Это мучительная и яркая лавстори человека, будто бы призванного задавать жизни свои вопросы. Человека преимущественно рефлексирующего и остро чувствующего происходящее, а если действующего, то сплеча, наотмашь, в омут с головой. Сергеев, главный герой, после встречи с роковой Ляной бросает свою семью и начинает строить новую жизнь. Строит он ее, условно говоря, «у подножия Везувия», непрерывно задавая вопрос, вынесенный в заглавие романа.
Налицо профдеформация, привычка спрашивать, а не отвечать. Будучи журналистом, Сергеев привык задавать людям, преимущественно звездам, вопросы. Главная его суперстар - Ляна, на каком-то этапе слившаяся с его собственными онтологическими поисками. «Зачем ты пришла?» - единственный вопрос, на который нет ответа.
Наводящие же ответы дают в основном случайные, «не от мира сего», встречные - священники и юродивые. Батюшка отвечает остроумно на вопрос, что такое любовь и как ее найти: «Это она, любовь, должна вас искать. И вообще - почему человек все время обязан искать любовь? Ему что, делать больше нечего? Забот других нет? Пусть берет и сама ищет. Люди-то без нее могут прожить, а она что будет делать, если людей не найдет? Так что вы подумайте. Это ее проблемы - и все тут…»
Ключевой вопрос Сергеева универсален, его каждый из нас может задать по поводу любого человека, так или иначе оставившего след в нашей жизни и повлиявшего на нашу судьбу. Но, когда дело касается женщины, некогда близкой и любимой, он приобретает особую остроту и смысл. Ляна вырвала Сергеева из области привычного, из первой семьи, как ловкий огородник выдергивает из грядки морковку. А лучше - условный Мичурин, отрезающий ветку от лимонного дерева и прививающий его к яблоне, теряющий интерес к результату, как только поймет, что эксперимент удался. Живи теперь и задавайся вопросом, Сергеев. Сам напросился.
Можно долго дискутировать по поводу того, является ли книга «Зачем ты пришла?», небольшая по объему, романом, как заявлено, но лучше попробовать понять, что новаторского в этом произведении. Современная литература вынуждена мутировать, чтобы выжить. Иной писатель без зазрения совести заимствует логику Интернета, соцсетей, пресловутый скроллинг, нацеленный на сознание современного читателя, не привыкшего углубляться и останавливаться на чем-либо и одновременно нахватанного в разных областях. Богословский, будучи еще и музыкантом, сублимирующим в литературе нереализованные амбиции рок-звезды, фактически записывает пластинку, где первая сторона - событийный ряд от первой встречи до совместной поездки на Синай, где Сергеев сделал предложение, но так и не получил ответа. Вторая - последующие события, нарастание конфликта, которые привели к развязке. Стандартные треки перемежаются с длинными психоделическими композициями, вообще характерными для творчества автора. Они выражаются в ирреальных картинках, монологах странных, уже упомянутых ранее героев, через бред или откровение являющих миру истину. Книги Богословского - это почти всегда переплетение философии, снов, музыки, яви, наркотического бреда, секса и, конечно, религии в ее самой неортодоксальной форме, приближающейся то ли к гностицизму, то ли к экуменизму. В некоторых местах книги сплав достигает такого уровня, что сон и бред граничат с откровением.
И самое важное - Богословский верен собственному стилю, и его уже трудно с кем-нибудь спутать. Возможно, здесь важную роль сыграла его первая официально изданная повесть «Мешанина», где он последовательно стилизовал Сорокина, Пелевина, Егора Радова и других представителей литературы 90‑х. Как будто выработал писательский иммунитет.
Если рассуждать практически, то книга может помочь тем, кто запутался в личной жизни, и открыть глаза на то, что они не одни такие.
Кажется даже так: проза Богословского ценна в первую очередь не эзотерическими вывертами, не своей «рок-н-ролльностью», а тем, что показывает подводные течения обыденного, обычно скрываемыми за обертками намерений, слов и жестов, некий сор, который люди обычно предпочитают не выносить из квартир.

Богословский Роман. Зачем ты пришла? - М. : Флюид ФриФлай, 2018.

От редакции

«Учительская газета», как вы, наверное, заметили, редко публикует стихотворения. Наверное, оно и правильно. Все-таки наши читатели привыкли к определенного рода материалам. Тем не менее едва ли не в каждом правиле бывают исключения. Вот и мы, получив письмо с подборкой стихотворений от автора, подписавшегося «Егор Ка Пудаков», подумали: а почему бы и нет? Предлагаем вашему вниманию стихотворение, полное щемящей тоски - то ли от случившегося расставания, то ли от жизни в целом.

Егор Ка Пудаков

*  *  *
Прощанья привкус на моих губах,
Вокзал. Огни. Прокуренный буфет.
И лето за окном в одних трусах,
И счастья до сих пор со мною нет…

Я выпью эти мерзкие сто грамм,
Пройдутся они речкой по душе.
И к бармену я к стойке - словно в храм,
Он скажет мне: «Ты пьяненький уже…»
А я ему в ответ: «И что с того?»,
И сто рублей как будто бы на чай…
Страдаю я - поэтому живой.
Я словно бы под снегом сладкий май.

Закроется буфет. И я уйду…
И никогда, наверно, не вернусь.
Смахну рукой колючую слезу
И грустной сказкой, может, завершусь.

Я износил судьбу свою до дыр.
Кончается надежды фестиваль.
И светят мне по жизни три звезды:
Сомненье, Одиночество, Печаль…