- Сергей Николаевич, мы более или менее понимаем, как можно стать, скажем, учителем, журналистом, полицейским и так далее. Но как становятся космонавтами?
- Если говорить обо мне лично, то я еще в первом классе заявил своей маме, что буду поступать на биофак МГУ. Уже не помню, с чем это было связано, но в конце концов я его и окончил. То есть я биолог и единственный ученый, который попал в российский отряд космонавтов, и, более того, единственный ученый в мире, которого назначили командиром космического корабля. Похоже, что космос был моей судьбой, и как только появился шанс заявить о себе, я тут же за него зацепился.
- Вы не так давно вернулись из очередного продолжительного космического полета, сейчас, судя по вашим страничкам в социальных сетях, проходите реабилитацию. В чем она заключается и насколько скорректировалось ваше меню?
- Вы знаете, я очень скучал по пицце, не поверите, но космонавты очень любят вредную пищу. Еще больше скучал по свежим овощам и фруктам, ведь в космосе одни консервы, сублиматы и так далее. Еда, надо сказать, достаточно вкусная, но очень быстро надоедает. Поэтому приходится вновь привыкать ко всему этому.
Что касается реабилитационного периода, то здесь все довольно индивидуально. Например, у кого-то есть склонность к полноте, им кроме регулярных тренировок приходится еще и сидеть на диете. Я же просто занимаюсь спортом. Причем и мой врач, и экипажный тренер всегда напоминают, чтобы я не перерабатывал. У меня, честно признаюсь, буквально шило в одном месте. Я всегда очень хочу куда-то бежать, куда-то лезть. Ношусь, к примеру, по терренкурам по 16-17 км каждый день, так в результате тренер бросил со мной бегать, говорит, что сил нет, но все время напоминает, чтобы я не перерабатывал, ведь это чревато травмами.
- Вас наверняка часто спрашивают о внеземных цивилизациях. Видели ли что-то необъяснимое и как, по-вашему, велики шансы на то, что мы не одни во Вселенной?
- К сожалению, ничего по-настоящему необъяснимого я не видел. Есть только намеки, и, да, я верю, что где-то что-то есть. Другое дело, что как ученый я верю доказательствам. Необычный шар в небе - это просто шар, еще одно необъяснимое атмосферное явление. При всем при этом, повторюсь, по-человечески мне было бы обидно думать, что мы одиноки во Вселенной. Она ведь огромная и безграничная. Где-то что-то точно есть, и, я уверен, оно доброе и пушистое.
- Вы, в буквально смысле вернувшись с небес на землю, очевидно, продолжили развивать свои проекты. Один из них - Российское движение школьников. Многие наши читатели уже что-то знают о нем, но расскажите, пожалуйста, чем оно занимается на текущем этапе.
- Действительно, я являюсь председателем РДШ. К сожалению, по понятным причинам мне на время пришлось отойти в сторону, но за моими плечами очень большая и сплоченная команда. У нашей организации есть представительства во всех регионах страны, большой офис сотрудников здесь, в Москве.
Сейчас многие проекты РДШ - пилотные. Во многих регионах были созданы детские организации, дальше планируем объединить их в единую структуру, чтобы у них были единый ресурс, единый подход, были применены лучшие практики из каждой школы.  
Мы распространяем бесплатные путевки так, чтобы дети из маленьких деревень и поселков, особенно из малообеспеченных семей, могли бесплатно поехать в «Артек», «Орленок», другие лагеря. Своими проектами мы стараемся поддерживать будущих лидеров страны.
- Какие у РДШ планы в части дальнейшего развития?
- Мы ставим перед собой задачу войти в каждую школу страны к 2025 году. Я уверен, что у нас это получится. Нас поддерживает Министерство образования и науки. Сейчас мы также запустили пилотный проект по подготовке преподавателей. Мы убеждены, что не может быть школьной организации без взрослого лидера, поэтому надеемся, что в каждой школе будет вожатый РДШ или заместители директора по воспитательной работе станут вожатыми нашей организации.
Кстати говоря, даже если какая-то школа пока не вошла в этот проект, любой ребенок может без проблем зайти на наш сайт РДШ.РФ и принять участие в любом проекте, победить в конкурсах, поехать на бесплатные смены в лагеря, пообщаться с другими ребятами.
- Помогает ли вам в работе над этим проектом ваша основная профессия?
- Безусловно. Профессия космонавта многофакторная, в ней ты должен решать широкий спектр задач. Ты обязан быть подкованным в медицинской подготовке, программировании, инженерной работе, науке. В общем, ты должен уметь делать все. Так и в РДШ - каждый ребенок может найти что-то интересное для себя. Надо сделать жизнь наших детей интересной, именно в этом мы видим нашу основную задачу.
- Известно, что не так давно в дополнение к основному образованию вы окончили магистратуру РАНХиГС по направлению «Государственное и муниципальное управление». Какие планы вы строите на будущее в части развития своей общественной деятельности? Признайтесь, присматриваетесь ли к депутатским и сенаторским креслам?
- Основная задача для меня сейчас - провести время с семьей, потому что по известным причинам в последние несколько месяцев я не мог уделять ей  достаточно внимания. Кроме того, мне нужно реабилитироваться. Через полгода после полета, то есть в мае-июне, я должен буду пройти медкомиссию, которая выдаст заключение, годен ли я к следующему. Буду активно работать над развитием РДШ, ведь, когда начальник, что называется, черт знает где, так или иначе возникают сложности. Есть какие-то идеи, поступает немало предложений. Расскажу личную историю. Когда я женился, то сказал своей супруге, что два полета будет точно, а перед третьим сядем и поговорим. Так что ее мнение в нынешней ситуации будет одним из главных.
- Сейчас буквально весь мир, который следит за новыми технологиями, говорит об американском инноваторе Илоне Маске и его проектах. Скажите, пожалуйста, как вы оцениваете его достижения? Каково, на ваш взгляд, соотношение настоящих результатов его компании и, скажем так, используемых пиар-технологий для их популяризации?  
- Вы зрите в корень! Илон Маск прежде всего шикарный пиарщик. Он не сделал ничего такого, чего не могли бы сделать мы. У России есть все технические возможности, чтобы построить ту же самую тяжелую ракету. Единственное, что, на мой взгляд, его по-настоящему отличает, - это дорогостоящий проект автомобиля Tesla, но и с этим продуктом есть большие проблемы. У Роскосмоса нет задач, которые ставит перед собой Маск, а кроме того, мы попросту не умеем делать пиар из любого своего достижения. У него же это получается превосходно. Маск оперирует безапелляционными заявлениями и нередко руководствуется неподтвержденными фактами. Но именно они и привлекают инвесторов и интерес обывателей, нередко перерастающий в настоящий ажиотаж вокруг его персоны.
- Вы, простите за сравнение, кажетесь настоящим суперменом, очевидно превосходящим всех киношных супергероев, включая Джеймса Бонда. Есть ли у вас какие-то слабости и что-то, за что вам по-настоящему стыдно?
- Во-первых, я периодически нервничаю, обижаюсь или вспыльчиво отвечаю в социальных сетях, особенно когда меня, что называется, «троллят» по поводу плоской Земли. Есть внутреннее неприятие идиотов, и, когда человек начинает этим бравировать, хочется, извините за прямоту, просто дать ему в лоб. Надо быть толерантнее к людям, но у меня не всегда получается.
Другой мой недостаток - я хватаюсь за все. У меня очень много проектов, идущих одновременно. Нужно научиться останавливаться и расставлять приоритеты, но и на это у меня не всегда хватает времени. Мне всегда кажется, что вот я закончу это дело, а потом решу, что делать дальше, но к тому времени меня накрывает новый вал проектов, идей, командировок и так далее. С другой стороны, благодаря этому моему качеству жизнь очень интересная, мне по-настоящему интересно проживать каждое ее мгновение.  
- Сергей Николаевич, часто ли вы слышите от детей, что они хотят стать космонавтами?
- К сожалению, нет. Хотелось бы, чтобы таких ребят вокруг становилось больше. Я искренне надеюсь, что и в том, что я делаю, есть какая-то искорка, которая западет в их души. Так, чтобы они по-настоящему «загорелись» космосом.