Алексей Леонов - ученый. У него несколько изобретений и более десятка научных трудов. А еще Алексей Архипович художник, член союза профессиональных художников. Автор более двухсот картин и пяти художественных альбомов. Это пейзажи, портреты космонавтов, фантастические сюжеты. У Алексея Архиповича два страстных увлечения: космос и живопись. В космонавтику он привнес эстетику, а в живопись - идеи и образы космического века.
Если перечислять его многочисленные награды, на это уйдет несколько страниц.

С Алексеем Архиповичем я встречалась несколько раз - на пресс-конференциях и лично, пять раз брала у него интервью. Помню, немного опаздывала на нашу первую встречу по вине транспорта, поэтому боялась, что Алексей Архипович сократит время моего визита, да еще выскажет свое недовольство, что я у него, сверхзанятого человека, отнимаю дорогое время. Но ничего подобного. Он был, как всегда, простым, обаятельным, добродушным человеком.
А говорили мы вовсе не о космосе, а о воспитании школьников. Алексей Архипович в то время (шел 1981 год) был председателем родительского комитета школы Звездного городка, где тогда училась его младшая дочь Оксана. Встреча происходила как раз накануне Всесоюзной конференции родителей-активистов. Я, конечно, предполагала, что летчик-космонавт, в то время заместитель руководителя Центра подготовки космонавтов, был избран председателем родительского комитета скорее всего в роли почетного председателя, как обычно говорят в таких случаях - свадебного генерала.
Однако это оказалось не так. Он сразу заговорил о роли родительского комитета в воспитании детей. «Наше участие в делах школы нельзя сводить, как это порой бывает, только к заботе о ремонте здания, оборудованию кабинетов. Родительский комитет - это общественная организация, а не бригада разнорабочих, и его помощь учителям должна быть более значимой. Такую значимость я вижу в реальном участии в воспитательном процессе».
Потом мне в школе рассказывали, что Алексей Архипович вникал во многие школьные проблемы, знал почти всех детей по имени, кто из какой семьи и как учится. Он считает, что нужно воспитывать не только своих детей, но и чужих - «за них мы тоже в ответе». Именно по его инициативе в родительский комитет избирали в основном отцов.
«У них есть естественное стремление растить сыновей и дочерей достойнее себя, лучше себя. Считаю, что воспитание мужества, мужественности в детях без влияния мужчин невозможно. Слово «мужество» - синоним гражданственности. Нельзя оставлять школу (где преподают одни женщины) без мужского внимания. Сегодня же мужчины далеки от воспитания детей. Не потому ли чисто мужские качества - снисходительность к слабому, сознание собственной силы и умение найти ей достойное применение - становятся редкими?»
Кстати, и второе наше интервью, которое называлось «Им лететь выше», было посвящено воспитанию детей. Я была у Алексея Леонова в мае 1984-го, накануне его пятидесятилетия. «Я хочу видеть наших детей образованнее нас, потому что им идти дальше, лететь выше». Сетовал, что в каждой школе примерно 10% ребят освобождены от физкультуры по состоянию здоровья, предлагал ввести еще один урок по этому предмету.
Конечно, я спросила у Алексея Архиповича, как он относится к тому, что изобразительное искусство тоже продолжает оставаться (кстати, и сегодня) второстепенным предметом? Он ответил так:
«Никакой запас знаний не заменит чувственного восприятия мира. Чтобы стать достойным человеком, необходимо быть эстетически воспитанным, эмоционально отзывчивым. Рисование развивает наблюдательность, усидчивость, вносит разнообразие в монотонный учебный процесс.
Иногда я беседую с подростками и порой удивляюсь узости их интересов, неумению видеть красоту природы, равнодушию к шедеврам великих живописцев. С особой теплотой вспоминаю своих родителей, сумевших увидеть в моих первых детских рисунках серьезное увлечение. Отец подарил мне цветные карандаши, несколько листов плотной бумаги и акварельные краски. Целое богатство в то трудное военное время. Цвет яркий, волнующий, таинственный вошел в мою жизнь и открыл для меня новую красоту. И я бы, наверное, стал художником, если бы не увлекла другая красота - красота вечно манящего неба».
Говорили мы и о просчетах школьного образования того времени. Он занимался отбором и подготовкой космонавтов и видел все недостатки в образовании кандидатов в космонавты. «Уже с первого знакомства с ними я обнаруживаю недостаточную образованность, воспитанность у молодых парней. Встречаются и такие, кому трудно в коллективе, - это тоже просчеты в воспитании. А ведь космонавт должен уметь каждой клеткой своего существа ощущать товарища по экипажу. Не все молодые люди умеют заниматься самовоспитанием. А это качество особенно важно в нашем деле. Хочешь управлять сложнейшей техникой - научись сначала управлять и владеть собой».
О воспитании детей Алексей Архипович говорил и во время недавней, пятой, встречи, когда он делился воспоминаниями о своем лучшем друге - Юрии Гагарине.
В конце интервью Алексей Архипович сам заговорил о школе. (Он и теперь часто общается со школьниками, студентами, учителями.) Неожиданно вспомнил фильм «Сельская учительница»: «В моем представлении именно такой она и должна быть: умной, полной достоинства, женственной, чтобы на нее влюбленно смотрели все юноши. Так и должно быть. Сегодня в школу идут по-прежнему одни женщины, мужчины не хотят учить детей только из-за низкой зарплаты. Мне хотелось бы привести один пример из истории Германии. Великий Фридрих поднял страну благодаря учителям, которые стали главными в школах, он вывел их из подчинения чиновникам и установил им высокую зарплату. За одно поколение Германия стала самой грамотной страной в мире. Это было достижение учителей. Вот и у нас в образовании ведущей должна стать роль педагога. Я считаю, что эта работа должна быть самой высокооплачиваемой».
Алексей Архипович с благодарностью вспоминает своих учителей, он помнит не только их имена, но и связанные с ними события, повлиявшие на его жизнь.
Но в основном тогда Алексей Архипович говорил о Юрии Гагарине. Кстати, третье мое интервью с ним в 1986 году тоже было о Юрии Гагарине, оно посвящалось 25-летию со дня первого в истории человечества полета в космос. Следует отметить, что в своих воспоминаниях о первом в мире космонавте Леонов ни в чем не повторяется, они дополняют друг друга, и если их совместить, то получится более живой и полный портрет первого гражданина Вселенной.
Особое место в моей памяти занимает мое четвертое интервью с Алексеем Леоновым. Шел 1987 год. Газеты и журналы наперебой писали о скрытых еще недавно страницах истории страны, раскрывали научные тайны. И поскольку я в то время много писала о космосе, то решила обратиться к «секретам», связанным с его освоением, журналисты наперед бросились их добывать. Мне тоже захотелось чем-то удивить читателя. Я уже тогда знала о некоторых происшествиях в космосе, в пилотируемой космонавтике больше, чем писали в газетах, о чем говорили только в узком кругу, да и то шепотом. Например, о том, что во время выхода в открытый космос у Алексея Архиповича разбух его скафандр и была реальная опасность, что он не сможет вернуться на корабль. Этот случай тоже относился к числу засекреченных. То была сложнейшая экстремальная ситуация, из которой Леонов вышел благодаря исключительному самообладанию и мужеству. И вот во время этого интервью (в нем в основном речь шла о подвиге Владимира Джанибекова, оживившего замерзшую орбитальную станцию) он рассказал мне и о своем выходе в космос со всеми подробностями.
Каждое интервью о космосе обязательно требовалось визировать у цензора. Всегда все шло хорошо. Но на этот раз он не только не завизировал, но еще и помчался сначала к Валентину Павловичу Глушко, тогда главному конструктору, а потом и в Звездный городок к Алексею Леонову. Я испытывала настоящее смятение: выходит, что я его подставила, описав тот эпизод, не посоветовавшись с ним.
И тогда я поехала к Алексею Архиповичу. Заранее придумала извинительные слова. Но они не понадобились. Ни тени упрека. Я, как и в прежние встречи, увидела доброго, улыбающегося Алексея Архиповича. Мы сели и вместе поправили материал. И он был напечатан под заголовком «В жизни всегда есть место подвигу».
Вот таким думающим, доброжелательным, с чувством юмора, с образной речью я увидела Алексея Архиповича и во время последней встречи три месяца назад, когда он делился воспоминаниями о своем друге - Юрии Гагарине.
Их называли космическими братьями. Оба - наши подлинные национальные герои. Люди исключительных волевых и моральных качеств, прошедшие жесткий отбор, годы упорной учебы и тренировок, совершившие подвиги на грани человеческих возможностей. Они всегда оставались верны своему выбору, были влюблены в свое призвание, в космос. Но при этом они всегда были земными людьми с открытой душой. Таким сегодня я вижу Алексея Архиповича Леонова, пережившего друга, преодолевшего тяжелые испытания профессией и сохранившего бодрость духа, оптимизм и открытое людям сердце.

P.S. Коллектив «Учительской газеты» от всей души поздравляет Алексея Архиповича Леонова с юбилеем!