Открывая старый русский учебник, выдержавший не один десяток изданий, невольно проникаешься уважением к тем, кто его писал и печатал, кто по нему учил и учился... Он хранит в себе дух и уклад старой Школы, благодаря которой мы сегодня не оторвались от своих корней и продолжаем культурную традицию, - пишет в своем вступительном слове один из инициаторов проекта, первый заместитель руководителя Департамента образования Москвы Михаил Тихонов. - Из таких соображений группа руководителей негосударственных образовательных учреждений Москвы решила осуществить издательский проект «Учебник классической гимназии». Репринтное издание проверенных временем и незаслуженно забытых школьных учебников и пособий мы понимаем как долг современного учительства перед отечественной педагогической традицией». Учебники предполагается издавать без каких-либо сокращений.

Хорошая школьная книга - это разговор

В учебнике Смирновского, состоящем из пяти книг, слиты воедино несколько дисциплин - русский язык, история литературы (причем заканчивается она именами Гоголя и Островского), теория литературы, даются знания по отечественной истории. Глава, посвященная творчеству того или иного писателя, включает тексты его произведений, иногда это достаточно большие отрывки, что сближает учебник с хрестоматией. Многое из того, что сюда вошло, в современной школе не проходят, например, «Россияду» Хераскова.

И все-таки учебник ценен, хотя практическое его применение весьма сомнительно. Чем? Выступая на презентации издания Смирновского в Российской академии образования, ректор Московского гуманитарного педагогического института Александр Кутузов отметил:

- Возникает важнейший вопрос: что взять из старых учебников и как взять? Когда создавался этот учебник, ведущими понятиями в обществе были «идеал» и «стремление». Сейчас - ценности и смыслы. Это то же самое или нет? В зависимости от ответа мы сможем определить, до какой степени учебник может вернуться. Тем не менее подобные учебники должны войти в круг обязательного знакомства. Появление этого учебника, тем более если он окажется не последним, свидетельствует, что происходят глубинные подвижки в сознании нашего педагогического мира. Если серия продолжится и наше педагогическое сообщество поддержит ее, значит, традиции нашей школы до конца не умерли и у нас есть надежда возродить то лучшее, что было в дореволюционной и советской школе.

...Выход «Истории русской словесности» знаменует собой единение разных филологических позиций, теорий словесности, взглядов на понимание литературы и ее функцию. Издание книги особенно ценно с культурологической стороны. Виталий Рубцов, ректор Московского городского психолого-педагогического университета:

- В течение долгих лет я дружил с замечательным русским философом Алексеем Лосевым. Однажды я посетовал, что не хватает профессионалов. Лосев говорит: «Дорогой мой, потому не хватает людей с хорошим высшим образованием, что нет хорошего среднего. Если бы было достаточно людей с хорошим средним образованием, то, наверное, нам не требовалось бы так много людей с плохим высшим». Тех, кто получил хорошее высшее образование после хорошего среднего, будет вполне достаточно, чтобы решать многие задачи, которые Россия ранее решала вполне. Сам Лосев окончил классическую гимназию и много рассказывал о ней. «Знаешь, в чем дело? Не стало у нас хороших учебников», - сказал он. Я задал вопрос: «Алексей Федорович, что такое хороший учебник?» - «Хороший учебник - это разговор. Разговор того, кто знает, о чем он говорит, с тем, кто читает. Тот, кто пишет учебник, должен поговорить о том, что он передает». Что передает в этом учебнике его автор Петр Смирновский? Он передает историю смыслов, историю культуры. Он передает Слово. Слово было в начале именно потому, что оно было Смыслом. Психологи это очень хорошо знают. Первое понятие, говорил Выготский, появляется у ребенка тогда, когда для него бессмысленное слово становится значением. Так вот, хороший учебник - тот, который воспроизводит смысл и который написан в форме разговора. Хорошая форма изложения в учебнике - это когда ты и слышишь, и понимаешь, в противовес декартовскому «Слышу, но не понимаю». Старинные учебники, или, как говорил Лосев, «стариннейшие», передавали смыслы.

Что такое розмысл?

Кроме неповторимой стилистики, кроме духа старой школы, который ощущается через учебник, в нем содержится много интересного и познавательного даже на сегодняшний день, хотя учиться по Смирновскому вряд ли кто рискнет.

- Конечно, мы не прочтем здесь у Пушкина «Пока свободою горим, пока сердца для чести живы», - заметил Михаил Тихонов, - зато прочтем полностью оду Ломоносова, посвященную Екатерине Второй, откуда каждый школьник знает: «Ведь может собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов Российская земля рождать». Здесь мы узнаем, как назывался раньше инженер. У Хераскова в «Россияде» - розмысл. Вслушаться в это слово, наверное, полезно всем, кто занимается точными науками.

Заведующий кафедрой русской словесности и межкультурных коммуникаций Государственного института русского языка имени А.С.Пушкина Владимир Аннушкин поделился размышлениями о том, что такое словесность:

- Родоначальником этого слова стал первый «Словарь Академии Российской», тот самый, о котором обмолвился Пушкин: «Хоть и заглядывал я встарь в академический словарь». Смотрите, как важно в жизни найти точное слово и ввести его в жизнь. Это было эпохальное время для России: начало XIX века, Отечественная война 1812 года. И начинаются учебники словесности! Что это такое? «Словарем Академии Российской» занимались все крупнейшие ученые страны. С какой целью? С целью достижения чистоты русского языка. «Словесность» в «Словаре Академии Российской» 1789-1793 года определяется как «дар, способность творить и писать», второе значение - «знание словесных наук». Затем слово «словесность» начинают употреблять учителя Лермонтова, Пушкина и первые учебники 1815 года Толмачева, Греча, в 1830-е годы мы видим его в «Чтении о словесности» Ивана Ивановича Давыдова. Словесность понимается как совокупность всех словесных наук, теория языка, речи, слова. Белинский пишет о том, что словесность - не то же самое, что литература. Она включает все словесные произведения - не только художественную литературу, но и ораторскую прозу, исторические сочинения, диалоги, разговоры. Мы должны осмыслить величие и значимость того, что такое словесность. Задача филологов - объяснить обществу, как велико значение языка для организации жизни.

Будущее России светло

Президент РАО Николай Никандров, выступая, по памяти процитировал начало «Древней российской истории» Михаила Ломоносова:

- «Народ российский от времен, глубокою древностию сокровенных, до нынешнего веку толь многие видел в счастии своем перемены, что ежели кто междоусобные и отвне нанесенные войны рассудит, в великое удивление придет, что по толь многих разделениях, утеснениях и нестроениях не токмо не расточился, но и на высочайший степень величества, могущества и славы достигнул... Каждому несчастию последовало благополучие большее прежнего, каждому упадку высшее восстановление; и к ободрению утомленного народа некоторым Божественным Промыслом воздвигнуты были бодрые государи». Если таким светлым видеть прошлое России, то таким же светлым представится и ее будущее. Но для этого нужны многие предпосылки. Одна из них - хорошее знание русского языка. Мы всегда этим недовольны. Но, с другой стороны, недовольство - необходимая предпосылка прогресса. Многое нужно, чтобы улучшить качество знаний. И в частности, чтобы были доступны замечательные произведения педагогов-методистов прошлого. Именно с этих позиций мне представляется значимость выхода книги Петра Смирновского. Он ушел из жизни в 1906 году, и понятно, что для него настоящее, прошлое, древнее России совсем по-другому видится, чем для нас.

Но что мне нравится безусловно, так это то, что в книге тесно связаны литературное и культурологическое. Смирновский дает сведения о культуре, о предшественниках того или иного автора. Когда читаешь, проникаешься гордостью за русский язык и литературу. Эта книга - соединение двух подходов к одной литературе. Она учит смотреть на нее в ее целом.