Горин рассказывает нам сюжет из истории еврейского народа в последние годы существования Российской империи. Бегство из Египта никогда не кончалось, только все время меняло очертания. В начале прошлого века в России оно приняло форму изгнания из местечкового рая. Революция началась с погромов. Людям было велено бросить свои дома и бежать в неизвестность.
Режиссер Георгий Долмазян решил вспомнить русскую революцию пьесой Горина. «Поминальную молитву», поставленную в Ленкоме на Леонова, две трети зрителей в зале просто не могли видеть в силу возраста. А треть помнили и боялись плохого повтора.
Но его не случилось. Потому что режиссер поставил спектакль не только о том, что было столетие назад, но и о том, чего стали бояться сегодня.
О поиске виноватых. О том, что агрессия стала привычным фоном жизни. О невозможности сделать счастливыми всех. И даже кого бы то ни было в отдельности. Потому что счастье - редкая птица, которую не приманишь, которая прилетает сама по себе и легко покидает ветку, на которой сидит. И редко возвращается обратно. О мужестве быть покорным судьбе. О смирении и человечности. Их так мало сегодня, пусть повеет этим хотя бы со сцены.
Нет смысла пересказывать вечную историю Тевье-молочника, которого соткал из праха земного гений Горина вслед за Шолом-Алейхемом. Но для тех, кто забыл, напомним. Жил-был скромный еврей, и было у него пять дочерей на выданье. Каждый поступок в своей жизни он соотносил с Торой и спрашивал совета у Бога, перед тем как принять решение. Но Бог не помог Тевье - он потерял и жену, и дочерей, и дом, в котором прошла его жизнь. И был изгнан, и пошел искать приюта на чужой земле. Вечная история жизни, которая начинается с надежд, а заканчивается тем, что отнимает все. Трагедия, прикрытая ветошью тончайшего горинского юмора.
Самое необычное в труппе театра - это то, что играют в ней не профессионалы. А зрители плачут и смеются так, как не во всяком профессиональном театре сегодня можно наблюдать.
Единственная профессиональная артистка театра - заслуженная артистка России Людмила Давыдова - играет мудрую жену Тевье Голду. Играет блистательно, создавая вечный образ матери, которая может помочь своим детям и мужу даже с того света. Играет женщину, которая полна сострадания к человеческим слабостям, которая готова принять любой удар и которая мечтает о счастье детей, как его понимают все матери, а позволяет сделать выбор в сторону того счастья, которое хотят дети.
Тевье-молочник в исполнении Евгения Никулина оживил горинский текст, наполнив его пониманием юмора автора. Казалось, шутил с нами три часа не Горин, а сам Тевье. Блистательно изобразил незадачливого родственника из Бердичева Менахема Фамиль Велиев, мясника Лайзера - Юлий Огульник. Органично сыграны и остальные роли, что еще раз доказывает то, что артистом, как и драматургом, надо родиться.
Все актеры - выпускники студии при театре МОСТ. В свободный день они приходят в театр, набрасывают на вешалку пиджак своей первой профессии и остаются один на один со второй - любимой, тайной и настоящей.
МОСТ, сохраняя традиции студенческого театра МГУ, из которого вырос, ставит пьесы с повышенным болевым порогом. Вспомним, что именно с «Уроков музыки» Людмилы Петрушевской, поставленных Романом Виктюком, этот театр стал известен всей театральной Москве. Его худрук Евгений Славутин никогда не изменял однажды выбранной этим театром идее - искать свет в темноте и говорить о любви там, где ее найти очень сложно. Идея немодная. Почти все площадки сегодня заняты пошлостью и чернухой. Дурная мода варварских времен. Но она неизбежно спадет, как грязный снег в теплый весенний день.
…У каждого свое столетие русской революции. Кто-то вспомнит Ленина и Троцкого. А я вспоминаю, как бежала моя семья, везя керенки в печной трубе, из Орловской губернии через всю страну в глухую Сибирь. Чтобы выжить, растворившись и спрятав корни. И страх сказать о происхождении был так силен, что молчали сто лет. Мама рассказала мне правду, когда мне было уже за сорок, а маме за семьдесят. Страх длиною в три поколения не победил кровь. В Голде я узнаю свою маму. В ее дочерях - сестру. В Тевье - деда, отца которого репрессировали как английского шпиона, чтобы оправдать уже убитым.
Это и моя «Поминальная молитва». Встречаем субботу, Тевье.