Известный писатель Роман Сенчин один из немногих, кто успел ознакомиться с романом «Убить Бобрыкина», сенсационно ставшим победителем премии «Русский Букер». О своих впечатлениях от прочтения он делится с читателями «Учительской газеты».

Сначала я прочитал название этой книги как «Убить Боборыкина». Решил: какая-то постмодернистская игра, сутью которой наверняка является плодовитый писатель-долгожитель Боборыкин, который типа всем надоел и его хотят убить, и отложил чтение до лучших времен.
Эти времена, для меня по крайней мере, наступили, я вчитался в название и заметил, что убить-то некто хочет не Боборыкина, а Бобрыкина. Исчезновение одной буковки удивительным образом изменило мой настрой, и я стал читать.
Первые строки книги (лучше буду называть ее повестью) предельно динамичные, лаконичные, приводят в некоторое недоумение: а что будет дальше на остальных почти двух сотнях страниц? Кажется, тут хватит и на миниатюру в духе Хармса.
Но уже следующие абзацы, когда главный герой повести Шишин идет в магазин, демонстрируют, что история завязывается долгоиграющая. А такой художественный штришок, как «снежным облаком лежало на крышах небо», заставляет читать дальше, надеясь на новые художественные штришки.
Я рад, что открыл для себя нового автора - Александру Николаенко. Совершенно особенный нынче текст, но в традициях определенного течения русской литературы. Не хочется сейчас перечислять предшественников Николаенко. Ограничусь Добычиным.
Причем, что важно, повесть «Убить Бобрыкина» написана органичным для автора языком. Я разыскал другие вещи Николаенко, ее автобиографию, увидел: она живет в этом стиле, она так писательски мыслит, а не играет.
Повесть трагическая, хотя для кого-то может показаться почти мультяшной. Но сколько раз я лично видел в Москве рядом с Красной площадью, у Третьяковской галереи, в Питере возле Казанского собора, на Дворцовой площади таких вот Шишиных, их матерей (отцов). Они ругаются дурными голосами, грозятся друг друга убить, плачут, обнимаются… И зачастую не скажешь, что это какие-то алкаши, соловьи, но убогие, обиженные судьбой люди.
Шишин напомнил мне их, и мне стало по-настоящему печально, и пришла мысль, что, даже если некая сила создаст рай на земле, все равно в этом раю будут Шишин, его мать и подобные им.
В определенный момент чтения - страниц через тридцать - мой интерес стал снижаться. Я увидел, что сюжет не развивается. Но потом понял, что он и не должен развиваться. В жизни обычно все идет по кругу, разорвать круг очень сложно, а в литературе обычно эти круги герои рвут один за другим - нужно ведь развивать сюжет… Очень хорошо, что автор здесь осталась верна правде жизни своего героя. И хоть концовка вроде бы показывает, что круг он разорвал, но последние строки опровергают это. Все по-прежнему, ад на месте…
У нас сегодня много авторов хороших и разных, оказаться замеченным сложно. После прочтения мне очень захотелось, чтобы книгу «Убить Бобрыкина» заметили. Уточню: не вознесли, а именно заметили. Как для одних она - книга - может стать объектом восторга, так для других - причиной буйного негодования. Как любое нерядовое произведение литературы.