«Уже в 1898 году чиновник Министерства финансов И.Р.Минцлов следующим образом изображал порочность домонопольной практики частной винной торговли: «В Пермской губернии <…> непосредственно перед введением казенной продажи питей можно было наблюдать такие сцены: в селе имеется только одно питейное заведение, принадлежащее богатому спиртопромышленнику А. Другой спиртопромышленник - Б. открывает в том же селе второе заведение и для привлечения покупателей продает вино дешевле, спускает цену с 8 руб. за ведро в 40 л. до 7 руб. 50 коп. <…> А. немедленно объявляет, что он продает по 7 р., Б. скидывает со своей цены целый рубль, А. скидывает два. Словом, происходят торги in minus; дело доходит до того, что оба спиртопромышленника отдают вино почти даром, и эта продажа дешевки продолжается до тех пор, пока между конкурентами не установится соглашения или пока один из них, наиболее слабый, не уступит силе более значительного капитала <…> Как отражается подобная борьба на местных крестьянах? Они по мере понижения цены толпами бежали из одного заведения в другое, набирая водки в ушаты, в ведра, напиваясь до бесчувствия; пили взрослые, пили дети, пили женщины, и при 400 мороза деревенская улица была усеяна мертвыми телами… Такие сцены повторялись весьма часто, и борьба спиртопромышленников происходила не в одном только селе, а на пространстве целых уездов».
«Не хотелось бы верить, чтобы могли пить и дети, но анкета в Москве 2970 алкоголиков, сделанная врачами, их лечившими, показала, что 51 алкоголик начал пить водку, когда ему еще не было пяти лет, 239 <…> стали пить между 6 и 10 годами, 757 стали пить, когда им не было еще 15 лет, 1398 лиц стали пить с 16 лет и до 20, и только 126 - с 25 лет», - говорится в преамбуле к законодательному предложению по борьбе с пьянством 36 членов Государственной думы 1913 года».
«Несомненно, что в очень многих случаях приобщение к спиртным напиткам в детском возрасте происходило либо под влиянием наследственной приверженности («нервно-физическое вырождение»), либо родительского примера («нравственное вырождение»). Доктор Рыбаков, который лечил алкоголиков гипнозом в одной из московских амбулаторий, сообщает, что у 66,5% его пациентов были родители-пьяницы, у 92% - пьяницы среди родственников, у 36% - пьяницы среди дедов и бабок».
«Приводя примеры организации антиалкогольной работы с детьми в конце 19 - начале 20 веков, прежде всего нужно назвать имя С.А.Рачинского, профессора ботаники, деятеля народного образования, автора известной книги «Письма духовному юношеству о трезвости», организатора (еще в 1870‑е) школы трезвости в имении Татево. Его антиалкогольная работа среди детей была широко известна по всей России, многие затем стали продолжателями его дела».
«В число обязательных членов губернских комитетов попечительств о народной трезвости были включены: губернатор, вице-губернатор, депутат от духовного ведомства, губернский управляющий акцизными сборами, директор народных училищ, епархиальный наблюдатель церковно-приходских школ и председатель губернской земской управы. Состав обязательных членов уездных комитетов: уездный предводитель дворянства, исправник, депутат от духовного ведомства, представитель акцизного ведомства, инспектор народных училищ, уездный наблюдатель церковно-приходских школ, председатель уездной земской управы или городской голова.
В составе Комиссии по вопросу об алкоголизме (начала свою деятельность с 1898 года и наиболее активно работала по 1902 год) действовали подкомиссии «Об обществах трезвости, попечительствах о народной трезвости и образовательно-воспитательных заведениях», а также «По борьбе с алкоголизмом в школе».
«На рубеже 19‑20 веков очень много издавалось антиалкогольной литературы, рассчитанной на детей. Было много детских кружков трезвости при приходах: например, в Санкт-Петербургской губернии - Трезвенный кружок детей при Оятском Смоленско-Богородицком храме Новоладожского уезда. Практически все антиалкогольные организации, церковные и светские общества и братства трезвости целенаправленно работали с детьми. Это и понятно: легче вырастить трезвое поколение, нежели отрезвить уже привыкшее к пьянству».

Санкт-Петербург