Андрей Афанасьевич родился за год до Великой Октябрьской революции прямо во дворе церкви. Его мать, многодетная крестьянка Варвара Николаевна из деревеньки Коровинка Томской губернии, куда входил тогда Ново-Николаевск, ныне миллионный областной центр Новосибирск, пришла на молебен в день Казанской Божией Матери. Похоже, что младенца поцеловал Бог…
От тягот, выпавших на долю страны, Андрей Афанасьевич не бежал. Комсомольца Дивина всегда отправляли на прорыв: окончив 10 классов, учил малышей грамоте, работал в райкоме комсомола… В 1938‑м забрали в РККА - Рабоче-крестьянскую Красную армию. Служба в 9‑м стрелковом полку Забайкальского военного округа растянулась на 7 лет. Во время Великой Отечественной войны, в 1943 году, был назначен командиром пулеметного взвода 888‑го стрелкового полка, который располагался в приграничной полосе Даурского укрепленного района. Из воспоминаний Андрея Афанасьевича:
«9 августа 1945 года после артподготовки авиация нанесла бомбовый удар по укреплениям противника, затем пошли танки, которые огнем танковых орудий подавили уцелевшие огневые точки. Мы пересекли государственную границу и вступили на монгольскую территорию, продолжили марш в сторону Хайларского укрепленного района. Разведчики донесли, что в барханах обнаружена группировка японцев. Нашему батальону была поставлена задача - уничтожить противника, прочесав местность. Завязался бой, массированная перестрелка с обеих сторон. Японцы упорно сопротивлялись, но все же не выдержали нашего наступления, отступили. В этом бою был тяжело ранен наш командир пулеметной роты Владимир Алексеевич Симонов. Командовать ротой было приказано мне. Продолжили марш в направлении укрепленного района Цицика. Погода резко ухудшилась, пошли проливные дожди, дороги стали труднопроходимыми. Лошади с трудом тащили повозки, местами вязли, приходилось помогать вытаскивать. Как ни трудно, но все же хребты Большого Хингана преодолели, вышли на Маньчжурскую равнину, пошли на Харбин. После Харбина наша дивизия была переброшена в город Чанчунь, где мы в основном охраняли арсеналы, склады, военные правительственные здания, промышленные объекты. В июне 1946 года я возвратился в Союз. Устроился на прежнюю работу».
За сухими строчками тяжелые годы, привычка выполнять хорошо любую работу и… преданность делу. Рядовой Дивин дослужился до лейтенанта, так же как его отец когда-то до унтер-офицера, и отцы-командиры предлагали продолжить военную карьеру. Но Андрей Афанасьевич хотел на Родину, да и скучал по учительской работе. Отправили заведовать начальной школой в деревню Чесново Кыштовского района, на самый Север, где среди болот и тайги он и нашел свою судьбу. Сначала зарегистрировался как вновь прибывший у секретаря сельсовета Матрены Микуленок, а через некоторое время они уже вместе зарегистрировали свой брак. 4 ноября исполнилось не только 102 года Андрею Афанасьевичу, но и 72 года их семейной жизни.
- Мама заменяла фельдшера, хотя особого образования не получила, больше по книгам да журналам училась: выписывали и медицинские издания, и педагогические. «Советский Красный Крест» - для мамы, «Учительскую газету», «Начальную школу» - для папы. Для нас с братом - пионерские, комсомольские журналы и газеты, - вспоминает дочь учителя Татьяна Андреевна Дивина.
Ворох изданий, которые приносила Дивиным почтальон, расходились по всему селу. Их дом был центром села: люди шли и днем, и ночью.
- Кому первую помощь оказать - это к маме. Если ссора в семье - к папе: он и за милицию, и за сельсовет, все годы работы был бессменным депутатом. Шел в семью, разговаривал, мирил… Из района приезжали регулярно то проверяющие, то уполномоченные, а где ночевать, если гостиницы нет? Только у Дивиных. У мамы в русской печи всегда в расчете на гостей еда томилась. Ребятишек подкармливали, конечно, они обычно почитать приходили: книг у нас всегда много было. Или после занятий прибегут, отец всегда играл вместе с ними на поляне и в лапту, и в вышибалы. По весне школа оказывалась на островке - местность болотистая, затапливало всю округу. Мальчишки плоты сколотят, идут кататься, и отец с ними, все равно их не удержишь, так лучше, если взрослый подстрахует, - продолжает Татьяна Дивина.
Несколько лет назад Татьяна Андреевна организовала встречу земляков. Бывшие ученики отца, многие из которых и сами по нынешним меркам долгожители, вспоминали не столько деревню, сколько школу и дом директора, в котором им всегда были рады. Про то, что не могут забыть витаминки, которые Матрена Григорьевна привозила деревенским ребятишкам из райцентра. Про то, как пахли на всю школу, в которой поначалу в не слишком сытые 50‑е и жила семья учителя, невиданные в таежных местах огромные бело-розовые яблоки, которые Андрею Афанасьевичу прислали родственники с юга. На следующий день он принес посылку в класс и разделил на всех. Заслуженный учитель РФ Любовь Сидорюк, а тогда второклассница Люба, принесла эту драгоценность домой, долго любовалась, а потом по примеру учителя тоже разделила на всех домашних…
- С детства помню, как отец идет на работу из нашей комнаты по коридору в школу… Как сидит над тетрадками ночами. Поначалу в школе было по нескольку классов, потом деревня стала разъезжаться, он остался один, классы совместили, вел уроки в первую смену у первого и третьего сразу, во вторую - у второго и четвертого. Я же сама учитель, понимаю, как это много работы - на каждый день планы написать. Ушел папа из Чесновской школы вместе с последним учеником, уже за пару лет до пенсии, дорабатывал в соседнем селе воспитателем интерната с нашими же ребятишками.
Зарабатывали не столь уж хорошо, чтобы помогать всем, тогда все получали примерно одинаково. Но ведь без дела ни Андрей Афанасьевич, ни Матрена Григорьевна не сидели ни минутки. Оба мастера на все руки: она шила, вязала, он столярничал-слесарничал. Держали большое хозяйство, смолоду завели маленькую пасеку, любой мог напиться в их доме чаю с медом. Между прочим, увлечение пчеловодством Дивины оставили только в прошлом году, правда, после 90 лет Андрей Афанасьевич держал всего два улья, за которыми сам и ухаживал. По грибы-ягоды уже, конечно, не ходят, но с удовольствием перебирают дары природы, которые приносят из лесу родные. Дочь Татьяна и сын Александр, тоже ставшие учителями, живут поблизости, на пенсии родители перебрались в село Иртыш Черлакского района Омской области.
- Вот видите, наше педагогическое древо, - раскладывает Татьяна Андреевна большой лист ватмана на столе. - Папа, его брат Василий, теперь, кстати, известный писатель, потом мы с братом, его жена, дети наши… Я как-то и не думала даже о другой профессии.
Андрей Афанасьевич давал своим малышам не только знания, он помогал обрести мечту. Повесил в классе огромную карту Советского Союза и на переменках играл с ребятишками в города, хотя до географии было еще долго. Искали Москву, Калининград, Тикси и мечтали когда-нибудь в них побывать.
- Мама с папой, конечно, сейчас телом не сильны. Но память у обоих прекрасная, ум ясный, - говорит Татьяна Андреевна. - Читают, за новостями следят, Интернетом интересуются. Мама столько частушек знает! Они вообще у меня певуны, по утрам распеваются: отец заводит, мама подхватывает. А уж если гости придут! А они у нас нередки - и глава сельской администрации наведывается, и медики участковые, и школьники навещают. Поздравлений с днем рождения от кого только не было: и от министерств образования сразу двух областей - Новосибирской и Омской, и даже от президента. Медаль в честь 100‑летнего юбилея комсомола Омский обком КПРФ вручил. Много сделал Василий Коваленок, новосибирский краевед, это его стараниями история маленькой деревеньки Чесново и ее школы вписана в историю страны. До сих пор друзья к ним приходят, советуются. А уж внуки как любят в наш дом приезжать! Теплый он - родители заботятся друг о друге. Думаю, их хранит взаимная любовь, как и вообще любовь к людям. Чувство юмора очень помогает, мама с папой хохочут сами над собой. Отец несколько лет назад шейку бедра сломал, в ходунках ходил. Точнее, ездил, смеясь, что на старости лет средством транспорта обзавелся. Оба глуховаты, один недослышит, другой присочинит, и оба заливаются! «Ну вот, - говорю, - 102 отгуляли, надо теперь к 105 стремиться». А они смеются: «Тогда уж к 115!»