- Полина, вы выросли в творческой семье, ваш отец фотограф. В вашем детстве были «драмкружок, кружок по фото, хоркружок - мне петь охота»?
- Да. Мама всю жизнь отдала нам, своим детям: у меня есть еще старшая сестра и младший брат. На семейных видео мама всегда играет на пианино, а мы в костюмах и кокошниках, сшитых тоже ею, поем. Она говорит, я сначала начала петь, а потом уже говорить.
С 4 лет занималась фольклорным пением в детской музыкальной школе. Три раза мама приводила меня учиться игре на фортепиано, но я уходила. Сестра Тася, хотя ей и не нравилось, упорно училась, а я не могла, меня все раздражало, я просто била по клавишам. А мечтала стать балериной, 6 лет занималась, даже поступала в училище при Большом театре. Но там оценивают не музыкальность, а природные данные: как ты стоишь в первой позиции, во второй, делаешь мостик, шпагат. А я слышала музыку, чувствовала ее, получала вдохновение и наслаждение от самого процесса танца. Параллельно у меня в жизни появилось карате. Когда занималась, мечтала встретить хулигана, чтобы применить навыки. Потом вдруг у нас в школе начались занятия по современным танцам. Я пошла на них с мыслью, что только раз схожу, и все! Но после первого урока мне было так круто, счастье переполняло и от музыки, и от движений, и от ритмов. И больше я на балет не ходила, а занималась ар-н-би и хип-хопом.
- Помогает ли классическая хореографическая выучка в вашей профессии?
- Да, она мне очень пригодилась. В институте, хотя я к тому времени уже долго не занималась танцами, была в первых рядах. Я уверена, что девочек надо обязательно отдавать в танцы. По-хорошему, их надо с музыкой совмещать, но танцы - обязательно! Они позволяют владеть своим телом, а это дает уверенность. Для профессии актера дополнительный бонус.
Банальная истина, но все пригождается. На танцах с тебя 10 потов сходит, а ты терпишь, это и тело тренирует, и воспитывает силу воли и духа. В детстве хочется гулять, играть, бегать с подружками, но ведь именно в юном возрасте все закладывается. И если ты не будешь ничем заниматься, то потом жизнь может стать скучной, с диваном и телевизором. А когда делаешь то, что тебе сложно, это воспитывает. Моя сестра, например, все детство занималась игрой на скрипке и рыдала над ней. Зато сейчас она певица, сочиняет музыку, у нее профессия в руках, сверхспособности и умения, которых у меня нет. Сегодня у нее две музыкальные группы - «Taz Chernill» и «Pulsar Tales».
- Как из разнообразия увлечений родился интерес к актерству?
- Я любила танцевать и петь, но это все стало казаться простым и понятным, а мне хотелось чего-то сложного и всего сразу, что профессия актера как раз и подразумевает. В 12 лет меня друг позвал в Театр-студию «Квадрат» попробоваться на роль Джульетты. Я тогда не знала точно, кто это, но подумала: почему бы и нет, раз зовут? И понеслось. Но главная мечта - кино. Хотелось в этом волшебстве жить.
- Хотели оказаться по другую сторону экрана?
- Я в детстве представляла, что уеду в Голливуд и буду там самой лучшей актрисой. Это лукавство, если артист говорит, что не хочет известности. Он что, будет актерствовать у себя дома, что ли? Но недостаточно просто мечтать «быть в телевизоре». Это плоско и неинтересно. Мне хотелось путешествовать, знакомиться с новыми людьми и сниматься в разных фильмах не для того, чтобы все меня увидели (хотя и это тоже), а чтобы прожить много интересных жизней. Хотелось быть и балериной, и певицей, и саксофонисткой, и скрипачкой, и поваром, и официанткой, и ветеринаром, и дворником, и принцессой, и бездельницей! Как еще можно побыть всеми сразу, если не стать актером?
- Как готовились к поступлению?
- Говорят, не надо обращаться к педагогам, потому что они тебе простроят программу, и ты будешь неестественна. Но это зависит от преподавателя. Я готовилась с прекрасным режиссером Андреем Юрьевичем Васильевым, мы с ним вдвоем искали материал. Самое главное - найти то, что именно тебя трогает, а не то, что тебе посоветовали. Ведь не на все стихи душа откликается. Не потому, что они плохие, а потому, что ты их пока не понимаешь. А какие-то - раз! - и оказываются близкими.
Все по-разному делают: кто-то сам готовится, а кто-то вообще не готовится. Но я не могла так сделать, ведь для меня это было очень важно. Может, есть люди, которые проходят мимо театрального института, внезапно заходят на экзамен, выдают какую-то «бомбу», и их берут, но я таких никогда не видела. Дома в меня всегда верили и говорили, что в любом случае все будет хорошо, даже если не поступлю. Поступала, конечно, во все театральные институты, но заметил меня и подарил билет в счастливое будущее Владимир Владимирович Иванов, любимый и прекрасный учитель!
- Тяжело было учиться в прославленной Щуке?
- Учиться приходилось с утра и до ночи. Но в том-то и фишка, что все студенты это обожают. Театр - это душевная очень честная работа. Если ты там, то целиком и полностью. Ты не можешь прийти, думая о своем, и просто отсидеть положенные часы. Ты постоянно живешь гипернасыщенной жизнью, что-то придумываешь, читаешь, работаешь с максимальной самоотдачей. Узнаешь себя и мир, понимаешь, насколько все безгранично, освобождаешься от рамок, которые ты сам себе придумал.
- Как молодому актеру «переложиться» во «взрослую лигу»? Все-таки вы пришли в один из лучших театров страны - Вахтанговский.
- Когда я пришла в коллектив, у меня было все как у всех, кто устраивается на новое место, не больше и не меньше. Сначала было не очень уютно, но теперь я рада видеть всех - охранников, сотрудников служб, коллег. Если с любовью делаешь дело, репетируешь, работаешь, живешь там, то и место становится родным.
- Кино и театр - разные планеты. Чем вам нравятся эти два смежных вида искусства?
- В театре мне нравятся свобода и постоянный поиск. Ты можешь повеселиться, расслабиться, ты не должен выдавать результат прямо сейчас, а можешь попробовать сегодня сцену совершенно в другом ключе, нежели вчера. Это более уютное пространство. Особенно прекрасен сам спектакль. Перед первой сценой ты еще волнуешься, боишься: пойдет - не пойдет? А потом тебя просто отрывает - и понеслась машина! Ты уже не думаешь, как сыграть мелочи, ты все знаешь, живешь этим. Еще в театре есть зритель, который сопереживает, смеется, хлюпает носом, хлопает, дарит цветы. В кино такого нет.
В театре у меня роли более экспрессивные, сумасшедшие, с рыданиями, хохотом, танцами странными. Но в поиске новых форм режиссеры иногда мудрят. И зритель уходит пустой, как будто его обманули, кривлялись, говорили что-то, а о чем и зачем - непонятно. Кино более реалистичное, логичное, в нем правда. Здесь легче по-честному переживать и проживать, все понятно. Кино учит меня как актрису быть правдоподобной и органичной.
- Звездная роль - Аксинья в «Тихом Доне». Не тяготит шлейф роли?
- Нет, я с удовольствием еще что-то в народном ключе сыграю. Да и сыграла уже - в конце ноября на большие экраны вышла «Легенда о Коловрате», где у меня роль жены Коловрата Насти. А фильм «Доктор Рихтер» - русская версия сериала «Доктор Хаус».
«Тихий Дон» - это второй институт и чудеснейшее событие моей жизни. Сергей Владимирович Урсуляк в работе очень требовательный, трепетный, мудрый, жесткий, но в то же время и юморной, добрый. Столько было приключений, стрессов, падений и открытий на съемках! Многое не получалось, я это сама чувствовала и прилагала все силы, чтобы меняться.
- Не расстраивала критика? Многие не приняли вашу героиню.
- Я не читаю критику. Всем не угодишь. Мне пишут очень много прекрасных писем с благодарностью. Это самое главное.
Я читала «Тихий Дон», у меня в голове живет своя Аксинья из книжки, и она совершенно другая женщина. Но я же не Аксинья, а Полина, я актриса, и это искусство, а не реальность. Когда ты начинаешь писать стихотворение, никогда не знаешь, какое оно в итоге получится.
- В подготовке роли вы полагались на литературный материал или придумывали героиню «из головы»?
- В любом случае ты все пропускаешь через себя. Я все время думала, чем аспекты моей жизни схожи с жизнью Аксиньи. Много разговаривала с родными, читала стихи, литературу. Я жила в этом воображаемом мире. А вообще, когда играю, никто ведь не знает, о чем я в этот момент думаю. Я могу плакать хоть из-за того, что вспомнила, как у меня мишку в детстве отняли, а все будут думать, что я по Григорию плачу.
- Расскажите о своих театральных успехах.
- У меня в этом году две премьеры в Театре им. Вахтангова. Первая - спектакль Автандила Варсимашвили «Ричард III». Играть мне очень нравится, Шекспир всегда гениален и божествен. Вторая - «Сергеев и городок» Светланы Васильевны Земляковой, с которой я мечтала работать. У нее очень атмосферный и необычный театр. И на репетициях было важно общее настроение: посмеялись, поговорили, вспомнили, послушали музыку.
Спектакль по роману Олега Зайончковского, состоящему из множества рассказов. Там много смешных узнаваемых персонажей, мы и рассказываем, и изображаем немножечко. Он про самую обычную, повседневную жизнь, которой мы все живем. Когда вроде бы ничего не происходит, но это и есть наша жизнь. И что с ней делать? Светлана Васильевна не хотела ограничиваться одной темой, но однажды, когда мы ее пытали вопросами, сказала, что наш спектакль - про экстремальность повседневности.
- О чем сегодня мечтаете в театре?
- Мне так хочется самой сделать спектакль, чтобы он был уютный и вдохновляющий, как любимый фильм. Чтобы зрители и актеры приходили и были счастливы, не думали о том, куда они пойдут после, не смотрели, сколько времени осталось. Чтобы произошло волшебство и исцеление театром.