году на «Нацбест». Обращает внимание, что в нынешнем сезоне за бортом премии остались произведения писателей, которые в прошлых сезонах доходили до короткого списка и даже до финала, а в редких случаях становились лауреатами. Но тут ничего не попишешь: законы литературной жизни таковы, что сегодня ты лауреат, а завтра тебя не заметят. Кстати, хороший повоQд для анализа причудливых изменений в том, какие именно книги попадают в «Нацбест». Думаю, студент, который решит написать дипломный проект на тему этой премии как социокультурного феномена пишущей и читающей России, обнаружит массу интересных сближений и неочевидных тенденций.
В этом году в конкурсе «Нацбеста» такого рода «потери» внушительные. Лауреат-2018 Алексей Сальников, получивший приз за роман «Петровы в гриппе и вокруг него», в этом году выпустил два новых текста - «Отдел» и «Опосредованно», но никого из номинаторов они не заинтересовали. Ветеран российской литературы Эдуард Лимонов за год издал три новые книги и тоже не попал в конкурс. Шумный успех «Брисбена» Евгения Водолазкина тоже не помог этой книге попасть в конкурс. Нет в списке номинированных текстов Виктора Пелевина, Владимира Сорокина, Алисы Ганиевой и Анны Матвеевой, а также лауреатов прошлых лет Сергея Носова и Леонида Юзефовича.
При этом почти каждый четвертый текст, фигурирующий в конкурсе «Нацбеста», представлен в виде рукописи или журнальной публикации. Это тоже новая тенденция - российскую прозу издатели сегодня выпускают неохотно, начинающему писателю пробиться «в бумагу», мягко говоря, непросто. И это даже при наличии издательских платформ типа Ridero, позволяющих издать свою книгу самому. То, что в конкурсе одной из ведущих литературных премий страны становится больше рукописей, может говорить и об экономическом кризисе, добравшемся до книгоиздательской отрасли, и о косности современных вершителей литературных судеб. А может свидетельствовать о появлении нового поколения российских авторов, которых пока еще не успели разглядеть ни издатели, ни читатели. Вот для этого премия «Национальный бестселлер» им в помощь. Посмотрим, что получится. Девятнадцатый сезон «Нацбеста», стартовавший на днях, обещает быть интересным.

Владислав ТОЛСТОВ, литературный критик, член Большого жюри литературной премии «Национальный бестселлер»