Дар обочин
Бывало, я замечал их издалека. Уняв прыть своего железного коня, я спускался с откоса или, наоборот, карабкался по нему и осторожно надсекал (нож у меня всегда при себе) плотную мякоть. Случалось, что проскакивал мимо. Но почти всегда боковым зрением успевал углядеть цветную шляпку. Часто продолжал путь, но нередко (если, конечно, не закручивал виражи, спускаясь с горного серпантина) и возвращался. Речь о грибах, которые встречались мне по обочинам дорог. Удивительно, но это происходило почти на всех широтах.
Дорожная жизнь пришлась по нраву разным грибным созданиям. Чаще всего на обочинах бросались в глаза кремовые шляпки шампиньонов, но нередко взгляд ловил и белые шарики дождевичков, и пестрые лохматые покрывала зонтиков, и изящные, нежные чепчики луговых опят. Дело в том, что обочины многих дорог периодически прокашиваются, и грибы (особенно после дождичка) быстро и легко выскакивают из-под земли на свободных от кустов и сорных трав участках по обе стороны дорожного полотна. Случалось, даже встречались грибки, что выскакивали из асфальтовых трещин. Чаще всего это были какие-нибудь кривенькие уродцы. Однако им тоже находилось место в притороченном к рюкзаку кульке. Если я, конечно, не сомневался в их пусть условно, но все-таки съедобной сортности. Вообще-то не рекомендуется собирать грибы вдоль дорог. Однако, если не как правило, а от случая к случаю, тем более если речь идет о сельских проселках или старых заброшенных дорогах, обочинная грибная добыча может оказаться достойным трофеем.
Дорога убегает вдаль, и ты за ней. По-другому не бывает, раз уж ты выбрал свой путь. Но иногда не стоит торопиться. Для велосипедиста зреть в корень - это цепко держать взглядом дорогу, что летит под колеса. Однако неплохо выработать умение одновременно видеть дорожную перспективу, обозревать дали и в то же время замечать детали пейзажа, обращать внимание (как бы обшаривать боковым зрением) на обочины. Их подножный грибной корм настоящий дар для странника. След путника, а рядом с ним грибная шляпка. Они как попутчики, что вместе одолевают дорогу. И не важно, кто на дорожном полотне, кто на обочине. Главное - рядом, вместе. Так удобнее, легче, веселее. И не только в дороге…

Прекрасная незнакомка
Именно такой я ее себе и представлял. Загадочной, нежной, соблазнительной, романтичной. Я знал, был уверен, что когда-нибудь встречу именно ее. И представлял эту встречу не на слякотных умеренных широтах, не в промозглой северной глуши, а поближе к экватору, где-нибудь в тропиках, где много солнца и любви. Так и случилось. Встреча произошла в Южной Америке, на границе Аргентины и Бразилии. Ночь я провел в джунглях возле знаменитого водопада Игуасу. Утром проснулся, откинул полог и сразу увидел ее. Она как будто услышала меня и пришла на свидание. Слегка откинув сетчатую вуаль, которая прикрывала ее голое нежное тело, маленькое хрупкое и очень изящное создание с надеждой смотрело на меня. Нет, я не срезал, не сорвал, не сломал редкий гриб, как обычно поступаю с его лесными собратьями. Я просто сидел и любовался «скрытой леди», «дамой с вуалью». Это как бы безымянная народная характеристика облика. Однако у красавицы есть и имя, присвоенное наукой.
Phallus indusiatus растет в тропиках Азии, Африки, Америки в джунглях и фруктовых садах. Гриб, похожий на наши сморчки или веселку, имеет длинный и толстый полый стебель. Маленькая шляпка, берет или кепка (это у кого какие ассоциации) покрыта зеленовато-коричневой слизью, которая привлекает мух и других насекомых, которые едят споры и рассеивают их. Из-под шляпки иногда чуть не до земли ниспадает волнами нежная кружевная юбка-вуаль (часто золотистого, розового или сиреневого, очень насыщенного, цвета). Между прочим, это самый быстрорастущий из всех грибов. Во всяком случае вечером, когда я ставил палатку, «дама», спрятавшись под листьями, еще не торопилась являть себя миру (в том числе и мне). В разных странах гриб издавна использовался в различных колдовских церемониях, мистических обрядах. Гурманы всего мира имеют особое пристрастие к этому обладающему хрустящим нежным вкусом грибу, из которого готовят всякие деликатесные блюда. В Китае бамбуковый гриб (так его тут называли) специально собирали в дикой местности и использовали на банкетах в особых яствах, которые были «всей драгоценной едой, деликатесами от земли и моря, нового, нежного и свежего, соответственно сладкого и соленого». Мне до сих пор неизвестен вкус этого грибного дива. Только облик, только образ, его «чудное мгновенье»…

Королевский опенок
Лето выдалось жарким и сухим. Сентябрь тоже не обрадовал ни прохладой, ни дождями. Ягода, особенно черника, еще уродилась. С грибами же полный провал. Даже самые опытные грибники, которые и в самые неурожайные годы хоть на жарянку, но набирали грибков, возвращались из лесу с пустыми корзинами. Ягодник из меня никакой, разве что за клюквой или на худой конец за брусникой по знакомым мещерским болотинкам могу пробежаться. А вот грибы уважаю и некоторый толк в их сборе знаю.
…После двух часов рыскания по сухому лесу я, кажется, стал разуверяться в своих грибных способностях. Однако упрямство добытчика и искателя дорожных приключений (нередко не только на свою голову) не давало покоя ни ногам, ни голове. Грибного апломба мне было не занимать, поэтому, даже выбившись из сил, я продолжал поиски, надеясь устыдить авторитетных деревенских грибников. Обойдя высохшую болотинку, я оказался в старом сосновом бору. Подумал, если и здесь ничего не найду, вернусь назад. Природу и судьбу не обманешь.
И вдруг возле самой дороги во мху под сухим сосновым обломком я увидел разноцветный грибной букет. Это произошло действительно внезапно, по воле случая, но в то же время и как будто ожидаемо, как некая заслуженная награда. Поэтому я даже не возликовал при виде этого грибного чуда. На царском троне нет места двум властным особам. Королевский опенок (так в народе называют этот гриб, еще, кажется, соснячком) и был один. Вокруг на многие километры ни одного «живого» грибного существа. Сиренево-золотистые (кажется, только эти цвета, возможно, чуть с примесью малинового) шляпки, полностью прикрывавшие ножки, представляли собой бугристый ком (килограмм, не меньше), над которым свисало папоротниковое опахало. Гриб был крепким и свежим. Я наклонился над ним и разглядел букашку, что быстро переползала с одной шляпки на другую, сухие хвоинки, воткнувшиеся в грибную мякоть.
Это была очень ценная находка (пожалуй, даже маленькое открытие, во всяком случае точно незабываемое приключение), и я до сих пор горжусь этим трофеем не меньше, чем корзинами боровиков, которые в урожайные годы собирал в том же соснячке. «Я помню чудное мгновенье…» В том сухом сентябрьском лесу было именно оно.

Масло ведьм
Я уже подзабыл, где и когда пробовал черную осетровую икру (кажется, это было во время сплава по Енисею), но вот увидел в дальневосточной тайге на поваленном стволе старого осокоря антрацитово-отблескивающий комок, и почему-то вспомнился именно этот деликатесный продукт. Впрочем, тут же подумалось и о смоле.
Я бродил по распадкам, присматриваясь к пням, наростам на деревьях, дуплам. Все-таки надеялся на хоть и маленькое, но приключение, встречу с каким-нибудь растительным (понятно - грибным!) дивом. Ни одна лесная вылазка без этого не обходилась. И чудо произошло. Конечно, я не подумал, что это черное комковатое вещество может быть грибом. И все же, обладая некоторым опытом грибного древолазания, я соскоблил находку, понюхал ее и даже попробовал на зуб. Именно вкус (определить его затрудняюсь, но, проглатывая гомеопатическую - для подстраховки - дозу черного желе, понял, что желудок примет продукт пусть без особой благодарности, но и без вреда для себя) подсказал: я имею дело с чем-то грибным. Так и оказалось.
Когда вернулся в поселок и показал находку работавшим на лесопилке китайцам, те дружно, а главное - одобрительно закивали головами, мол, это у нас едят. В китайской грибной кухне сюрпризов предостаточно. И все же я засомневался, что эту слизистую массу можно намазывать на хлеб. Возможно, для сервировки стола или в виде «икряного» розыгрыша. Пришлось совершить еще одну вылазку. На этот раз виртуальную - в Интернет. Там долго бродить не пришлось.
Эксидия железистая - такое название имеет этот гриб. Принадлежит он к не очень обширному, но все же вполне определенному и четко классифицированному семейству эксидиевых. Селится этот гриб в основном на лиственных породах, чаще всего его можно встретить вблизи болот, сырых низин с начала осени и на протяжении всей зимы. При сухой погоде засыхает, превращаясь в темное пятно, как только на него поступает влага, вновь оживает, приобретая прежнюю «икряную» привлекательность (это, правда, смотря на чей вкус). Всякие мысли возникают, когда встречаешь этот гриб (доводилось мне его лицезреть и в наших умеренно-широтных краях) посреди безжизненных лесных пейзажей. Даже начинаешь думать, что внутри черной массы происходят какие-то мыслительные процессы, настолько она бывает похожа на мозгообразное вещество.

Тундровые маячки
Среди тундрового безбрежья легко потерять ориентир. Разве что, прыгая по кочкам, постараешься не выпустить из виду какую-нибудь одинокую сухостойную сосенку или кривенькую березку. Но за полярным кругом и их не найдешь. Вокруг каменистые пустоши, мхи и болота. Одна надежда на… грибы. С детства помнится загадка: «Где грибы растут выше деревьев?» Учитель ботаники или географии, конечно, подсказывал отгадку. Но все же поверить в то, что есть на планете места, где грибы вырастают выше деревьев, было невозможно. И даже позже, уже достаточно повзрослев и поднакопив путешественный и грибной опыт, я с трудом мог представить, что такое возможно. Но вот побывал на Ямале и увидел подберезовики, которые росли не под березами, а возвышались над ними. Правда, речь шла о кустиках полярной березки, ивы и других растениях суровой арктической тундры, но все же это были пусть неправдоподобно крошечные, но все же деревья.
Однажды на мшистом бугорке среди озер я еще издали заметил шляпку подосиновика классического кирпичного цвета. Решил не отвлекаться от маршрута. Подумал, обследую озерцо и сорву гриб на обратном пути. Однако поход по тундре затянулся, к тому же, перебредая очередной заливчик, я сбился с пути. Шагал назад, уже ориентируясь по солнцу. Жаль, но, чтобы наверняка выйти к лагерю, надо накинуть изрядный крюк. И тут я увидел знакомый подосиновик, который как будто специально ждал меня. Мне даже показалось, что он немного подрос, чтобы быть заметнее. От этого грибного маяка дорога мне была хорошо известна. Я и на этот раз не стал срывать его.

Грибные этажи
Я едва не сорвался с ветки, дотянувшись до грибного уха. Срезал его, положил в кулек, что висел на груди, и стал карабкаться выше, где углядел еще добычу. Всякая охота (и та, что пуще неволи, и просто охота) и азарт - два сапога пара. Искусство древолазания я освоил, после того как узнал, что грибы растут на деревьях. Даже не на пнях, как опята, а на стволах или на ветвях. Причем часто довольно высоко над землей. Речь о вешенке.
Это настоящее «архитектурное» и кулинарное грибное чудо южных плавневых чащ. Селятся грибы, как правило, на вязах, тополях, кленах, липах, осинах с сентября по ноябрь. При этом дерево должно быть хоть и старым и безлистым, однако не трухлявым. Грибы растут группами, часто срастаясь ножками, один над другим, образуя нечто вроде кровли. От этого и название, которое, скорее всего, происходит оттого, что гриб как бы висит, подвешен на древесном стволе.
Вешенка устричная, рожковидная, легочная, поздняя - все это разновидности популярного гриба, которые различаются по форме и цвету. В народе вешенку называют и свинячьим ухом, и гливой, и сивохой. Мои блуждания по осенним плавням (часто в тумане с компасом) и различные приключения, без которых не обходится ни одна грибная вылазка в эту пору, связаны именно с этим грибом.

Подмосковные прогулки
Именно о них я всегда мечтаю, скитаясь по планете. Под знойным тропическим солнцем, в дремучей комариной тайге или на туманных горных перевалах я представляю себе возвращение.
Вот прохладной ранней осенней порой (пусть даже под мелким дождичком) я бреду по притихшим, немного грустным светлым березовым перелескам, вот торжественно, как в храм, вхожу в сосновый бор, вот осторожно ступаю по болотному моховому покрытию, которое пружинит под ногами. И это не просто досужие прогулки, отдых после изнуряющих походных маршрутов. С трепетом и вожделением я наполняю корзину сыроежками, моховичками, волнушками, лисичками, груздями и прочими грибными дарами наших славных умеренных широт. И это самое удивительное приключение, которое не перестает радовать и вдохновлять.