А что, собственно, происходит с ПИ РАО?  С таким вопросом я ринулась к своему давнему знакомому, который сорок лет отработал в ПИ РАО, из них 22 года директором этого института, академику, президенту Федерации психологов образования России Виталию Рубцову. Но Виталий Владимирович наотрез отказался разговаривать со мной о происшедшем. «Информации и комментариев не даю, я не по этому делу», - довольно резко ответил он по телефону на вопрос. «А что, собственно, вышло, когда и почему?» - «Никаких скандалов не хочу и не инициирую; что вышло, то вышло». «Но ведь вы, как директор...» - сделала я еще одну попытку. «Я не директор, - тут же пресек мою попытку получить ответ Рубцов, - меня уже уволили с должности». На этом разговор закончился, но вопросы, конечно, остались, как и желание все же получить на них исчерпывающие ответы.
На сайте ПИ РАО никакой информации по этому поводу не было. Разве что написано, что «исполняющим обязанности директора назначен доктор психологических наук, профессор, академик РАО Сергей Малых», но нет никаких документов и сообщений о переменах в институте, сотрудники толком ни о чем не информированы.
Малых известен всем давным-давно как ученик, соратник и заместитель Рубцова на посту директора в ПИ РАО, это человек серьезный, с не менее серьезными работами. Мог ли Сергей Борисович стать директором? Мог. Но одна деталь - на сайте ни слова о том, почему ушел Рубцов (и ушел ли), ни слова благодарности вслед. Домыслов о том, что должно было произойти, тут уйма.  Конечно, в последние годы Рубцов был совместителем, будучи еще и ректором Московского городского психолого-педагогического университета, так, может быть, РАО теперь экономит деньги и расстается с совместителями? Но цена академику Рубцову гораздо выше, чем зарплата совместителя в смешных рублях: он ведь создал современный тандем НИИ и вуза, выстроив такой научно-образовательный центр, что даже иностранцы в последнее время зачастили, чтобы изучить его работу и, возможно, даже скопировать ее модель.
Поиск ответов на возникающие вопросы постепенно складывался как пазл в четкую картину происшедшего. В конце декабря 2013 года, как говорят сотрудники ПИ РАО в протестных письмах в вышестоящие инстанции, Виталия Рубцова вызвали в президиум РАО и предложили подписать бумагу о передаче имущества института на баланс академии. Дело в том, что до недавнего времени все НИИ академии были юридическими лицами, оперативно управляли зданиями, в которых находились, то есть были самостоятельными в той мере, в какой им это было позволено уставом РАО. Да и РАО была относительно самостоятельной до 26 декабря 2013 года, когда вышло постановление Правительства РФ от 26 декабря 2013 года №1290, в котором сказано: «Министерство образования и науки Российской Федерации осуществляет функции и полномочия учредителя организаций, находившихся в ведении Российской академии образования; Федеральное агентство по управлению государственным имуществом осуществляет функции и полномочия собственника». В связи с этим решением и начались реформы в РАО, но, как видно, не с обсуждения того, какие задачи новый учредитель ставит академии, а вовсе даже с переоформления прав на собственность. Именно поэтому 27 декабря 2013 года Виталия Рубцова и пригласили в президиум РАО, чтобы он официально передал имущество ПИ на баланс РАО, а он взял и отказался это сделать. В ответ ему сообщили, что академия не будет подписывать с ним контракт на директорство, а старый в те дни уже переставал действовать, однако и эта информация не заставила Виталия Владимировича поставить свою подпись на документе о передаче имущества.
Почему Рубцов так поступил, ведь знал, что есть проект нового устава РАО, в котором предусматривается «втягивание» относительно самостоятельных академических институтов в единую академическую структуру, что, очевидно, предполагает ликвидацию и юридических лиц, и их прав на оперативное управление. Но устав РАО в конце декабря прошлого года еще не был утвержден (во всяком случае, никакой информации на этот счет у сотрудников академии нет), видно, еще не было и приказа министра образования и науки РФ Дмитрия Ливанова о реорганизации институтов, так какая реорганизация может быть в отсутствие таких документов? На самом же деле реорганизация, видимо, началась и без них, директора практически всех институтов РАО документы о передаче имущества подписали, единственным строптивцем оказался директор ПИ РАО. Но действовал он из соображений, знающим людям вполне понятных.

«Без преувеличения, уничтожение Психологического института РАО, вначале de jure, а потом и de facto, означало бы для российской психологии то же самое, что разгром МХАТа для русского театра. Тема требует обсуждения на самом высоком уровне, а не в кабинетах среднеуровневого начальства».
Владимир Кудрявцев,
зав. кафедрой теории и истории психологии Института психологии им. Л.С.Выготского РГГУ


В 2012 году институт отметил 100-летие создания, в 2014 году будет сто лет со дня открытия института в новом здании, специально построенном для него на деньги московского благотворителя. Основателем Психологического института, тогда еще не принадлежавшего никаким академиям, был профессор МГУ, создатель одного из направлений в психологической науке Георгий Челпанов, а благотворителем - купец Сергей Щукин, пожелавший дать институту имя его покойной супруги Лидии Щукиной. В течение ста лет деятельности института с ним были связаны имена выдающихся представителей отечественной культуры и науки - психологов, историков, филологов (Н.Бердяев, С.Булгаков, В.Зеньковский, К.Локс, Л.Лопатин, Б.Пастернак, П.Попов, Л.Шестов, Г.Шпет), в нем работали основоположники отечественной психологии Г.Челпанов, П.Блонский, Л.Выготский, А.Лурия, С.Рубинштейн, А.Леонтьев, Н.Бернштейн, Б.Божович, А.Запорожец, Д.Эльконин, В.Давыдов и многие другие.
Менялись поколения психологов, возникали крупные психологические школы, но неизменным было одно - Психологический институт располагался в здании, построенном на деньги Щукина и переданном институту, в том самом, которое нынче реформаторы вознамерились отобрать. Тут интересно вспомнить о том, как ПИ оказался в РАО. Жил-был он спокойно и благополучно до 1943 года, правда, быть по-настоящему самостоятельным ему в советские времена не давали, хотя на здание никогда не покушались. За свою долгую историю институт сменил несколько названий: Московский государственный институт экспериментальной психологии Российской ассоциации научно-исследовательских институтов общественных наук (1924-1930), Государственный институт психологии, педологии и психотехники Российской ассоциации научных институтов марксисткой педагогики (1930-1934). Когда в 1943 году в стране создали Академию педагогических наук, то институт передали ей, назвав Научно-исследовательским институтом психологии АПН РСФСР, в 1992 году в рамках РАО институту возвратили его первоначальное наименование - «Психологический институт им. Л.Г.Щукиной». То есть в первый раз институт потерял свою самостоятельность при Сталине, второй раз сами знаете при ком, но этот кто-то, уверена, об этой потере и понятия не имеет в отличие от Иосифа Виссарионовича, четко знавшего, почему, для чего и зачем нужно ограничивать свободу не только людей, но и научных институтов. Но даже Сталин на имущество института не покушался, а теперешнему первому руководителю государства здание ПИ РАО точно не нужно, зато есть люди, которым это оказалось необходимым. Однажды Рубцову уже пришлось отбивать здание от ведомства, ведающего недвижимостью, чьи чиновники, что называется, протягивали к нему алчные руки. Конечно, здание-то практически рядом с Кремлем, его цена для жаждущих гораздо выше, чем цена ПИ РАО со всеми его научными и педагогическими исследованиями. Иначе те, кто желает отнять здание, нынче поостереглись бы лишать институт руководителя, известного не только в Москве и России, но во всем мире тоже как автора одного из крупных научных направлений в психологии.
Цена самого Рубцова велика не только потому, что сам он известный ученый, но и потому, что он шаг за шагом создавал и создал удивительно плодотворный союз науки и практики. И АПН, и РАО постоянно критиковали за то, что далека академия от реальной системы образования с ее проблемами и потребностями в научных разработках. А Рубцов сначала создал при ПИ РАО социально-психологический колледж, потом на базе колледжа при всемерной поддержке тогдашнего руководителя Департамента образования Москвы Любови Кезиной - Московский психолого-педагогический институт, вскоре ставший уникальным университетом. Ученые ПИ РАО преподавали и преподают в МГППУ, вузовские преподаватели занимались и занимаются наукой в ПИ, все вместе они, например, создали уникальную психологическую службу Москвы, использовали уникальное оборудование, которым в России не обладает никто, а МГППУ сам приобретал его на гранты, которые завоевывал в конкурсах. Я помню, как в МГППУ состоялось выездное заседание прежнего президиума РАО и как академики с восторгом, удивлением и даже некоторой завистью наблюдали за тем, как это оборудование используется и для проведения экспериментов, и для научной работы специалистов ПИ РАО и МГППУ.
Вообще нынче Психологический институт РАО специалисты знают как крупнейшее научно-исследовательские учреждение России, научные подразделения которого ведут широкомасштабные психологические исследования - от изучения фундаментальных проблем теории и истории психологии, закономерностей развития и регуляции психики до практико-ориентированных разработок проблем развития человека в конкретных видах его деятельности (в общении, игре, учебной и профессиональной деятельности). Приоритетные направления в работе института определяет социальный заказ на психологическое обеспечение обучения, развития и воспитания детей и взрослых в условиях сложно меняющегося общества, в условиях создания и поддержки эффективных систем личностно ориентированного образования, предназначенных для различных контингентов обучаемых. В последние годы ПИ РАО и МГППУ в рамках созданного научно-образовательного комплекса работают напрямую на выполнение заданий Министерства образования и науки РФ. РАО отныне подчиняется министерству. И возникает еще один вопрос: а кто-нибудь посоветовался с министерством, прежде чем нивелировать этот уникальный комплекс, сводя его до уровня рядового звена в системе РАО?
По идее самый высокий уровень - это Министерство образования и науки РФ, которое может теперь забрать под свое крыло не отдельный вуз, а весь научно-педагогический комплекс (а еще у ПИ РАО есть все тот же колледж, а еще он взял под свое крыло школу РАО №91), пока тот еще не распался. А угроза этого существует, ведь и.о. директора ПИ РАО Сергей Малых, как полагают сотрудники института, бумагу о передаче недвижимости подписал, хотя 28 января 2014 года на встрече с заведующими лабораториями и дирекцией ПИ РАО на вопрос о судьбе Соглашения о передаче имущества ПИ РАО на баланс РАО не ответил.
«Мы будем бороться в чиновных кабинетах, но и поддержка российской общественности нам очень важна. Обращаемся к коллегам с просьбой помочь нам разобраться в ситуации, предать проблему гласности и спасти институт от фактического уничтожения, закамуфлированного словами о его реорганизации», - пишут сотрудники ПИ РАО в сетях. Хорошо бы их услышали до того, как они с протестом выйдут на улицы, те, кто вправе принять разумное решение и сохранить научное достояние страны.