Когда я стал ездить за границу, поначалу заготавливал фразы для общения. Однако не помогало. Говорил-то я неплохо, а вот ответ собеседника был для меня пустым звуком. Почти ничего на слух не понимаю. Но в путешествиях незнание международного английского совсем мне не мешает.
Вот, к примеру, история из последних. Поехали мы в Братиславу. Поезд «Москва - Варшава» отправлялся с Белорусского вокзала в Москве. В Варшаве наши вагоны прицепляются к польскому поезду, который идет  до Софии через Братиславу, Будапешт, Белград.
На перроне Белорусского вокзала ажиотажа не было. Кроме нас ходил туда-сюда колоритный старичок, похожий на Дядюшку Ау из одноименного мультфильма. Говорил он с акцентом, а ехать хотел до Софии. «Значит, болгарин», - подумал я.
Старичок между тем настоятельно требовал начальника поезда. Проводник объяснял, что и начальник поезда не посадит его в вагон, потому что билет-то есть, но нет шенгенской визы, и высадят его на границе, несомненно.
Но Дядюшка Ау не унимался, и его пустили в вагон.
Когда поехали, выяснилось, что нас в вагоне шестеро: два проводника - муж и жена, нас двое, Дядюшка Ау и еще один мужчина, которого проводники посчитали сербом, поскольку ехал он до Белграда.
Старичок переоделся - снял куртку, заменил вязаную шапку на берет и надел темные очки. Теперь он стал  похож на шпиона из советского фильма. Дополняла загадочный вид седая борода средних размеров.
Дядюшка Ау прошел мимо нашего купе с таинственным выражением лица и засел у серба в соседнем купе. Голос у него был такой, что даже если бы мы были в конце вагона, обязательно узнали бы все о жизни Дядюшки Ау.
Он оказался не болгарином, а восьмидесятилетним грузином, который в былые годы жил в Ереване и работал там в Музее революции. Сейчас он живет в Подмосковье один. Есть любимый племянник в Софии, куда и едет дедушка в санаторий. А турфирма ему такое устроила: продала тур и билеты на поезд без визы!
Тут к нашему грузину пришла проводница: «Подпишите, пожалуйста, бумагу, что мы вас предупредили о высадке на границе». «Э нэт, - сказал дед, - я устно скажу».
Пришлось нам подписать, что мы были свидетелями предупреждения старика-грузина о высадке на границе. Проводница сказала: «Вы, конечно, слышали, что я с ним про визу говорила». Глухой бы услышал!
И про визу слышали. И инструктаж о жизни пассажиров в вагоне тоже.
Проводница:
- Когда будете выходить из купе, возьмите электронный ключ, вот эту карточку. А то выйдете, дверь захлопнется, и без карты не войти.
Старик:
- А я ныкуда нэ пойду!
Проводница:
- Ну как же?! В туалет, например.
Старик:
- Да ви знаете, я достаточно редко хожу в туалет.
И так весь путь до государственной границы.
По дороге нас посетил еще начальник поезда с просьбой оценить качество обслуживания. Мы оценили, поговорили «за жизнь», через час расстались друзьями.
Границу, куда бы мы ни ехали, поезд чаще всего пересекает ночью.
С белорусскими пограничниками все прошло гладко.
Пришли поляки. Дошли до спящего дедушки-грузина. Разбудили.
- О! А где это я?! В какой стране? - удивленно спросил он.
Ему объяснили.
- А ты поляк! - почему-то с восхищением в голосе произнес грузин.
- Поляк, - спокойно ответил пограничник. - А вам, дедушка, надо вернуться в Брест.
- Мнэ нэльзя ехать за границу? - уныло произнес старик.
- Льзя, но на самолете, чтобы сразу в Софию, - поляк достаточно хорошо говорил по-русски.
- Да, я понимаю, - смирился дед. - Ви виполняете свои обязанности. Это нэ потому что я другой нации. Я понимаю.
Три пограничника помогли дедушке одеться, собрать вещи. Вынесли вещи, посадили в электричку до Бреста и объяснили, как там получить транзитную визу и все-таки доехать до Софии.
«Дедушка активный, не пропадет», - решили все мы, оставшиеся.
В Бресте к сербу еще подсел белорус, веселый, говорливый, хитроватый.
А вот серба пограничники увели платить штраф. Оказалось, две недели назад вступил в силу какой-то циркуляр, осложняющий проезд гражданам Боснии и Герцеговины через Польшу.
«А наш-то не сербом оказался, - сказал проводник, когда «несерб» ушел с пограничниками, - хотя, может, и серб, только не сербский, а боснийский».
Потом «несерб» вернулся. Белорус стал его расспрашивать, что да как, сколько заплатил. «Пятьдесят евро и один доллар», - ответил серб.
Странная сумма штрафа.
Утром нас разбудило спокойное семейное переругивание проводников за завтраком. Потом муж-проводник куда-то ушел, а проводница зашла к нам, чтобы обсудить ночные события.
Тут-то и выяснилось, что пятьдесят евро сербу дала она, потому что у него был всего один доллар. Его обманули в Москве, не заплатив за работу. На билет до Белграда хватило, и все.
Так что завтраком его тактично угостили мы, а обедом - семья проводников.
А к чему я это рассказываю? К тому, что все мы - многонациональная, разношерстная компания - прекрасно нашли общий язык, разговаривая по-русски. Кстати, начальник поезда был украинцем.